Саммит «Большой двадцатки» позади. На переговоры в Индонезии отдельные эксперты возлагали большие надежды, рассчитывая на то, что Джо Байден сможет лично обсудить Украину с Владимиром Путиным. Однако за считанные дни выяснилось, что Путин на Бали не поедет, а Россию представит глава МИД Сергей Лавров. На самом деле, отсутствие российского президента априори не означало срыв переговорного процесса. Заинтересованные в них в любом случае имели возможность донести свою точку зрения или предложения через Лаврова. В конечном счете поведение руководителей Франции и Германии доказало, что как минимум Западная Европа ищет любые возможности как можно скорее закончить украинский конфликт.
Эммануэль Макрон и Олаф Шольц смогли провести непродолжительную беседу с российским министром. Более того, после нее немецкий канцлер объявил, что не перестанет искать диалога с Кремлем. Макрон пытается создать условия для переговоров как напрямую через Лаврова, так и через партнеров России. На встрече с Си Цзиньпином французский президент попросил его уговорить Путина сесть за стол переговоров. Любопытно, что все предыдущие месяцы в роли главного посредника выступала Турция. Она организовала встречу российской и украинской делегаций в марте, а к концу лета помогла согласовать «зерновую сделку». Однако на G20 посредническая инициатива принадлежала, скорее, франко-немецкому тандему.
Зондирование почвы Макроном и Шольцем – не случайный эпизод, а продуманная стратегия. Макрон еще с первых дней СВО выходил на связь с Кремлем и добивался дипломатического решения кризиса на Украине. По некоторым данным, во время визита во Львов француз уговаривал Владимира Зеленского пойти на уступки и компромисс ради мира. Шольц менее самостоятелен в своих решениях ввиду давления со стороны восточных членов НАТО и США, но он также состоял на «горячей линии» с президентом Путиным и является сторонником дипломатических путей урегулирования. 12 ноября после разговора с Владимиром Путиным он заявил, что не позволит «никаким критикам отговорить меня от продолжительных телефонных разговоров с российским президентом».
Причины активности Франции и Германии на дипломатическом треке вызваны тремя причинами: кризисом внутри ЕС, положением дел на фронте и позицией США.
Европа погрузилась в экономический кризис. В сентябре инфляция в еврозоне достигла 10% – рекордный показатель с основания Европейского союза. Еврокомиссия ухудшила прогноз роста ВВП в еврозоне с 2,7 до 0,3%. Европа в четвертом квартале 2022 года входит в рецессию, объявил накануне саммита G20 еврокомиссар по вопросам экономики Паоло Джентилони. Финансово-экономические сложности выливаются в политические кризисы. С начала СВО в Великобритании сменилось уже два премьер-министра. Ушла в отставку эстонский премьер. Грозивший не допустить Путина на Бали премьер Италии Марио Драги тоже лишился поста, расчистив дорогу к власти «националистическому триумвирату» во главе с Джорджией Мелони, Маттео Сальвини и Сильвио Берлускони. Драйверы всех этих политических потрясений в Европе – антироссийские санкции и как их следствие – инфляция, спад производства, бегство капитала в США, безработица и дефицит топлива.
Ситуация на фронте время от времени внушает оптимизм сторонникам Украины – в особенности во время наступлений на Харьковском и Херсонском направлениях – но все же несет в себе больше издержек, чем преимуществ. Риск прямого столкновения России и НАТО все еще высок. Руководители Франции, Германии и США периодически говорят о недопустимости ядерной войны, хотя поводы к лобовому столкновению множат сами. Взрыв «Северных потоков» стал первым серьезным вызовом. В день саммита появился еще один – на польскую территорию упала ракета украинских ПВО. Благодаря хладнокровию противоборствующих сторон пока что удается балансировать на грани. Россия не предприняла акт возмездия за подрыв трубопроводов под Балтикой, а Байден и генсек НАТО Столтенберг отмели версию о российской атаке на Польшу. Тем не менее без мира или перемирия на Украине Россия и США/НАТО остаются на пороховой бочке. Если говорить про конвенциональную войну, то, вопреки тактическим успехам ВСУ в Херсоне и Харькове, говорить об убедительной победе Киева не приходится и не придется. Отступая к Днепру, Россия берет реванш на Донецком направлении. Перегруппировка Российской армии не сопровождается большими потерями в живой силе и технике. И эту реальность осознают в Берлине, Париже и Брюсселе.
Если на начальном этапе кризиса ястребиная позиция США выступала катализатором европейских санкций против России и поставок оружия Украине, то сейчас Вашингтон сбавил обороты. Более того, администрация Байдена сама ведет переговоры с Москвой. Кроме встречи главы ЦРУ Уильяма Бернса и директора СВР Сергея Нарышкина, известно о диалоге советника по нацбезопасности Джейка Салливана с Николаем Патрушевым и Юрием Ушаковым. Главный стимул Байдена держать контакт с Кремлем по линии силовых ведомств – предотвратить возможную эскалацию и перерастание украинского конфликта в мировой. Переговоры Зеленского с Путиным, к которым Байден подталкивает украинского лидера, – неотъемлемый инструмент для предотвращения эскалации между США и Россией.
«Смена ветров» в Белом доме связана также с отсутствием поддержки в лице союзников США на Ближнем Востоке и партнеров в Азии. Несмотря на угрозы и давление Вашингтона, Китай и Индия продолжают покупать российские энергоносители. Страны Персидского залива тоже не идут в фарватере США – 5 октября они вместе с Россией сократили добычу нефти на 2 млн баррелей в сутки. Китай, Индия и страны Залива, а также член НАТО Турция укрепляют связи с Россией. Более того, Турция, Катар, ОАЭ и Бахрейн предлагают свои посреднические услуги по урегулированию украинского кризиса.
Определенное, хоть и не решающее влияние на позицию администрации Байдена оказывают внутриполитические расклады в США. Даже если победа республиканцев в Палате представителей оказалась неубедительной, минимальный перевес в их пользу воспринимается как «поражение Байдена». Укрепление позиций республиканцев усложнит процедуру передачи Украине вооружений и финансирования. Республиканцы могут потребовать равномерного распределения военного бремени вместе с европейскими странами ЕС, которые едва ли к этому готовы с учетом собственных финансово-экономических кризисов.
Учитывая неэффективность украинской политики США и Европы, вполне естественно, что натовские лидеры ищут возможность прозондировать политическое урегулирование конфликта. Переговоры Шольца и Макрона с Лавровым наглядно доказывают настрой ЕС на дипломатию. Москва к ней открыта, и об этом говорил президент России. Однако жесткая риторика Киева становится серьезным заслоном в данном процессе. Выдвинутые Зеленским требования, в особенности вывод войск России и полная «деоккупация», подразумевающая сдачу Москвой не только четырех недавно присоединенных областей, но и Крыма, заранее невыполнимы. Франция и Германия не могут оказать давления на Зеленского, а Украина все еще пользуется поддержкой натовских ястребов в лице США, Великобритании и Польши.
Саммит на Бали хоть и не стал прорывом, но создал определенный задел для политического решения украинского кризиса. Лидеры ЕС обозначили свое намерение и дальше вести диалог с Россией. США настроены так же, но воздействуют пока по закрытым каналам. Для успешного продолжения процесса необходимы уступки Киева. А добиться их без коллективного давления ЕС и США на Зеленского невозможно.
Пока Шольц, Макрон и Байден не предпринимают активных шагов по убеждению Зеленского в компромиссе, этим будут пользоваться поляки и британцы. Польша и Великобритания настроены наиболее бескомпромиссно и рассчитывают на бои Украины до победного конца. Когда появляются любые намеки на переговоры, Варшава и Лондон устраивают диверсии и провокации. Неслучайно информацию о якобы атаке России на Польшу распространили в день согласования итогового заявления G20.