Подведены итоги первого тура выборов президента Франции. Во второй тур вышли Эммануэль Макрон и Марин Ле Пен. Эксперты и пользователи соцсетей обсуждают результаты голосования. 

Владимир КОРНИЛОВ, политолог: Макрон вроде первое место занял. Но почему-то на обложках многих западных газет все равно Ле Пен. Понятное дело, с ней газеты лучше продадутся, чем с серым, ничем не примечательным и никому не интересным Макроном. Источник

Дарья ПЛАТОНОВА, журналист: Вчера все каналы Франции в унисон говорили, что результаты первого тура свидетельствуют о квадропартийности во Франции, о существовании четырех Франций. Совершенно некорректное замечание.

Как раз вчера и произошло историческое событие, когда был легализован и легитимизирован конец левых и правых партий. Нет четырех партий и четырех Франций. Их две: глобалистская и системная, антинародная и народная. Источник

То, к чему мы так стремились в России 25 лет, испаряется на наших глазах

Евгений МИНЧЕНКО, политолог: Французская народная примета: победитель первого тура выигрывает и во втором (так было в 2002, 2007 и 2015 годах). 

Главные выводы по вчерашнему голосованию во Франции:

1. Крайне высокий уровень доверия к политической системе. Никто из кандидатов не ставил под сомнение процедуру и результаты голосования;

2. Крайне высокий уровень доверия к социологам. Никто всерьез не ставит под сомнение данные их опросов.

3. Достаточно высокий уровень консолидации элиты, позволяющий ей выстраивать сложные сценарии.

4. Большое значение долговременной репутации кандидатов и сохранение устойчивых идеологизированных групп избирателей. Блестящая кампания Меланшона и хорошая кампания Ле Пен не смогли сломать стереотипы о каждом из них.

5. В условиях жестких ограничений по финансированию и способам ведения кампаний роль традиционных СМИ, задающих оценочные рамки для социальных сетей, остается значительной.

6. Управление обоймой кандидатов при невысоких разрывах в рейтингах является критически важной технологией. Рывок Меланшона был во многом обеспечен за счет перекачки им голосов Ле Пен (в первую очередь рабочего класса). Для двух популистов поляна недостаточно большая.

7. Политическая элита Евросоюза повторила тестирование новой модели противостояния популистской волне, которое начала на выборах президента Австрии. Суть технологии – выдвижение нового кандидата от истеблишмента, который перехватывает у оппозиции повестку перемен. Испытания признаны успешными. Источник

Виталий ТРЕТЬЯКОВ, журналист, политолог: Франция проголосовала банально – и тем разочаровала меня. Не жду ничего оригинального и от второго тура. Источник

Александр ВАСИЛЬЕВ, редактор раздела «Мнения» газеты ВЗГЛЯД: Первые впечатления.

Разгром социалистов: 6% у правящей партии – это совсем печально.

Общее поражение левых: лучший из них – Меланшон – всего лишь третий (хотя и с минимальным отставанием от Фийона).

Левые, несмотря на наличие популярного и харизматичного лидера, как и в Британии (Корбин) и США (Сандерс), не способны в нынешних условиях реально претендовать на власть.

Банкротство классической политической модели, основанной на противостоянии правого и левого центра: кандидаты от этих системных сил остались за бортом второго тура.

Окончательная кристаллизация нового противостояния «популистов» с «глобалистами». Для того, чтобы остановить популистов (как справа, так и слева), силам глобализма приходится самим выходить на авансцену из-за спин системных политиков. Источник

Захар ПРИЛЕПИН, писатель: Помню, когда начался Майдан, и я приводил слова Ле Пен о Евросоюзе, о том, что Евросоюз для Франции только вред, вред и вред, Айдер Муждабаев снисходительно писал, что Ле Пен – это никому не интересная маргиналка, и говорит глупости, и сто сорок тысяч боевых замайданных бойцов кричали: да, да, Ле Пен – маргиналка, вся Франция ликует, что она в Евросоюзе, и мы туда же хотим. Три года назад это было. То ли еще будет. Но никогда никого ни в чем не переубедит. Люди живут со своими взглядами, как со своей физиологией. Как со своими ручками, ножками. Впрочем, какую-то часть тела может взрывом оторвать. Башку, например. И полетит башка в вечный евросоюз, помахивая ушами. Источник

Петр РОМАНОВ, политический обозреватель МИА «Россия сегодня»: То, что во втором туре победит Макрон, очевидно. В результате юркий хорек сменит упитанного мышонка, вот и все.

Не надо мне доказывать, что «свобода лучше, чем не свобода», а «выборы лучше, чем не выборы». Я о том, что выборы – не панацея от всех зол, как у нас считают многие оппозиционеры. Есть еще конкретная историческая ситуация и конкретные люди. Вечные иллюзии: то рынок все сам обустроит, то выборы. Когда-то то же самое декабристы говорили о конституции. На что Сперанский справедливо заметил, что это наивно, конституция – не машина, которая сама по себе пойдет работать, меняя все в лучшую сторону.

Разумеется, нужны и конституция, и рынок, и выборы, но главное – нужны люди. Дурак и вор – либерал ничем не лучше дурака и вора – коммуниста. Понятно, что бутафорские институты демократии – не демократия. Но стоит все же осмотреться вокруг – а она вообще есть? Выборы в США, выборы во Франции... Или демократия – это та самая морковка перед ослиным носом? Источник

Игорь РЯБОВ, глава экспертной группы «Крымский проект»: Если бы во Франции голосовали выборщики, победил бы Трамп. Источник

Сергей МАРКОВ, политолог: Кризис демократии выразился в следующем: 

1. Французы очень разочарованы в своей системе и правящем классе. 

2. Ведущие партии Франции, которые были таковыми 50 последних лет, не вышли во второй тур и получили вместе 25%. Французы отказали им в поддержке. 

3. Будут во Франции новые главные партии. Какие точно, никто не знает пока.

4. Действующий президент из-за огромной непопулярности отказался баллотироваться на второй срок.

5. Спецслужбы Франции через президента активно участвовали в президентской кампании.

6. Ведущие СМИ Франции значительно отошли от объективности. 

7. Победитель первого тура и, видимо, будущий президент Франции Макрон – не лидер, а продукт политических технологий. 

8. Очень высокий процент избирателей до последнего момента не могли определиться с кандидатом: не нравился никто. Это кризис политического участия.

9. Спецслужбы и на прошлых выборах активно вмешивались в избирательную кампанию. Тогда это были американские спецслужбы, которые организовали провокацию против самого вероятного победителя – Доминика Стросс-Кана.

10. Те, кто раньше считались радикалами и маргиналами (Ле Пен и Меланшон), получили огромную поддержку: 42% вместе, почти в два раза больше, чем бывшие ведущие партии Франции.

11. Все это свидетельствует о том, что демократия во Франции в кризисе. И политическая система Франции с трудом справляется с кризисом. Причина кризиса – захват власти by deep state, «глубинным государством», той системой теневых связей, которая «из глубины» все больше управляет Францией в своих интересах и против интересов большинства французов.

12. Западная демократия превращается в манипулятивную демократию, когда решение навязывается сверху путем манипуляций СМИ, денег и спецслужб.

13. Западная демократия исчезает. То, к чему мы так стремились в России 25 лет, испаряется на наших глазах. Источник

Константин РЫКОВ, медиа-менеджер: Марин необходимо срочно сменить повестку и делать это нужно уже сегодня. Первый тур подтвердил, что классическое противостояние «правых и левых» никого больше не волнует. Меланшон блестяще провел свою кампанию, но геймлей все-таки устарел. Повторилась история Сандерса. «Социалисты и центристы» больше не мейнстрим. Основная политическая борьба развернулась между либералами и патриотами. Фактически сейчас во Франции мы наблюдаем «реванш Обамы, Хиллари, Олланда и Меркель» и повестку нужно менять, исходя в первую очередь из этого. Источник

Дмитрий МИХАЙЛИН, медиа-менеджер: Знаете, почему так важны французские выборы и почему лично мне они крайне интересны? Потому что, по сути, это референдум с простым вопросом: «Вы – французы?»

Макрон – ответ «нет».

Ле Пен – ответ «да».

Прямо сейчас, между первым и вторым турами, граждане Франции должны определиться: они – нация или просто часть глобального мира. Быть нацией – значит, самим решать свою судьбу, касается это беженцев, гей-браков или отношений с кем угодно, вкл Россию. Быть частью – значит, делать, как все, так, как сейчас принято – причем, никто не может объяснить, кем принято. Так, как диктуют мировые корпорации, глобальные деньги и мировой истеблишмент, что бы это ни значило. Источник

Михаил КОВАЛЕВ, политический стратег: Общество развитой страны может быть разорвано на четыре крупных равноценных части. Имеем прецедент.

Социология не подвела (хотя мы ждали ошибки ввиду ее зависимости от задачи). Это хорошая новость, потому что позволяет доверять ощущениям цифр. Посмотрим, как во втором туре сработает, это очень любопытно.

Медиа подтвердили принцип тотальности: если не сильно ошибаться в тотальном информационном давлении на аудиторию, то любую задачу можно выполнить. Макрон – это вымышленный герой, но удачно нарисованный драматургией.

Марин добилась пика в своей карьере. Она официально в высшей лиге. 

Марин сосредоточится на противостоянии с одним соперником. Это значит, что и соперник не избежит ее прямых вызовов.

Следим за битвой дальше. Впереди две увлекательных недели! Источник

Василий АНИСИМОВ, пользователь Сети: Потешающиеся над вовлеченностью россиян во французские выборы, кажется, не понимают, что любое усиление антироссийских сил на Западе приводит к ухудшению ситуации в России, в т. ч. из-за вынужденного увеличения расходов на оборону в ущерб всем остальным нуждам.

Кроме того, народ вынужденно сосредотачивается вокруг власти, и этим начинают пользоваться околовластные проходимцы, например московские девелоперы. Источник

Олег ДОЛЖЕНКОВ, пользователь соцсетей: Интересно, тот факт, что самую позорную степень денационализации в Европе демонстрирует именно Франция, наиболее буржуазная из европейских стран и наиболее старая демократическая республика, как-то подвинет нацдемов от их ереси, что феномен нации жестко увязан с демократическими институтами и буржуазным развитием? Источник