Евгений Ройзман*, мэр Екатеринбурга, решил вслед за многими начать свой видеоблог. Там уже то ли четыре, то ли пять записей, и, честно говоря, это даже забавно.
Но не в том смысле, что это очень новаторски, хорошо и правильно, а потому, что человек пытается втиснуть себя в новый, принципиально незнакомый ему формат всеми силами и со всей возможной скоростью.
Человека в красной потертой футболке. Футболка потертая, с оттянутым воротником, но Бог-то с ним, человек пытается выглядеть своим. Тем более что 26 мая, во время публикации первого ролика, было +20 и переменная облачность.
Но человек в потасканной футболке сидит под гербом Екатеринбурга. И рассказывает «за жизнь».
В принципе, сегодня огромное количество политиков, депутатов и мэров узнали про такой инструмент общения со своей аудиторией, как видеоблоги, и ринулись осваивать эту нишу.
Такое уже было несколько лет назад, когда чиновники точно так же ринулись покорять социальные сети, начиная с «вечно покойного», но не умирающего «Живого Журнала» и заканчивая «Фейсбуком».
Возможно, дополнительным стимулом для освоения именно видеоформата в Сети стало приглашение в Государственную думу охапки «ютуб-популярной» молодежи.
Нет, понятно, что эти люди популярны и на этой популярности делают деньги. Больше того, многие из них, не скованные форматом и цензурой, оперативнее, острее и интереснее традиционных СМИ.
Дело не в этой молодежи, а в том, что вдруг чиновничество наше, присмотревшись к тому, что и видеоблогеры выступают уже на площадке Госдумы, решили это все копировать.
Ну, видимо, потому, что «раз у них работает, то сработает и у нас». Блогеры рассказали в ГД, что «нужно быть ближе к народу». В том смысле, что надо идти и делать свои блоги, а еще говорить с аудиторией «понятным ей языком».
Эта мода на «новую искренность» может сыграть с политиками, которые всегда были далеки от таких форматов, злую шутку. Собственно, с Ройзманом уже играет.
Безотносительно его политических предпочтений, обратив внимание на стилистику его роликов, можно четко увидеть, что он обращается не к реально существующей современной молодежи, а, скорее, к «молодняку 90-х». Ну, к тем, которые «псы с городских окраин». Простым и незамысловатым, дерзким, но «лиричным в глубине души».
И такое обращение было бы хорошо лет 20 назад, а лучше все 25. Потому что, с одной стороны, там кролик на столе мэра, с другой – матерные частушки и рассказы про выброшенные на помойку учебники, которые молодой Женя Ройзман прочитал. Еще истории про то, что сидел... Куда уж без них?
И это было бы адекватно воспринято тем «быдлом», которое представляют себе в качестве народа наши либеральные деятели. Только вот пресловутого типового быдла в стране практически нет.
Даже те самые спальные районы в Екатеринбурге ли, в Москве или в Новгороде стали несколько спокойнее, умнее, критичнее и воспитали в себе чувство собственного достоинства.
Концепция «Ройзман – рубаха-парень» (а дело тут не только в нем, другие ведь тоже могут пойти этим путем) наталкивается на абсолютное непонимание того, что такая стилистика от властей предержащих вызывает отторжение. Ну, вспомните орловского губернатора и историю с «Бог не фраер» в защиту тамошнего епископа. Которого и защищать-то, в общем, не нужно было, но какая волна поднялась.
Возвращаясь к екатеринбургскому мэру, стоит напомнить, что оппозиционные медиа создавали для него и иже с ним некий образ – это мог быть легендарный оппозиционер или борец с наркотиками, как Ройзман. У аудитории рисовался образ умного, ответственного, «замечательного во всех отношениях» человека.Но вот парадокс: глядя на «парня в красной футболке», который из ролика в ролик упоминает, что ему 55 лет, видно только то, что герой – человек, мнение которого по тем или иным вопросам банально, суждения – ограничены, а шутки – несмешные. Ну, или были смешными, но несколько лет назад и для совсем иной аудитории.
Право же слово, у Дмитрия Маликова, вышедшего на просторы видеоблогов, больше понимания того, с кем и как он говорит, нежели у чиновника, который вроде бы снял пиджак, но так «пиджаком» и остался.
Понятно и то, что наше публичное чиновничество привыкло к ТВ-формату.
Но видеоблог – это явление несколько иного порядка. Здесь по-другому нужно работать с камерой, здесь куда четче нужно улавливать целевую аудиторию. Иначе «новая искренность», как в случае с Ройзманом, превращается в какую-то «старую глупость».
И нет, дело не в том, что «видеоблоги чиновников» чудовищны, даже не в том, что Ройзман совсем уж неуместен. Дело в каком-то чувстве стыда за другого человека.
Ну вот смотришь, слушаешь, думаешь «Боже, что он несет, что он, Боже несет-то, ой...» – и стыдно уже тебе, зрителю. Вся эта видеоактивность слишком шаблонна, слишком непрофессиональна. И это даже не «так плохо, что хорошо». Это действительно просто плохо.
Если ролик про Соколовского, где екатеринбургский мэр говорил и о других проблемах города, набрал более двухсот тысяч просмотров (и, Господи, побейте его Конституцией РФ кто-нибудь по голове за его формулировки), то ролик на старт канала – чуть меньше сорока тысяч, ролик о «нелегком прошлом» – почти восемь. Ну, в общем, совсем не триумф.
И тут стоит спросить: а чего, собственно, хочет такое чиновничество, даже самое оппозиционное, но работающее в системе, когда реализует подобный формат? Обратной связи или популярности?
Но ведь и со связью как-то ничего не получается, да и с популярностью большие проблемы.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом