Последние солдаты США покинули аэропорт Кабула. Запрещенное в России движение «Талибан» одержало военную победу. Завершение американского военного присутствия в Афганистане – самое большое достижение президента Джо Байдена. Даже если по итогам он уйдет в преждевременную отставку, о чем открыто говорят республиканцы, а втихую мечтают его более молодые соратники по партии.
В реальности это наиболее значимое событие американской национальной внешней политики за последние 30 лет. Просто потому, что впервые с 1991 года стало не продолжением заданного хода истории, а попыткой что-то в ней изменить. Превращение операции по выводу войск в кровопролитный хаос – результат масштабной деградации системы государственного управления и военной машины США.
С точки зрения российской внешней политики поражение в Афганистане и ослабление в центре Евразии позиций второй ядерной сверхдержавы является позитивным результатом, даже если практические последствия потребуют дополнительных усилий в области безопасности. Но в более долгосрочной перспективе провал, который мы все наблюдаем, может нести в себе гораздо большие угрозы, чем кажется сейчас. И в любом случае для России происходящее является хорошей возможностью понять, что происходит с единственной державой, представляющей угрозу для нашего выживания.
Самое важное – американская государственность находится на том этапе развития, когда сохраняется возможность для принятия верных внешнеполитических решений, но даже на самом высоком уровне утеряна способность к их реализации. И абсолютно не имеют значения конкретные причины, почему возникает провал исполнения, даже когда речь идет о высшем должностном лице.
Сочетаются множество факторов – некомпетентность силовиков, внутренние интриги администрации, недостаток информации и многое другое. Демократической элите Байден был нужен только для того, чтобы свалить Трампа. Его важнейшие министры – это политические назначенцы, отобранные не по своим выдающимся качествам, а по принципу представительства всех важных социальных и расовых групп. Мы все видели государственного секретаря Блинкена на переговорах с китайцами в Анкоридже, да и других примеров достаточно.
Когда 8 июля сам Байден говорил, что «Талибан» не представляет угрозы, сопоставимой с армией Северного Вьетнама в 1970-х, он, скорее всего, даже не лукавил. Американские военные и представители несметного количества силовых структур точно так же искренне ошибались в оценке состояния республиканского правительства и его вооруженных сил.
Искать теории заговора в том, насколько бездумно была организована вся операция, также дело бессмысленное. В первую очередь потому, что история учит – даже самые многоходовые комбинации проигрывают элементарной глупости и непрофессионализму. Особенно ярко это заметно в критических ситуациях.
То, что система способна выдвигать вперед правильного лидера, говорит о ее высокой развитости. Непонимание того, как его использовать за пределами конкретной задачи, – показатель того, что государство работает «на холостом ходу». Для политической элиты США Байден свою задачу выполнил, когда сверг Дональда Трампа. Мыслить более серьезными категориями она, похоже, не очень готова.
Завершившаяся кампания в Афганистане отразила в себе достижения и недостатки современной американской системы – способность вести войну годами и бессмысленное расходование государственных денег, логистические операции глобального масштаба и вредоносный симбиоз между ВПК и государственным аппаратом. И самое важное – неспособность двух подряд президентов к принятию окончательного решения.
Байден поступил мужественно, решив взять ответственность на себя, – ему позволяют возраст и отсутствие больших планов на жизнь после Белого дома. В отличие от всей его команды, которая живет только своими будущими карьерами в аппарате или бизнесе. Но делать все это ему или другому президенту надо было лет 15 назад, не меньше.
В этом отношении приход Байдена к власти оказался настолько же запоздавшим, как избрание генеральным секретарем ЦК КПСС Юрия Андропова. Тогда лидер СССР тоже был способен к необходимым стране решениям. Но сопутствующие обстоятельства делали эту способность бессмысленной.
В любом общественном институте личность, насколько бы выдающейся она ни была, меняет ход истории, только когда к такому повороту готово общество, а государственная машина смотрит вперед, а не в прошлое. 20 лет назад Россия под руководством Владимира Путина решила проблемы, угрожавшие ее выживанию, не только за счет исключительных качеств лидера, а потому что была к этому готова после десяти лет лишений и катастроф.
Должна ли Россия опасаться, что поражение в Афганистане «встряхнет» США и сделает их еще более опасным противником? Нечто подобное уже произошло однажды в истории. 40 лет назад паническое отступление США из Юго-Восточной Азии оказалось прелюдией их дипломатического успеха в Хельсинки осенью 1975-го, который стал первым актом драмы завершения холодной войны в пользу Запада.
Всего через пять лет после Сайгона главой американского государства стал Рональд Рейган, который и привел Запад к победе над СССР в 1991 году. Первая военная интервенция после Вьетнама, на Гренаду, состоялась в 1983 году и уже к середине 1980-х «вьетнамский синдром» был практически преодолен. А через каких-то 15 лет после того, как СССР торжествовал по поводу объединения Вьетнама, он сам прекратил существование.
Американское государство обладает колоссальной мощью своей экономической устойчивости, военных возможностей и привлекательности для миллионов людей по всему миру. Но сейчас оно находится в состоянии, когда достижение большой цели заменяется решением множества накопленных проблем – социальных, гендерных или расовых. А политическая элита – управляющий класс – занята индивидуальным выживанием вместо завоевания власти над собственным населением и контроля над другими государствами.
Знакомая ситуация для самых разных социальных институтов, не правда ли? В таком раскладе даже самый толковый и решительный лидер не может изменить ход событий. Более того, как мы видим на примере Байдена, он сам становится жертвой системы, которую возглавляет. И начинает говорить неправду, которой его по политическим соображениям снабжают собственные подчиненные.
Альтернативой возрождению американского могущества после Байдена может стать деградация этого государства. Но не стоит рассчитывать на повторение истории СССР и внезапную самоликвидацию Америки в результате внутренних потрясений. То, как прекратил существование Советский Союз, было обусловлено его уникальными особенностями, а США – это совсем другая держава. Как конкретно может выглядеть ее деградация и вероятное самоубийство – вопрос открытый и тревожный в силу наличествующих там ядерных арсеналов.
Добиться сохранения той Америки, которую мы знаем, несмотря на ее внутренние трудности, задача более чем невероятная не только для России, но и для Китая. Более того – противоестественная для отношений между державами в международной политике. Даже если Джордж Буш – отец понимал 30 лет назад, какими проблемами может обернуться распад СССР, это не могло заставить его отказаться от хищнических намерений. И сейчас всем остается только наблюдать за происходящим в США и рассчитывать на лучшее.