Со стороны иногда кажется, что Трамп совершенно целенаправленно разрушает глобальное лидерство США. По крайней мере, в тех формах, в каких весь мир привык осознавать статус сверхдержавы за последние 70 лет.
Он заключался совсем не в размере ВВП или количестве ядерных боеголовок. А в масштабе амбиций и в готовности их реализовывать, не считаясь с издержками. Вот что отличало США и СССР от всех остальных на этой планете. Не было бы этих глобальных амбиций – не случилось бы ни «плана Маршалла», ни космической гонки.
Лозунг Трампа "America First" отрицает не только глобализм. Он подвергает ревизии фундаментальные принципы всей американской послевоенной внешней политики. И это вызывает ярость у демократического истеблишмента и страх у традиционных американских союзников.
Трамп сокращает программы помощи международным организациям и странам, если, по его мнению, это не несет прямой выгоды Америке. В 2018 году в ООН он прямо сказал: «мы собираемся оказывать иностранную помощь только тем, кто уважает нас и, честно говоря, является нашими друзьями».
В рамках этой логики США прекратили финансирование ЮНЕСКО, сократили финансирование ООН, остановили программу помощи Палестинcкой автономии и многие другие международные программы.
Стратегия Трампа работала вплоть до марта 2020 года. Американская экономика показывала отличные результаты, новые соглашения с партнерами заключались на внешне более выгодных условиях, а политика изоляционизма двигала президентский рейтинг вверх.
Коронавирус если и не обнулил плоды четырехлетних усилий, то поставил их под очень серьезные сомнения.
Сегодня практически всем очевидно, что авторитет Америки как самой могущественной в мире державы, способной справиться с любыми глобальными вызовами, сильно подорван.
Что там глобальные вызовы, США не могут пока справиться с эпидемией даже внутри страны.
Америка лидирует по количеству заболевших (более 350 тысяч человек) и погибших (более 10 тысяч). Прогнозы, которые озвучивают американские официальные лица, говорят о том, что Вашингтон, несмотря на патриотическую риторику, не контролирует ситуацию, которая становится все более угрожающей.
Ошибочные действия ключевых госструктур, начиная с Белого дома и заканчивая Центром по контролю и профилактике заболеваний (CDC), серьезно подорвали уверенность в компетентности руководства США.
Американский государственный и частный секторы оказались одинаково плохо подготовленными к производству медицинских материалов и техники, необходимых для тестирования и борьбы с болезнью.
На международном уровне Америка полностью замкнулась в себе, демонстрируя готовность Трампа действовать и в этой ситуации исключительно в одиночку. Чем незамедлительно воспользовался Пекин.
В то время как Вашингтон пытается справиться с внутренней неразберихой, Пекин умело использует преимущество, созданное ошибками США. Китай быстро заполняет вакуум, позиционируя себя в качестве мирового лидера в борьбе с пандемией.
Пекин широко предлагает материальную помощь другим странам, используя свои возможности «мировой фабрики», контролирующей 90% промышленного производства основных материалов, необходимых для борьбы с эпидемией, включая медицинские маски и реагенты для тестов на коронавирус.
Но масштабная материальная помощь другим странам – вещь довольно обычная и, как показывает пример СССР, часто бесполезная. Этим никого не удивишь и долгосрочных результатов не добьешься.
Новым стало то, что впервые за 40 лет Китай прямо заявляет о преимуществах своей государственно-социальной модели.
Китайские коммунисты демонстрируют всему миру невероятную эффективность своей версии социализма, что выглядит особенно ярко на фоне настоящего коллапса крупнейших западных стран.
Более того, чем масштабнее будет кризис, связанный с пандемией коронавируса, тем более наглядной будет эта разница между «эффективным» Китаем и бессильным Западом. Это сравнение может стать еще более драматичным, если количество смертей будет расти такими же темпами, как в последнюю неделю.
США уже сегодня потеряли в три раза больше людей, чем Китай, притом что население Соединенных Штатов в пять раз меньше.
Не сегодня – завтра в информационную повестку вернется тезис о «бесчеловечном характере современного капитализма, который не может и не хочет защитить простых людей».
Быстрая победа Компартии Китая над эпидемией и ее последствиями наряду с масштабной помощью, которую Пекин уже сегодня оказывает десяткам стран и в дальнейшем будет только расширять, станет мощным дополнением к стратегии Китая по формированию собственного блока союзников во всем мире от Белоруссии и Пакистана до Кении и Бразилии.
Если раньше Китай использовал почти исключительно экономические рычаги, щедро инвестируя в строительство в странах третьего мира объектов инфраструктуры и промышленности (так же, как СССР в 70-е годы), то сегодня он претендует на то, чтобы присвоить себе роль державы, спасшей мир от новой чумы.
Смелость и даже наглость действий Китая поражает.
В конце концов, именно собственные ошибки Пекина, особенно на первом этапе кризиса, когда он то ли не осознавал, то ли умышленно скрывал опасность эпидемии, разожгли вот это все, что сегодня охватывает большую часть мира.
Именно поэтому Китай так агрессивно боролся с настойчивыми попытками США именовать коронавирус «китайским» или «уханьским». Попытки американцев разыграть информационную модель «пакта Молотова – Рибентропа», когда победитель объявляется виновником войны, была китайцами быстро и четко нейтрализована на всех уровнях, включая встречу министров иностранных дел G7 неделю назад.
Пекин понимает, что его преимущество может оказаться очень краткосрочным. Если Америке удастся относительно быстро справиться с распространением эпидемии, глобальная конкуренция снова переместится из области идеологий и смыслов в область экономическую. А там США по-прежнему остаются единственной сверхдержавой и используют свое доминирование по полной программе, включая возможность неограниченной денежной эмиссии, торговых войн и экономического принуждения своих союзников и сателлитов к нейтралитету или противостоянию с Китаем.Китайская экономика сегодня менее зависима от экспорта как двигателя роста – по сравнению с тем, что она представляла собой 10 лет назад (экспорт в 2018 году составлял 19,5% ВВП по сравнению с 32,6% в 2008 году). Тем не менее Китай как глобальный экономический игрок, безусловно, почувствует на себе последствия мировой рецессии.
Впрочем, как и все остальные. Поэтому борьба за глобальное влияние в любом случае продолжится.