На днях в России побывал бывший канцлер ФРГ Герхард Шредер. По его словам, с туристическим визитом. «Я здесь в отпуске на несколько дней. Москва – красивый город», – заявил он немецкому журналисту, с которым столкнулся в центре российской столицы. Однако его жена раскрыла все карты – с ее слов, экс-канцлер «ведет переговоры по энергетической политике в Москве».
Конечно, можно предположить, что ушлый немец обманул свою жену, однако есть куда более логичное объяснение. Дело в том, что Российская Федерация решила помочь европейским странам реализовать их мечту об отказе от российских углеводородов – и стала сокращать поставки газа в ЕС (сейчас они падают до 20% от изначального объема). Причем начала на абсолютно законных основаниях – из-за того, что немецкая компания Siemens не выполняет своих обязательств по плановому ремонту турбин, работающих в проекте «Северный поток – 1», прокачка газа через этот трубопровод была резко сокращена. Перенаправить газ по другим маршрутам нельзя – и не только по логистическим причинам. «Северный поток – 2» немцы отказались пустить в строй из-за большой политики (в ФРГ заявили, что начало работы трубы станет «поражением» Германии), а прокачка через Украину была искусственно ограничена Киевом.
В результате Европу, которая столкнулась с исполнением своих желаний, начинает охватывать паника. Европейская Комиссия призывает все страны ЕС сократить потребление газа, министр иностранных дел Германии Анналена Бербок говорит о возможности «восстаний». Европейским столицам срочно нужно искать какой-то компромисс с Москвой – но искать его не через полномасштабные переговоры (начало которых будет рассматриваться как подрыв всего санкционного механизма и чуть ли не капитуляция Запада), а через дискуссию тет-а-тет между Владимиром Путиным и западным переговорщиком. Вопрос в том, кто этим переговорщиком будет?
Из действующих западноевропейских лидеров на роль посланца никто не годится. Да, какое-то время президент Франции Эммануэль Макрон на эту роль (крайне важную роль с точки зрения как личного политического имиджа, так и последующих экономических бонусов для своей страны) претендовал. Пытался занимать умеренную позицию, призывал своих западных коллег не сжигать мосты и не пытаться унижать Россию. Однако затем Макрон не выдержал (не хватило либо терпения, либо суверенитета для проведения своей линии, либо того и другого), после чего унизил сам – слил в прессу свой телефонный разговор с Владимиром Путиным за несколько дней до начала российской операции на Украине. И слил не просто пересказ, а прямую запись этого разговора, который не должен был писаться.
Если брать Евросоюз в более широком смысле, то, конечно, переговорщиком мог бы стать премьер-министр Венгрии Виктор Орбан. Политик, который с самого начала конфликта занял крайне прагматичную позицию, а также обладает суверенитетом для того, чтобы эту позицию отстаивать (и, соответственно, противостоять невыгодным для Венгрии антироссийским санкциям по нефти). Однако проблема в том, что у Орбана серьезный конфликт с брюссельскими бюрократами, поэтому они вряд ли позволят венгерскому премьеру усилить свои позиции за счет статуса российско-европейского посредника. И уж точно не пустят на эту роль турецкого президента Реджепа Эрдогана – с его-то амбициями и запросами в отношении Евросоюза.
Поэтому Западу пришлось искать посредников не из числа нынешних лидеров – и бывший канцлер ФРГ Герхард Шредер со всех точек зрения оказался идеальным кандидатом.
Во-первых, за годы правления у него сложились доверительные отношения с российским президентом. И, вопреки колоссальному давлению, Шредер не отрекся от своих «контактов» с Путиным, о чем прямо заявлял западным журналистам.
Во-вторых, политик все-таки возглавлял – и неплохо возглавлял – одну из ведущих стран Евросоюза.
Наконец, в-третьих, Шредера можно считать специалистом в нефтегазовой сфере – он несколько лет возглавлял совет директоров «Роснефти».
В Берлине, конечно, не признают, что Шредер является их посланцем – однако это и не нужно. Все всё понимают, ведь такое происходит не первый раз. История знает примеры успехов таких переговорщиков из числа бывших глав государств – достаточно вспомнить Джимми Картера, который приехал в КНДР в начале 1990-х годов как неформальный посланец США и смог предотвратить американо-северокорейскую войну. Вопрос лишь в том, увенчается ли успехом визит герра Шредера? Да, с президентом Путиным он, скорее всего, встречался – однако пойдет ли российский лидер на компромиссы, возобновит ли поставки газа?
Скорее всего, не пойдет. Прежде всего, потому, что российская позиция объясняется технологическими моментами – нельзя качать газ при неисправном оборудовании, это чревато авариями. Компания Siemens турбины не ремонтирует, а также не гарантирует России, что отданные ею турбины не застрянут где-нибудь из-за санкций. Кроме того, газовый вопрос сейчас действует как отрезвитель Евросоюза – он демонстрирует Брюсселю, Берлину, Парижу и другим европейским столицам пределы их санкционной политики в отношении России. Зачем России выключать этот вытрезвитель до достижения полного европейского протрезвления? Наконец, Европа сама может обеспечить себя бесперебойными поставками российского газа – для этого ей нужно только запустить «Северный поток – 2». И отделить таким образом украинских мух от газовых котлет. Вероятно, все это и было сказано немецкому «туристу» Герхарду Шредеру. Пусть думают.