На днях секретарь украинского Совбеза Алексей Данилов в своем интервью сделал ряд занимательных заявлений, которые вполне тянут на громкий дипломатический скандал. В частности, Данилов прямо обвинил Францию в том, что Грузия и Украина – первая в 2008-м, а вторая в 2014 году – потеряли часть своих территорий.
«Французы, например, в 2008 году занимались переговорами между Грузией и Россией, и в результате грузины потеряли часть территории, а французы получили заказ на «Мистрали» от России. Не знаю, получили ли они что-либо за часть Донецкой и Луганской областей и Крым, но моральная ответственность есть», – заявил Данилов. Европейцы, вероятно, пока переваривают сказанное, но реакция, конечно, последует.
Месяцем ранее глава Совбеза – органа, который превратился в персональную санкционную дубинку президента Владимира Зеленского, уже позволял себе выпады против крупнейших европейских держав. В частности, он связал отказ в предоставлении Украине и Грузии плана по вступлению в НАТО в 2008 году с последующей грузинской кампанией России и присоединением Крыма. При этом Данилов прямо говорил об ответственности за произошедшее Берлина и Парижа.
Заявления Данилова не случайны и являются отражением крайней степени взаимного неудовлетворения сотрудничеством Украины и Евросоюза. Эйфория от подписания соглашения об ассоциации с ЕС прошла еще в 2017 году. С тех пор Киев безуспешно пытается скорректировать экономическую часть документа, в частности, в вопросах тарифов, квот и условий доступа украинских товаров на европейский рынок. ЕС остается непреклонным: подписали – выполняйте.
Финансовая помощь Украине от ЕС фактически приостановлена. Смена в начале 2020 года командой Зеленского прозападного правительства Алексея Гончарука на правительство выходца из крупнейших украинских корпораций Дениса Шмыгаля не понравилась европейцам. Впоследствии Зеленский попытался разрушить выстроенную ЕС и США антикоррупционную вертикаль, с помощью которой западные партнеры Украины крепко ухватили, скажем мягко, за нервы украинских чиновников, которые вынуждены были ходить, рискуя в любой момент быть обвиненными в получении незаконных доходов.
Дальше – больше. Правительство, поставленное Зеленским, инициировало отставку ключевой фигуры в украинском ТЭК – главы «Нафтогаза Украины» Андрея Коболева. За счет Нафтогаза кормился целый выводок так называемых «соросят» – лояльных Западу госуправленцев, а также иностранные «независимые директора», советники и прочее. А на днях с поста директора «Укрпочты» был снят Игорь Смелянский, после чего уже наблюдатели в голос заговорили о зачистке Зеленским лояльных Западу и, в частности, ЕС, кадров в украинских госкорпорациях.
Но, пожалуй, самым болезненным выпадом украинской власти против европейских партнеров стал фактический отказ Украины от следования европейской инициативе Green Deal, которая предполагает увеличение доли альтернативных источников энергии. Украинская энергосистема оказалась попросту не готова платить за чистую энергию сверхвысокую цену. Летом 2020 года правительство вынудило большинство участников согласиться на добровольное снижение тарифов, шантажируя тех невыплатой накопившихся долгов. А в ближайшее время парламент может принять законопроект, вводящий акциз на зеленую энергетику вопреки договоренностям о неизменных условиях ведения бизнеса.
Взаимные обвинения и упреки привели к монополизации западного влияния на Украине в руках США. Тот же Алексей Данилов заявил, что считает стратегическими партнерами Великобританию, США и страны Балтии. В этом списке нет ни Франции, ни Германии, которые, по версии Данилова, и вовсе могут проявить к Украине враждебность. «Еще есть Польша и другие (союзники – ред.), но до определенного момента: если мы проявим слабость, то часть из них могут перестать относиться к нам дружелюбно», – заявил секретарь Совбеза в том же интервью.
Впрочем, и в США с приходом к власти Джо Байдена до сих пор не была сформулирована внятная политика в отношении Киева. Дело в том, что Байден испытал во время непростой предвыборной кампании немалый дискомфорт из-за обвинений в коррупционных связях сына Хантера с украинскими бизнесменами, а также из-за собственных неудачных заявлений, сделанных как во время переговоров с экс-президентом Украины Петром Порошенко, так и публично (знаменитое заявление Байдена о том, как он настоял на увольнении украинского генпрокурора Виктора Шокина).
Украина стремительно закрывается от Запада. Прозападным остается только внешнеполитический курс, который состоит исключительно в том, чтобы быть против кого-то (России, Белоруссии, Китая), но не быть с кем-то, поскольку те, с кем хотела бы быть Украина, не проявляют взаимных чувств. Те же Польша, Венгрия, Румыния и Словакия в силу исторических противоречий и упорной нацификации внутренней украинской политики относятся к Украине скорее со сдержанным пренебрежением, нежели по-партнерски. Товарищем Киева по несчастью остается лишь одна Грузия, которая, оставаясь формально прозападной, разносит ЛГБТ-марши, а значит, никогда не станет для Запада по-настоящему своей.
Вакуум влияния ограниченных в суверенитете государств рано или поздно заполняется. И если в случае Грузии вытеснением влияния Запада успешно пользуется Турция, то Украина пока застряла между статусом невесты на выданье и пока еще не брошенной любовницей. Уже не так свежа и интересна, чересчур капризна, взбалмошная, с устойчивыми суицидальными наклонностями.