До вступления избранного президента США Дональда Трампа в должность остается два месяца – и всё это время эксперты будут гадать, куда республиканец развернет американский внешнеполитический авианосец. К каким гаваням или в какие шторма?
Пока что гадания основываются на назначениях в его администрации. Например, приход сино- и иранофобов на должности советника по нацбезопасности и госсекретаря показывают, что Трамп рассчитывает заниматься конфликтами в Восточной Азии и на Ближнем Востоке. А переговоры Илона Маска (советника Трампа и одного из глав департамента по повышению эффективности правительства) с представителем Ирана в ООН демонстрируют, что выставление ультиматумов начинается уже сейчас. И тот факт, что иранцы не подтверждают факт переговоров, лишь укрепляет уверенность в наличии этих ультиматумов.
Россиян же больше всего интересует политика США в отношении Москвы, а также постсоветского пространства. Можно попытаться выстроить предложения, основанные не только и даже не столько на назначениях, сколько на внешнеполитической логике США при Трампе. Ведь именно на логике, силе и прагматизме, а не идеологии и морализаторстве Трамп вроде бы собирается выстраивать свою внешнюю политику.
Хорошие новости в том, что Трамп действительно заинтересован в стабилизации и даже нормализации отношений с Россией. Он не рассматривает ее ни как основного стратегического соперника в глобальном плане (на эту роль назначен Китай), ни как главного антагониста (место занято Ираном). Трамп понимает, что воевать на три фронта – против Пекина, Тегерана и Москвы – США не смогут, поэтому нужно избавляться от ненужных конфликтов. И таким ненужным конфликтом становится противодействие с Россией. США уже достигли ряда побед на этом направлении (стратегически рассорили Москву с Европой, вынудили ее в ближайшие годы сосредоточиться на восстановлении новых территорий), поэтому дальнейший конфликт ради конфликта ведет лишь к потере ресурсов и ненужному и опасному сближению России с Китаем, Ираном и той же Северной Кореей. Которая на днях достигла неожиданных успехов в области создания собственных беспилотников-камикадзе (очень похожих на российские).
А поскольку львиная доля конфликтов с Россией проходит на постсоветском пространстве, то Трамп, вероятно, намерен часть из них закрыть.
Первый и главный – это Украина, сделку по которой американский лидер хочет заключить с Москвой. Ни для кого не секрет, что Трамп испытывает глубочайшее презрение к главе киевского режима Зеленскому. Трампу нет дела до украинских территорий – тем более тех, которые нужны и важны для обеспечения российской безопасности. У него нет истории громких обещаний и финансовых вложений в киевский режим с начала СВО – а значит, он не должен будет отвечать перед американским населением за потраченные ранее (то есть при Байдене) деньги.
Конечно, он не станет отдавать Украину России на блюде. Любой товар (даже киевский чемодан без ручки) для бизнесмена Трампа является именно товаром, который можно и нужно продать. Давать киевскому режиму много денег, оружия – не говоря уже о солдатах – Трамп точно не будет. Позволив тем самым России завершить СВО. Но именно Украина станет его главным «товаром» в переговорах с Москвой.
Белоруссия ему тоже не интересна. Ценность этой страны для Запада лишь в том, что смена режима в Минске может ослабить Россию и ее безопасность. Трамп же – в отличие от текущей администрации – не ставит своей целью обеспечить стратегическое поражение России любой ценой. Ему нужна, наоборот, стабильная Москва, с которой можно сотрудничать если уж не против Китая и Ирана (что крайне маловероятно), то, по крайней мере, для предотвращения дальнейшего разворота России на Восток.
Про Молдавию он наверняка вообще ни разу не слышал. Эта маленькая страна представляет ценность лишь для тех, кто хочет вынудить Россию начать войну ради безопасности российских граждан, проживающих в Приднестровье. И поскольку задачей Трампа является не эскалация, а стабилизация отношений с Москвой, то качать Приднестровье он не будет. А значит, и особо сильно мешать созданию российско-молдавской и российско-приднестровской границы в Одесской области.
А вот что касается кавказского и среднеазиатского направлений, то здесь могут быть проблемы.
Кавказ воспринимается Трампом не только как российское, но и как иранское подбрюшье. И если использовать Азербайджан как эксклюзивный антииранский плацдарм проблематично (в свете того, что у Баку особые отношения с Анкарой, стремящейся вытеснить «чужих» американцев с Южного Кавказа), то Армения на эту роль подходит прекрасно. Наверняка армянский премьер-министр Пашинян поднимал этот вопрос в своем недавнем разговоре с Дональдом Трампом. Поэтому при республиканце вмешательство США в дела Армении – и, как следствие, процесс ее вывода с российской орбиты – усилится.
Также американцы не собираются сдавать Грузию. Да, Трамп не будет принуждать Тбилиси воевать против Москвы и тем более принимать какие-то ЛГБТ-законы (чем занималась администрация Байдена). Однако и вывода Грузии из американской сферы влияния не допустит. Просто потому, что не захочет создавать прецедент, который вдохновит других американских партнеров на успешную защиту национальных интересов и борьбу за право на геополитический выбор. В свою очередь грузинские власти будут рады перезагрузить отношения с Соединенными Штатами – в правящей «Грузинской мечте» сидят реалисты, поэтому они не склонны недооценивать влияние США на их страну. Как и возможности Америки устроить в Грузии очередной майдан.
Однако самым опасным направлением для России все-таки становится среднеазиатское. Ситуация в Средней Азии может иметь очень серьезное влияние на Китай. Энергетическое (КНР покупает углеводороды у Туркменистана, Казахстана и других), религиозное (исламизация Средней Азии усилит позиции уйгурских сепаратистов в китайском Синьцзяне), торговое (через Среднюю Азию идут торговые маршруты, соединяющие КНР с Европой и Ближним Востоком). Наконец, военно-политическое – для успешного противостояния с США Китаю нужно концентрировать все свои военные ресурсы на юго-восточном направлении, а это возможно только в том случае, если на севере (где граница с РФ) и северо-западных (среднеазиатских) рубежах, будет тишь и спокойствие.
Поэтому с большой долей вероятности можно предположить, что после прихода к власти Дональд Трамп будет качать ситуацию в Средней Азии. Через прямые соглашения с местными элитами, стремящимися к многовекторности (в том же Казахстане), работу прозападных НКО (базирующихся в Киргизии) и даже стимулированием различных исламистских движений в Таджикистане и других странах региона. И эти действия станут серьезной угрозой для России – не только потому, что на ее территории находятся миллионы среднеазиатских гастарбайтеров.
А значит, России и Китаю придется удвоить усилия по сохранению мира и стабильности в их общем среднеазиатском подбрюшье. Через работу с элитами, инструменты мягкой силы, инвестиции – в общем, всеми возможными способами.