Решение не проводить в рамках регулярного саммита глав государств и правительств Евросоюза 25-26 марта дискуссию о стратегических вопросах отношений с Россией – это, наверное, самое мудрое внешнеполитическое решение, принятое европейскими лидерами за последние месяцы, если не годы.
Эта дискуссия планировалась несколько последних месяцев. Январский визит формального руководителя европейской дипломатии Жозепа Борреля в Москву, во время которого он узнал много нового, также был связан с подготовкой саммита. Более позднее решение европейских чиновников о «санкциях» в отношении нескольких граждан России – это тоже «разогрев» перед решающим мозговым штурмом, который в итоге не состоится.
Ну и слава богу, потому что такая дискуссия в лучшем случае бы закончилась принятием бессмысленных заявлений, а в худшем – скандалом в собственном европейском семействе. Далеко не все страны ЕС пока готовы делать свою политику в отношении России настолько же безумной, как поступают Польша или страны Балтии. Возможно, именно это смог учесть глава Европейского совета, молодой бельгийский политик Шарль Мишель после своего разговора с президентом России Владимиром Путиным в прошлый понедельник. В конечном итоге Брюссель должен же когда-то задумываться об интересах всех стран Евросоюза.
Поэтому мудрость, непредумышленная, конечно, лидеров ЕС именно в том, что они смогли избежать ситуации, в которой выглядели бы беспомощно и глупо. Им не привыкать, но сейчас бессмысленность обсуждения отношений с Россией была бы особенно очевидна. Да и обсуждать, собственно, нечего – за всю свою историю Европа не смогла научиться тому, как общаться с кем-то на равных. Только снизу вверх, как с США, или сверху вниз – со всеми остальными. Новое состояние отношений с Россией ставит перед европейцами интеллектуальную задачу, даже подступиться к решению которой они не в состоянии. А немногие практические вопросы – по нефти, газу или инвестициям – отдельные страны ЕС вполне успешно с Россией решают самостоятельно.
Зато вместо обсуждения отношений с Москвой перед участниками встречи выступит новый президент США Джо Байден – впервые в известной истории глава американского государства будет напрямую отдавать указания своим подопечным в Старом Свете. Сказывается та работа, которую проделал с европейцами Трамп – теперь ради самого факта общения с Вашингтоном не на повышенных тонах Берлин или Париж готовы буквально на все. Германия, конечно, получит свой долгожданный «Северный поток – 2», но США это ничем не грозит, а заплатить Европе придется серьезно.
И Европа уже начала платить. В прошедший понедельник громом среди ясного неба для европейцев прозвучало решение китайских властей ввести санкции против десятка политиков и экспертов стран ЕС, а также двух-трех институтов Евросоюза.
Эта мера стала немедленным – в течение пяти часов – ответом Пекина на решение министров иностранных дел стран ЕС «наказать» несколько китайских чиновников по поводу ситуации с правами человека в Китае. С учетом членов семей и связанных с чиновниками компаний количество европейцев, ограниченных в правах там, где Китай сможет дотянуться, исчисляется теперь десятками, если не больше. В Европе от такого ответа испытали настоящий шок. Уже во вторник в министерство иностранных дел Германии вызвали посла Китая для того, чтобы сделать ему внушение. Германия, сразу несколько политиков которой оказались в китайском санкционном списке, действует по известному из анекдотов принципу «а меня за что?». Сначала сами грубо влезли во внутренние дела Китая, которые к интересам Европы не имеют никакого отношения, а потом возмутились тем, что получили сдачи.
Здесь, кстати, должна почувствовать свою вину Россия – именно мы приучили европейцев говорить и делать глупости, не испытывая страха по поводу возможных последствий. Так уж повелось исторически: за исключением прямой агрессии европейцы всегда могли позволить по отношению к России любое хамство – все сходило с рук. Так продолжалось практически до последнего времени, поэтому был настолько обескуражен Боррель тем приемом, который ему недавно оказали в Москве.
Отношения России и Европы несут на себе колоссальный груз совместной истории, в которой были культурная близость, «большая игра» великих империй 19-го века и жестокие войны. От этого никуда не денешься, и Россия только сейчас неохотно начинает ставить европейцев на место. Неохотно еще и потому, что Россия никогда не была серьезно унижена Европой. Даже в 1990-е годы, когда страны ЕС вели себя крайне эгоистично, ущерб от их действий был мизерным по сравнению с российскими богатствами. Поэтому у России для великодушия по отношению к потерявшей себя Европе есть весьма серьезные основания. По всей вероятности, разговор Путина с председателем Евросовета и был проявлением такого великодушия – этического в попытке объяснить европейцам самоубийственность их поведения явно гораздо больше, чем холодного расчета.
Китай – это совсем другое дело. Ни о какой исторической близости здесь говорить не приходится. Вместо нее – память о колониальных агрессиях прошлого, в которых Китай пока ни разу не выходил победителем. Хотя отношения Пекина и ЕС – это огромные по своему объему экономические связи, оснований снисходительно относиться к европейской самонадеянности у китайцев нет совершенно. Все их трюки давно известны: в декабре получить крайне выгодное инвестиционное соглашение с КНР, а в марте – устроить демарш с санкциями.
С таким вертлявым партнером Китай церемониться не считает необходимым. Вспоминается в этой связи похожий эпизод, когда в ответ на предложения Маргарет Тэтчер в 1980-е годы обсудить возможность продления британского управления Гонконгом отец китайских реформ Дэн Сяопин ответил так, что переводчик вынужден был прибегнуть к знанию нецензурной английской лексики. Более того, сейчас именно Европа для Китая – это удобный мальчик для битья в условиях жестокого конфликта с США. Бить сильно по самим американцам Пекин пока опасается – слишком велики возможности Вашингтона еще более серьезно дать сдачи. А Европа уже имеет устойчивую репутацию партнера, для которого корыстные коммерческие интересы всегда будут перевешивать соображения принципов. Так что у Китая есть все основания вести себя с европейцами жестко, не давая им спуску.
Нас все еще удивляет степень изумления, в которое ЕС поверг жесткий китайский ответ. Мы, на самом деле, привыкли переоценивать степень разумности европейских руководителей. Ничего не поделаешь – Россия веками ориентировалась на Европу и, часто имея на то основания, искала там примеры рационального и гуманного поведения. И сейчас продолжаем ожидать того, к чему привыкли и приучили себя. Но ситуация изменилась.
Видимо, причина в том, что европейские политики уже много лет действительно живут в параллельной вселенной, где за свои слова и поступки не несут ответственности, а внешним партнерам можно хамить и одновременно рассчитывать на их понимание. И это начинает сказываться на сфере внешней политики, где платить за ошибки приходится наиболее серьезно. В результате внешнеполитическое поведение Европы все больше напоминает судорожные движения, за которыми бессмысленно даже пытаться угадывать какую-либо стратегию или даже продуманную тактику. России остается быть строгой, но великодушной. И, конечно, не забывать о себе: ведь в том случае, если больной придет в себя, он вряд ли окажется способным на элементарную благодарность.