От дебатов Игоря Стрелкова с Алексеем Навальным я ожидал большего. Увы, они прошли довольно скучно и заурядно.
Простых и лежащих на поверхности решений для того, чтобы вернуть Россию в ряды передовых экономик мира, не существует
В среде несистемной оппозиции прослеживается явный дефицит идей, который в силу несистемного характера такой оппозиции не получается списать на «цензуру».
На то такая оппозиция и несистемная, что говорить там можно, что хочешь: вот только, как оказалось, сказать особо нечего. В результате вместо дебатов – обмен пропагандистскими клише.
Однако один тезис из дебатов показался мне интересным для того, чтобы поговорить о нём обстоятельнее: Алексей Анатольевич призвал вместо торговли нефтью строить нефтеперерабатывающие заводы, а Игорь Иванович – обрубать путы, связывающие российскую экономику с «нашим извечным врагом – Западом».
Столкнулись два популизма.
Первая версия популизма не хочет ответить на вопрос, почему Россия не может сейчас строить НПЗ. Вторая версия популизма не хочет ответить на вопрос, почему НПЗ не будут построены, если страна уйдёт в полную экономическую самоизоляцию.
Не хотят ответить, потому что ответы вскрывают изъяны в их политических построениях.
Ответим на эти два «почему».
Почему в России не строят НПЗ?
Во-первых, этот тезис неправдив: НПЗ в России строят (а также модернизируют, расширяют и углубляют переработку на ранее построенных).
Почему их не так много, как хотелось бы, и почему мы не перерабатываем всю свою нефть в нефтепродукты с большей добавочной стоимостью, чем у сырой нефти?
Ответ следующий: предложение нефти в мире больше, чем спрос на неё. Именно поэтому российский министр энергетики Новак периодически летает договариваться с ОПЕК о сокращении добычи.
Спрос на нефть предъявляют как раз пресловутые страны Запада, которые перерабатывают и используют её в своей экономике.
Что произойдёт, если Россия перестанет поставлять за рубеж нефть и начнёт её перерабатывать внутри страны и предлагать продукты нефтепереработки?
Во-первых, наша страна сразу потеряет рынок сбыта сырой нефти: его моментально займут Иран и Саудовская Аравия, которые сразу же нарастят собственную добычу, а также США, которые увеличат добычу на Аляске и в Техасском заливе (за что особенно ратует президент Трамп).
Во-вторых, мы не сможем продать на мировом рынке такой объём нефтепродуктов по приемлемым, экономически оправданным ценам.
На западных рынках эта продукция по-прежнему будет производиться на собственных заводах, но уже из аравийского и иранского сырья (и доступ на этот рынок будет закрыт), а в «третьем мире» мы сможем реализовать такой объём нефтепродуктов только по бросовым ценам. Вспотеем, но не заработаем.
И именно эта достаточно очевидная логика сдерживает в России развитие глубокой нефтепереработки.
Постепенно запускаются новые НПЗ, ориентированные на производство нефтепродуктов для внутреннего рынка, но ориентированных на экспорт производств по-прежнему мало. И виной тому не «преступная воля Ротенбергов и Тимченко», как пытается уверить своих последователей Навальный, а вполне объективная ситуация на мировом рынке нефтепродуктов.
Почему для нашей страны ситуация сложилась именно так?
Этот вопрос стоило бы адресовать Михаилу Сергеевичу Горбачёву и покойному Борису Николаевичу Ельцину. Почему им? Потому что именно их усилиями Россия утратила огромные рынки сбыта для своей высокотехнологичной продукции в целом и для нефтепродуктов глубокого передела в частности. Конечно, в первую очередь имею в виду бывшие государства СЭВ, а также и ориентированные прежде на сотрудничество с Москвой государства Азии и Африки.
Почему нефтеперерабатывающие заводы не появятся, если обрубить «путы с Западом»?
Вижу две причины.
Во-первых, на их строительство не будет денег. Сейчас важнейший источник благосостояния России – торговля нефтью. Если мы «перестанем продавать сырьё», как предложили участники дебатов, то строить НПЗ будет не на что.Во-вторых, нефтепродукты окажутся не нужны. Свои потребности мы вполне покрываем продукцией НПЗ, уже существующих в России и союзной нам Белоруссии.
Каков вывод?
Нравится это кому-то или нет, но простых и лежащих на поверхности решений для того, чтобы вернуть Россию в ряды передовых экономик мира, не существует. Все решения на этом пути сложные, структурные и порой неочевидные для обывателя (это прекрасно видно по дискуссии о путях развития России, идущей между «столыпинцами» и «кудринцами»).
Было бы здорово, если бы именно эти стратегии были в центре общественной дискуссии, а не площадной популизм в форме обсуждения запрета на торговлю сырой нефтью или разрыв экономических отношений с Западом.