Способны ли мы на реальную революцию в правоохранительной деятельности? Где искать полицию будущего?

Сценарии первых серий теперь уже знаменитого телесериала «Улицы разбитых фонарей», получившего в свое время и второе наименование – «Менты», писали люди, имевшие реальный опыт милицейской работы. Во многом именно это и обеспечило первичный и столь яркий заслуженный успех фильма.

Кстати, в свое время в центральном аппарате МВД России состоялось целое обсуждение проблемы: можно ли использовать термин «менты» в названии сериала.

Мнения разошлись. Добро на его официальное использование с перевесом только в два голоса (по сравнению с другими службами) дали руководители уголовного розыска и службы по борьбе с организованной преступностью.

Именно они совершенно не испугались этого термина: «Ловишь-ловишь этого гада (убийцу и насильника), ночей не спишь, по стране мотаешься. Поймаешь, в камеру закинешь, замок звучно так захлопывается! А он шипит тебе с ненавистью: «Мент поганый!» Так после этого на душе приятно!.. Нормальное поэтому название у этого кино!» – сказал один из них.

Согласились.

Мало кому, наверное, запомнился небольшой эпизод в одной из первых серий этого фильма. На место преступления (убийство), как и положено, наряду с операми выезжает забавный и мудрый начальник отдела. Убитый – водитель такси – лежит, уткнувшись лицом в руль своей машины, а у него в спине торчит здоровая заточка.

Начальник райотдела, в исполнении, безусловно, талантливого артиста, долго ходит вокруг машины с убитым, о чем-то размышляя, а затем, тяжело вздыхая, говорит:

– Да! На суицид это не тянет!

Миллионы людей, связанных с правоохранительной практикой, отлично понимают эту все разрушающую ситуацию.

Решил высказать свои мысли по этому вопросу в преддверии праздника 10 ноября (название которого менялось в последнее время так часто, что затрудняешься, какое именно лучше использовать). Но, что бы ни говорили и ни писали о милиции – полиции, праздника действительно народного.

Ибо нет ни одной иной правоохранительной структуры, которая была бы так близка народу и, соответственно, не несла на себе все его недостатки, беды и проблемы. Соответственно, во всех проблемах легче всего обвинить именно сотрудников органов внутренних дел, что десятилетиями и закреплялось во многих проявлениях общественного сознания...

Не так давно одна очень руководящая и волевая женщина, родственники которой недавно столкнулись с очередной проблемой в деятельности полиции (отсутствием своевременного реагирования на сообщение), задала мне вопрос:

– Вот вы, Владимир Петрович, столько прослужили в ведомстве и так его защищаете! А назовите мне в одной фразе: что надо сделать, чтобы коренным образом изменить работу нашей полиции? Сможете?

– Конечно! Надо поменять криминальную статистику!

– Вы что, издеваетесь?

– Нет! Наоборот! Отчетность, статистика, раскрываемость – это та разрушающая и разлагающая весь организм правоохранительной системы страны болезнь, которая сказывается на всех аспектах ее деятельности!

Очень многие беды и проблемы у нас именно от отчетности и статистики. Сколько судеб десятков тысяч прекрасных и порядочных сотрудников она погубила, как разрушила организацию работы многих служб.

Типичны и комичны ситуации, когда в конце отчетного периода работающие подразделения с подарками бегут к сотрудникам информационных центров «за палками», то есть показателями, которые с помощью легких манипуляций в результате плавно переплывают из одного подразделения в другое.

Анекдотами стали ситуации, когда на границах ответственности сотрудники территориальных органов «передвигали» жертвы преступления в зону ответственности подразделений транспортной милиции (чтобы преступление числилось за ними), москвичи – областникам и наоборот...

А страшное слово «висяк» (потенциально трудно раскрываемое или нераскрываемое преступление) вообще стало одной из важнейших угроз в деятельности милицейского – полицейского руководства.

Самое страшное, что с сокрытием и отказами в регистрации боролись еще в советские времена. Безрезультатно. Потом и в российские. Собирались совместные коллегии МВД, прокуратуры, суда. Издавались строгие приказы. Но показатели оставались бессмертны.

Это понятно – ибо поменять структуру знаковых цифр, сложившихся за десятилетия – это значит обрушить ВСЮ систему оценок и критериев. Это была бы революция похлеще Великой Октябрьской социалистической. Готова ли страна к этому? Пока нет.

И на всех следующих совещаниях и коллегиях самые высокие руководители перед миллионами людей снова и снова говорят о... процентах раскрываемости. Чтобы просто «выжить», рядовой полицейский вынужден скрывать от учета преступления.

Но бумеранг возвращается. Если число преступлений меньше, то и финансирование МВД, его численность тоже должны быть изменены.

Сотрудников становится меньше, их в очередной раз «оптимизируют», они опять вынуждены «подправлять» показатели. А при отсутствии объективных данных очень трудно принимать правильные управленческие решения.

В результате мы реально не знаем состояние преступности в стране, той преступности, с которой боремся. А что у них? Хорошо помню свой разговор с шерифом полиции округа Окалуза, что во Флориде: «Хорошо, у меня места курортные. В сезон (а рядом берег Мексиканского залива) количество правонарушений растет, и с численностью у меня хорошо и в несезон».

То есть там полиция где-то даже заинтересована в количестве зарегистрированных преступлений: больше преступлений – больше финансирование на борьбу с ними – больше численность полиции – лучше ее оснащение.

Разве наши специалисты не понимают сложившейся ситуации? Как излечить правоохранительную систему от раковой опухоли всепроникающих показателей? Есть ли надежда на излечение?

Коллегия МВД России ее утвердила. Но дальше все зависит уже не от МВД. За статистику у нас отвечает... Генеральная прокуратура. Как реально прооперировать разросшуюся опухоль, если за эту операцию не брались в течение почти 50 лет? Болезнь предельно запущена.

В медицине появляются новые препараты. Они позволяют спасать ранее неизлечимых больных. Сегодня появляется надежда и в вопросах регистрации преступлений, следовательно, и в коренной трансформации всей правоохранительной системы. Надежда есть – это цифровизация.

Если мы говорим о цифровой экономике, то просто обязаны говорить и о цифровой организации работы всех правоохранительных органов.

Уверен, что современный концептуальный подход, современные электронные технологии, технологичный электронный учет, полная ликвидация понятия «раскрываемость» и формирование новой системы организации деятельности полиции могут послужить той основой, которая в конце концов представит нам иную полицию – полицию будущего.

Но для этого необходимо политическое решение...

Источник: Блог Владимира Воржцова