В послании президента Федеральному собранию, которое сейчас рассматривают со всех сторон, хочется обратить внимание на его мировоззренческий, философский фон, который особенно чувствуется в тех его параграфах, которые посвящены мерам по поддержке семьи и чадородия.
Для того, чтобы помочь молодым родителям – и ободрить тех, кто собирается ими стать – президент предложил ряд мер: увеличение числа мест в яслях, существенная финансовая помощь семьям с детьми, особенно с низкими доходами, значительное увеличение материнского капитала, который должен будет ежегодно индексироваться, помощь в выплате ипотечных кредитов для семей с детьми, бесплатное питание для детей младших классов в школах и многое другое.
Масштаб принимаемых мер показывает серьезность, с которой государство намерено подойти к поддержке семьи – и говорит об определенных ценностях, из которых оно исходит.
Во внутренней политике, в том, как государственные деятели реагируют на те или иные стоящие перед обществом вызовы, всегда проявляется определенное мировоззрение, представления о ценностях – которые, в свою очередь, коренятся в определенной картине мира. Это может не проговариваться вслух, но такая ценностная основа всегда присутствует. И за просемейными мерами, предложенными президентом, стоит консервативный, даже православный взгляд на человека. Символично, что это послание было оглашено в день памяти одного из наших любимых национальных святых – преподобного Серафима Саровского.
Россия двигается вперед, опираясь на свои нравственные и религиозные традиции – и, слава Богу, время утопий и диких экспериментов в нашей истории осталось позади. Мы обращаемся к консервативному взгляду на общество и семью – и нам стоит поговорить о нем немного подробнее.
Консерваторы и либералы по-разному воспринимают человеческую природу. Мы все согласны, что человек обладает физической природой – что-то способствует его здоровью, а что-то его подрывает, здоровое питание и физические упражнения сообразны физическому благу человека, а вот пьянство и обжорство ему вредят. С консервативной точки зрения у человека (и общества) есть и нравственная природа – какие-то формы поведения сообразны его подлинному благу, какие-то – нет.
Если попробовать пояснить на примере, это можно – сильно снижая – сравнить с предназначением предметов, которые создают люди. Фотокамера создана для того, чтобы делать снимки (или ролики). Таково предназначение, предусмотренное ее производителем. Тот же производитель определяет правила эксплуатации, соблюдая которые мы обеспечим ее нормальную работу. Если мы попробуем использовать камеру, например, для забивания гвоздей, нас постигнет неприятность – мы и гвоздей не забьем, и камеру испортим.
Если мы попробуем жить, игнорируя нашу нравственную природу, мы не принесем себе ничего, кроме вреда. Поэтому представление о нравственном законе, который мы не создавали (как мы не создали самих себя), но который должны соблюдать, появляется уже в глубокой древности. Знаменитый древнеримский оратор Цицерон говорил:
«Истинный закон – это разумное положение, соответствующее природе, распространяющееся на всех людей, постоянное, вечное, которое призывает к исполнению долга, приказывая; запрещая, от преступления отпугивает... Предлагать полную или частичную отмену такого закона – кощунство; сколько-нибудь ограничивать его действие не дозволено; отменить его полностью невозможно, и мы ни постановлением сената, ни постановлением народа освободиться от этого закона не можем, и нечего нам искать Секста Элия, чтобы он разъяснил и истолковал нам этот закон, и не будет одного закона в Риме, другого в Афинах, одного ныне, другого в будущем; нет, на все народы в любое время будет распространяться один извечный и неизменный закон, причем будет один общий как бы наставник и повелитель всех людей – Бог, создатель, судья, автор закона. Кто не покорится ему, тот будет беглецом от самого себя и, презрев человеческую природу, тем самым понесет величайшую кару, хотя и избегнет других мучений, которые таковыми считаются» (Марк Туллий Цицерон, «О Государстве», книга III, глава XXII).
Человек обретает подлинно достойную и счастливую жизнь именно тогда, когда он исполняет свой нравственный долг; делает то, что сообразно его подлинному благу и предназначению.
Семья – важная часть человеческой природы. Естественной, здоровой и нравственной нормой является брак – союз одного мужчины и одной женщины, которые проявляют взаимную верность и заботу, производят на свет и воспитывают детей, чтобы они, в свою очередь, вступили в брак и дали жизнь следующим поколениям. Отклонения от этой нормы, хотя они далеко не всегда преступны или даже порицаемы, являются чем-то менее желательным; подобно тому, как болезнь (или увечье), хотя никак не является преступлением, не считается чем-то желанным и поощряемым. Не все люди обладают идеальным здоровьем, но это идеал, к которому надо стремиться и который надо поддерживать.
Люди являются самой большой ценностью в мире, и привести нового человека в мир и воспитать его – подвиг, достойный глубокого уважения и поддержки со стороны общества и государства. Материнство – бесценный дар не только для родителей, но и для общества в целом, для всего мира, и его следует принимать с благоговейным почтением.
Такой консервативный взгляд на вещи не обязательно предполагает личную религиозность – не говоря уже о конкретном вероисповедании – но он очень хорошо соответствует нравственному наследию мировых религиозных традиций, и особенно православия, для которого семья имеет священное, мистическое измерение. Святой апостол Павел уподобляет союз мужа и жены союзу Христа и Церкви, Бога и творения – в семье проявляется верность и любовь, подобная верности и любви самого Бога.
Эта вполне ясно обозначенная, консервативная идеология послания особенно важна в ситуации, когда Россия подвергается давлению – идеологическому, культурному и политическому – со стороны либеральных западных элит, которые находят обязательным совсем другой взгляд на вещи – согласно которому никакого подлинного блага и предназначения у человека нет, а есть только желания, которые он волен реализовывать, пока это не причиняет явного вреда другим, любой разговор о нормальном и правильном в области личной жизни человека есть нестерпимое угнетение, и следует горячо поддерживать и продвигать любые, сколь угодно причудливые формы сексуального самовыражения. «Патриархальная семья» есть место эксплуатации и насилия, а дети крайне нежелательны – особенно в условиях предполагаемого перенаселения планеты и глобального потепления.
Эта идеология является господствующей в ряде стран Запада (где консервативные силы, хотя и есть, находятся в глухой обороне) и активно проникает в Россию – например, продвигая под благовидными предлогами юридические практики, делающие супружество, родительство и особенно многодетность предметом уязвимости и враждебного вмешательства.Нельзя не порадоваться тому, что, судя по посланию президента, власти нашей страны понимают опасность такого влияния – если планета и перенаселена, то уж точно не нами, а нам следует добиваться противоположного – роста рождаемости. И тут важны не только сами экономические меры (хотя их значение очень велико), но и то послание обществу, которое стоит за ними: государство осознает, что семья и дети – это огромная ценность, а родительство заслуживает самой решительной поддержки.