На рассмотрении в Госдуме находится законопроект об ограничении избыточного публичного использования иностранных слов в рекламных текстах и СМИ. Чтобы не стало, как в известном ролике: «Его дизайнс могут носить люди любого возраста, любого шэйп, сайз, хайт», очевидно, и вводится инициатива.
Государственным на территории Российской Федерации является русский язык. И регулирование его использования в общественном пространстве – вполне объяснимая инициатива. Процессы, протекающие в системе современного русского языка, в том числе связаны с заимствованием иностранных слов. Это обычный и совершенно нормальный процесс развития всех языков. Другое дело, что отмечается тенденция замены уже существующих в современном русском языке слов на те же по смыслу иностранные, не совсем благозвучные и адаптированные (размер – сайз; распродажа – сэйл).
Из текста пояснительной записки к проекту федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О государственном языке Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» ясно, что речь идет о защите русского языка, ограничении использования «лишних» заимствований в публичном пространстве. Особый акцент авторы инициативы делают на рекламных текстах, публичных информационных текстах и названиях жилых комплексов.
Насколько сейчас известно, планируется исключить из текстов СМИ и рекламы, а также названий ЖК не только излишние заимствования, но и избыточную латиницу. Ведь русский язык использует кириллические символы. «…Должно стать невозможным использование на вывесках и витринах таких надписей, как, например, coffee, fresh, sale, shop, open и т. п.». Все это приведет к замене уже существующих вывесок, рекламных текстов, звуковой и видеорекламы. На это бизнес вынужден будет потратить достаточно большие для многих деньги. При этом под санкции не попадут уже зарегистрированные фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания. Все останется как есть даже при наличии тех самых шопов и сэйлов.
Также существует возможность использования таких иностранных слов при наличии точного перевода на русский язык. Их перевод не должен быть меньше по размеру: и иностранное слово, и русское должны быть равными друг другу по написанию. Изменениям может подвергнуться и законодательство о СМИ. Авторы инициативы указывают, что предлагаемые ими меры по защите русского языка помогут обеспечить соблюдение норм современного русского литературного языка и избежать речевых ошибок при передаче сообщений.
На данный момент не совсем ясно, какие именно иноязычные слова будут включены в список на вылет. Авторы инициативы ссылаются на нормы современного русского литературного языка, «зафиксированные в нормативных словарях, справочниках и грамматиках». Однако всем известно, что лексикографические источники пополняются достаточно медленно, а традиция сильно отличается от реального положения вещей в языке. Многие слова, которые нами активно употребляются и не противоречат норме, в словарях отсутствуют. Будут ли авторитетны словари новых слов в таких вопросах? Или данные языковых корпусов, которые пополняются более активно, чем словари?
Не стоит забывать и о том, что некоторые приведенные в инициативе слова уже адаптированы русским языком и продуктивны в нем. К примеру, тот же «шоп» достаточно продуктивен в языке: есть «шопоголик», «шопиться». Шопоголик должен будет превратиться в магазиноголика или покупкоголика? Вряд ли. Глагол «шопиться» привносит некоторый положительный оттенок в его смысловой эквивалент «покупать». Поэтому он не является равным по смыслу глаголу «покупать».
Получается некоторое недопонимание. Если исключаемые из публичного оборота слова будут фиксироваться справочниками или словарями, насколько быстро их будут обновлять, чтобы они успевали за изменениями в языке? И как тогда быть тем, кому санкции уже грозят, а справочника нет? Не хотелось бы получить таких перегибов, как с радужным мороженым, например.
Видится возможным привлечение экспертного сообщества к решению проблемы соответствия современной норме иноязычных заимствований. Однако основой любой экспертизы является наука. И если эксперту не на что будет опереться, а результаты корпусных исследований не будут обозначены как допустимый источник, эксперт-лингвист с большой долей вероятности будет испытывать трудности с обоснованием реальных дел в языке.
Язык – система изменяющаяся. Он строится вокруг предпочтений его носителей. Сейчас мы видим, что мода на иностранное потихоньку уходит во всех сферах. А сама тема защиты языка достаточно противоречива. Ведь, получается, его нужно защищать от нас самих? Язык меняется в соответствии с нуждами говорящих. Так, может, и человек в итоге и как носитель языка, и как потребитель сделает выбор в пользу благозвучного, родного и понятного? Получается, нужно готовить почву для такого выбора: развивать и поддерживать самобытную культуру, идти в ногу с развитием технологий, популяризировать современные нормы языка, подключая новые технологии. Чтобы иностранные слова сами себя «запретили».