Произошедшие в Молдавии события уже называют революционными. И действительно, объединение двух совершенно разных политических сил – пророссийских социалистов и проевропейского блока ACUM – ради освобождения страны от власти олигарха Владимира Плахотнюка можно считать революцией. Однако уникальность и важность молдавских событий не в этом. А в том, что впервые за долгие годы конфликтов на постсоветском пространстве Москва, Брюссель и Вашингтон действовали сообща.
Нулевая сумма – нулевой результат
Долгое время Россия и Запад играли на постсоветском пространстве по принципу нулевой суммы. То есть каждая из сторон считала своим выигрышем любой проигрыш оппонента, отказывалась идти с ним на компромисс и ставила целью вытеснить его из региона. Россия рассматривала регион как свою сферу ответственности, своего рода «буфер безопасности», а Запад стремился превратить страны постсоветского пространства в инструмент сдерживания и/или плацдарм для культурно-экономической экспансии в Россию. Грузия, Украина, та же Молдавия, отчасти Киргизия – конфликты шли на всем постсоветском пространстве и приводили к цветным революциям, нестабильности и гражданским войнам в буферных государствах.
При этом ни в одной стране социалистическое соревнование не приводило к победе одной из сторон. Да, Майдан и гражданская война на Украине нанесли серьезный ущерб России – однако и Запад потерял там немало. Речь не только об отошедшем к Москве Крыме и миллиардах евро, которые теперь Европа вынуждена вбухивать в украинскую экономику. И даже не об имиджевом ущербе от поддержки украинского неонацизма. Речь о том, что Майдан и то, что за ним последовало, похоронило надежды Вашингтона и Брюсселя на смену режима в России при помощи бунта среднего класса.
После Майдана и санкционных действий Запада часть сторонников условной Болотной ушла в государственный окоп (ибо когда им пришлось выбирать, в какой окоп прыгать, они все-таки решили не становиться предателями), а другая часть радикализировалась – и растеряла значительную долю поддержки в среде протестного, но все-таки умеренного большинства.
Альтернатив нет
Получилось, что российско-западное противостояние на постсоветском пространстве зашло в патовую ситуацию. Шансы на победу сторон минимальны, а издержки на продолжение бессмысленного противостояния – велики. И, как известно, когда стороны понимают, что не способны победить иным способом, они идут на компромисс.
Собственно, российско-европейская стабилизация отношений уже началась – и даже дошла до этапа снятия санкций (первой ласточкой станет возвращение российской делегации всех прав в ПАСЕ). Однако эксперты все-таки хотели увидеть не только отказ от деструктивных шагов, но и начало каких-то конструктивных. Первым таким шагом и стал компромисс в Молдавии.
Сама Молдавия была выбрана этаким «пробным шаром» не случайно. И Россия, и Запад понимали ограниченность своих возможностей в этой стране – как и все риски в случае пересечения «красных линий».
Так, российским политологам было очевидно, что Москве не удастся привести к власти в Молдавии пророссийские силы. Просто потому, что в случае каких-то внутренних конфликтов или внешнего давления Россия не сможет поддержать своих кишиневских друзей. Этому помешает география – у Молдавии нет общих границ с Россией. Молдавия граничит лишь с Румынией – членом НАТО, и Украиной, проводящей русофобскую политику. И в случае, если к власти в Кишиневе придет пророссийский режим, она просто окажется в блокаде.
Однако, с другой стороны, западные партнеры не могли выкорчевать все «пророссийское» из Молдавии – и не только потому, что значительная часть молдаван живет и работает в России. Москва имеет теснейшие связи с Приднестровьем, в непризнанной республике находятся российские войска – поэтому любые неосторожные действия западных партнеров на Днестре могли привести к непредсказуемым военным последствиям. В том числе и к появлению российско-приднестровской границы в районе Одессы.
Снимаем блокаду?
Именно поэтому, когда пришло время компромиссов, Молдавия и стала пробным шаром. Россия (а конкретно вице-премьер Дмитрий Козак, прибывший в Кишинев в первых числах июня) убедил социалистов пойти на заключение коалиционного соглашения с ACUM. Которым, в свою очередь, объяснили новые правила игры еврокомиссар Йоханнес Хан и представитель Госдепа Брэд Фредэн, прибывшие в Кишинев одновременно с Козаком. Когда Плахотнюк отказался признавать эти правила игры и отдавать власть созданной коалиции, с ним поговорил посол США в Молдавии – и он тут же сдал власть, собрал котомку и покинул страну.
Однако возникает новый вопрос – а как долго продержится этот компромисс? Да, сейчас коалиция существует и разделила власть. Премьер-министром страны стала лидер ACUM Майя Санду, а спикером парламента – представитель социалистов Зинаида Гречаный. Да, новые руководители Молдавии уверяют, что не собираются продолжать предыдущий враждебный курс в отношении России. Президент Игорь Додон уверен – при новом правительстве у Молдавии будут «неплохие» отношения с Москвой, а Майя Санду уже заявила о готовности к диалогу с Россией для улучшения экономического и торгового сотрудничества. Добавив, естественно, что Кишинев не откажется от курса на евроинтеграцию.
Москва-то, в общем, не против евроинтеграции Кишинева, ибо понимает, что других альтернатив у Молдавии нет – см. момент «нет общей границы» и «окружена проевропейскими или антироссийскими странами» (что отличает Молдавию от той же Армении). Куда важнее для России убедить молдавских партнеров снять блокаду Приднестровья – хотя бы со стороны Молдавии, дабы непризнанная республика возобновила свои внешнеторговые операции, а гости из России могли бы спокойно прилетать в Тирасполь через Кишиневский аэропорт.
Помимо экономических причин, снятие блокады будет иметь и важное политическое значение. После победы президента Додона на выборах кое-кто в Приднестровье стал говорить о том, что Москва намерена положить республику – самую, пожалуй, пророссийскую на всем постсоветском пространстве – на алтарь рейтинга социалистов. Сейчас, когда социалисты официально стали частью молдавской власти, эти голоса лишь усилятся. Москве нужно показать, что никто никому никогда Приднестровье сдавать не будет.
Удастся ли России и Западу выработать некие общие правила игры и сохранять баланс в Молдавии? Или же коалиция после изгнания Плахотнюка развалится, и западные страны снова будут дергать Россию за приднестровские усы? Время покажет. Но если здравый смысл возобладает, если обе стороны будут выполнять свои обязательства и уважать интересы друг друга на Днестре, то, возможно, молдавский эксперимент будет распространен и на другие страны. Прежде всего, на Украину, где России, Европе и даже Дональду Трампу (для которого Украина – затратный пассив) уже давно пора наводить порядок.