Все просветленные лицом жители России празднуют победу инстинктов над проектом #metoo. Иван «Мне ничего за это не будет» Колпаков возвращается на пост главного редактора издания «Медуза».
Катастрофа с «Медузой» произошла еще в октябре прошлого года. Когда лысый и пьяный главред Иван Колпаков облапал жену сотрудника, приговаривая, что он может ее безнаказанно харассить. Через две недели скандалов, издевок и высмеивания «Медузы» как оплота харассмента и гендерного унижения было решено закопать стюардессу. Колпаков уволился.
Но прошло четыре месяца. «Хватит извращений», – решила редакция. И откопала стюардессу. Издатель «Медузы» Галина Тимченко торжественно объявила, что Иван Колпаков возвращается на пост главного редактора. Харви Вайнштейнов бы делать из таких людей, как Колпаков!
«Я не знаю другого профессионала, который мог бы лучше справиться с новыми задачами и вызовами», – рассказала Тимченко про свои кадровые трудности.
В конце концов, мы не мракобесы и не креационисты. Мы верим, что люди произошли от страстных обезьян, а не от пассивной политкорректной глины. Мы (и люди, и коты) – часть живой природы, и не надо с этим спорить.
Конечно, есть нюансы. Если бы кто отхарассил самого Колпакова, тут уж вариантов нет, Тимченко отгрызет голову обидчику своего «нежного друга». Но жертвой оказалась жена сотрудника – а это такой расходник, который всегда можно заменить.
В «Скотном дворе» Гали Тимченко есть несколько животных, которые гораздо равнее других. Не зря ведь либералы так любят Оруэлла – он в их сердцах. В виде недостижимого идеала, в виде самых смелых желаний.
Пока на Западе движение #metoo вычищает из общественной жизни насильников, российские либералы говорят харассменту: Welcome! Без шуток – я бы дал Тимченко орден Божьей Росы – за заслуги в карнавализации оппозиции. Надо будет товарищу полковнику докладную нацарапать. А Колпакову ничего бы не дал – он мужик рукастый, сам возьмет, что нужно. И ничего ему за это не будет. Разве что медузные секретарши будут превентивно добавлять в утренний кофе шефа добрую порцию брома. Кому охота работать игрушкой-антистрессом в ловких и натруженных руках главреда?
Правда, есть у меня некоторые сомнения в искренности Гали Тимченко и ее готовности рискнуть последним шансом ради «нежного друга» Ванечки. Подозреваю, это не любовь, а корысть. Я устал считать, сколько журналистов, маркетологов, интернетчиков и прочих членов «уникального журналистского коллектива» покинуло «Медузу» с момента рокового колпаковского хлопка по чужой попе. Эвакуировался даже один из создателей проекта – издатель Илья Красильщик. Свой исход беглецы оставили без громких заявлений. Все, как на пионерской линейке, клялись в вечной любви «Медузе» – но бегом, бегом от нее, как от чумы.
Так что вот это тимченковское «я не знаю другого профессионала» – это не фигура речи. И правда не знает. А если и знает, то не может заманить в «Медузу». Те, кто остались, просто не тянут проект. Но пока есть деньги инвесторов, должен быть и тот, кто этих инвесторов порадует морализаторскими статьями «как нам обустроить Россию» и непримиримой борьбой за все хорошее против всего плохого. А то, что самых ярых моралистов (почитайте материалы про Слуцкого) всегда ловят на каком-нибудь непотребстве, так это люди скоро забудут. У публики память золотой рыбки.
Из неизбывной любви к братьям нашим старшим хотел помочь Тимченко и «Медузу» сохранить, и честь сберечь. Думал, порыскаю, поговорю со знающими людьми – может, найдем либералам главного редактора с чистыми руками. Но все оказалось еще хуже. На этом рынке уже давно расставила ловушки Евгения Альбац.
Евгения Марковна еще в декабре кинула клич – в New Times нужен главный редактор. До 40 лет, чтобы «хорошо ориентировался в соцсетях и прочих интернет-игрушках». И вот тут-то начался карнавал. По мере того, как коллеги называли Альбац фамилии потенциальных главредов, выяснилось, что у New Times «нет денег на переманивание. Тут должны быть амбиции». То есть ищем тех, кто готов работать за интерес. Поэтому не подошел и другой кандидат: «Он любит большие, надежные конторы с гарантиями на годы вперед», – жалуется Евгения Марковна, не имеющая таких гарантий. Предложение стать главредом New Times получил даже Алексей Навальный (если это не отчаяние, то что?). Но, по словам Альбац, отказался: «Он говорит, что этого не умеет». Как будто он адвокатом умеет?!
Сама же Альбац признается, что не справляется с работой, а штат у нее минимальный: «Я кучу всего редактирую, а тут еще верстальщица попала в больницу, так я еще и за верстальщицу. А надо бежать одеваться, потому что встреча с Набиуллиной... И голову собрать, после того как отредактировала 43 тыс. знаков одного автора и 15 тыс. другого».
Теперь понимаете отчаяние двух маститых дам либеральной журналистики? На такое безрыбье и Ваня «Мне ничего за это не будет» Колпаков – акула пера.
Только не пойму я, как так получилось, что весь прошлый год и начало этого года прошли под яркие репутационные скандалы, а либералов это поветрие никак не затронуло? Неожиданно оказалось, что в России есть институт репутации. «Графиня» Галина Панина вылетела из «Леруа Мерлен» за оскорбительные посты у себя в Facebook*, пиарщик Reebok Александр Голофаст потерял работу после дикой рекламы про «Пересядь на мужское лицо».
Это не говоря уже о чиновниках, теряющих свои места после откровений о «не просили рожать» и «надо есть макарошки, чтобы быть стройнее и красивее». Как-то неожиданно оказалось, что и частные компании, и государственные учреждения не готовы держать у себя хамов, дискредитирующих всю структуру. Зато либеральная общественность играет против трендов и настаивает: если ты «свой» – то все можно.* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ