Дискуссии в сетях, которые возникают при сколько-нибудь массовых выступлениях (мы их видели в связи с недавними екатеринбургскими волнениями, и увидим еще много раз), отличает одна характерная особенность. Демонстранты видят свои цели и мотивы совершенно иначе, чем их оценивают внешние наблюдатели.

Снаружи видят Майдан, разборки между конкурирующими строительными фирмами, интересы внешних игроков – изнутри люди находят такие предположения вопиюще ложными и глубоко оскорбительными. Они вышли не за Госдеп и не за чьи-то корпоративные интересы, и не чтобы один чиновник подсидел другого – а за что-то чистое, светлое и глубоко справедливое, вышли в компании хороших, славных, заслуживающих доверия людей, и уж точно никакой Госдеп (или какие-то еще заинтересованные группы) им не платили ни копейки.

Большинство участников при этом не врут – то есть они вполне искренне говорят о своих мотивах и переживаниях. Изнутри их опыта, их глазами ситуация выглядит именно так. Это их видение, однако, может не совпадать с тем, как ситуацию воспринимают, скажем так, организаторы среднего уровня. Они понимают, что для того, чтобы банкет состоялся, он должен быть кем-то запланирован и оплачен. Это требует усилий и вложений. Людей, работающих на полную ставку. Это не означает, что человек, получающий деньги за свою политическую борьбу, циничный наемник и не верит в то, за что борется.

Человек может быть абсолютно искренним, мотивированным, воодушевленным и преданным борцом за все хорошее (или то, что ему таковым представляется), посвящающим этой борьбе все свое время и силы. Но его в это время кто-то должен кормить, одевать, оплачивать ЖКХ, интернет и прочую прозу жизни. В свободное от работы время ничего особенного не организуешь. Всю ночь поднимать гнев масс, а потом на работу к девяти? Так не получится.

Человек может быть абсолютно искренним в своих убеждениях – а кушать-то все равно надо. Вопрос о том, «кто оплачивает», не подразумевает того, что борец – человек неискренний и продажный. Он подразумевает, что кто-то достаточно заинтересован в его, борца, деятельности, чтобы поддерживать ее финансово. Как говорит мудрая американская поговорка, «There is no such thing as free pizza» – «Бесплатной пиццы не бывает». Если вы получаете пиццу бесплатно, значит, за нее заплатил кто-то другой. Кто-то, кто счел это оправданным вложением своих денег.

Конечно, сам борец может собирать деньги с сочувствующих в интернете, но это проходит по разделу приятных мелочей, источник скудный и нестабильный. Если только под видом анонимных доброхотов в интернете не скрывается кто-то более солидный.

Чтобы вести политическую работу, нужны какие-то основательные спонсоры. Организатор среднего уровня берет их деньги. При этом он вполне может не разделять целей тех, кто их дает, и исходить из принципа, высказанного одним известным революционером – можно заключать союз хоть с чертом, если в итоге ты обманешь черта, а не он тебя. Например, украинские националисты или «умеренная сирийская оппозиция» идеологически не имеют ничего общего со своими американскими покровителями, что не мешает им принимать их помощь. 

Таким образом, на разных уровнях движения представления о его целях и ценностях могут быть совсем разными. Рядовые участники могут вполне искренне не понимать целей тех, кто оплачивает банкет – и обижаться до глубины души, когда кто-то говорит им об этих целях. Они вышли на улицу не за этим. Конечно. Вот только для заказчиков имеет значение не мотивация участников – а реальные цели, которые будут достигнуты с их помощью.

Это потом уже люди задаются горьким вопросом: «За это ли стоял Майдан?». С точки зрения рядовых участников – нет, конечно, не за это. С точки зрения организаторов – именно за это, и своих целей он достиг. Это называется манипуляцией – когда людей побуждают действовать против их собственных интересов и, как правило, держа в тени подлинные цели манипулятора. Вместе с тем эти цели не являются чем-то совершенно непостижимым. У расшатывания политической ситуации есть вполне явные интересанты.

Доклад аналитического центра RAND Corporation «Как перенапрячь и разбалансировать Россию» лежит в Сети в открытом доступе, потому что ничего секретного в нем нет – как нет ничего секретного и в том, что мы живем в высоко конкурентном мире. В докладе на тему «Как нам подорвать возможности конкурирующей компании» нет ничего удивительного, термин, который встречается в подзаголовке доклада (cost-imposing, буквально «навязывание цены»), взят из мира экономической конкуренции и означает стратегию, которая должна принудить конкурирующую компанию тратить силы и средства непроизводительным образом – и таким образом подорвать ее конкурентоспособность.

Подобные стратегии применяются в межгосударственных отношениях – их называют «стратегиями мирного времени», потому что они предполагают противодействие другим державам без военных действий. Такие попытки подорвать возможности друг друга – нормальная составляющая взаимоотношений между конкурирующими корпорациями и государствами. Прямо сейчас мы наблюдаем экономический конфликт между США и Китаем, в ходе которого США пытаются уничтожить китайскую корпорацию «Хуавей».

Это, слава богу, довольно далеко от реальной войны – точно так же, как в корпоративном мире Apple не станет буквально бомбить штаб-квартиру Samsung, хотя риторика руководства Apple временами бывала очень разгневанной и даже прямо военной. Но вот вставлять друг другу палки в колеса, переманивать специалистов, пытаться запретить продажу товаров конкурента в своей стране по суду, красть технологии – это сколько угодно. Нормальная экономическая жизнь в духе здоровой конкуренции.

Но вернемся к тем мерам, которые предлагает применить к нашей стране RAND, чтобы подорвать возможности России угрожать интересам Запада. Среди этих мер, например, такая: «Поощрение гражданских выступлений и ненасильственного сопротивления могло бы способствовать отвлечению и дестабилизации российского режима и снизить вероятность того, что он будет предпринимать энергичные действия за границей».

Ничего необычного в этом нет. Это совершенно стандартный прием в мировой политике – поощрять борцов за свободу и благородные идеалы в державах, которым вы хотели бы создать внутренние трудности и подорвать таким образом их желание и способность создавать вам проблемы на международной арене. Речь при этом идет не о каких-то возвышенных идеалах, тем более не об интересах жителей чужих стран – как и корпорации менее всего озабочены благополучием акционеров и сотрудников конкурентов. Речь идет о том, чтобы использовать провоцирование внутренней смуты для ослабления конкурента.

Вернемся к примеру с «Хуавей». Никому в голову не придет, что цель американских властей – позаботиться об интересах, правах и свободах сотрудников этой корпорации или китайцев в целом. Конечно, если бы власти США могли втереться в доверие к сотрудникам конкурентов и взбунтовать их против начальства, они бы это обязательно сделали, но в мире корпораций трудно найти людей столь фантастически наивных. Представить себе, что сотрудники «Хуавей» выходят на Майдан против своего бездарного, коррумпированного и агрессивного руководства, которое поссорило их со всем цивилизованным миром, едва ли возможно.

Веселясь на банкете, радостно ловя слова одобрения и поддержки в свой адрес, они избегают задаваться вопросом, «кто организовал банкет и что ему нужно», или даже сердятся, когда им этот вопрос ставят со стороны. Но этот вопрос неизбежен – в нашем мире не бывает бесплатной пиццы. И бесплатных печенек тоже не бывает.