Сегодня средства массовой информации сообщили, что двое осужденных в России граждан Украины, выдачи которых добивалась украинская сторона, обратились к Владимиру Путину с просьбой о помиловании.

Молчит и сторона, которая просто обязана была во весь голос защищать своего гражданина

Геннадий Афанасьев был осужден по статье «Терроризм» и является сообщником Олега Сенцова, второго по известности украинского заключенного в России, которого в СМИ принято называть режиссером. Другое прошение поступило от Юрия Солошенко, который обвиняется в шпионаже. Оба они, впрочем, вины своей по-прежнему не признают.

Считается, что их выдача станет еще одним гуманным жестом России в адрес украинской стороны.

25 мая украинскую военнослужащую Надежду Савченко, признанную виновной в убийстве журналистов, обменяли на двух ополченцев и по совместительству бывших российских военных (признанных виновными в ведении агрессивной войны) Александра Александрова и Евгения Ерофеева.

Тема стала топовой как в украинских, так и в российских СМИ. Последние, в свою очередь, сограждан показывали мало: внимание больше было обращено к фигуре самой Савченко, которую по непонятным для российского зрителя причинам на Украине считают национальным героем.

Слышались даже возгласы возмущения: целый бомонд политиков во главе с самим президентом, журналистов, простых граждан – настоящий триумф, и скромная встреча наших ребят женами в аэропорту.

На этом фоне потерялась другая история, почти зеркальная.

27 мая Малиновский районный суд Одессы вынес решение освободить из-под стражи фигуранта дела о беспорядках 2 мая гражданина Российской Федерации Евгения Мефёдова.

Суд принял во внимание, что большинство доказательств уже изучено, он больше не может оказывать влияние на свидетелей, а домашний арест является достаточным для того, чтобы обвиняемый не скрылся от правосудия.

Казалось бы, закончилась начатая в конце ноября прошлого года эпопея: тогда пятерых обвиняемых по «делу 2 мая» (все представляют «антимайдан») сначала выпустили под залог, затем под давлением «Правого сектора*» оставили под стражей, отменив судебное решение в нарушение всех уголовно-процессуальных норм.

Но дальше украинская политическая действительность снова напоминает о себе. Присутствующие на заседании представители «Правого сектора» возмущаются решением коллегии, да до такой степени, что грозятся посадить судей в одну клетку с обвиняемыми, блокируют автозаки с заключенными, а потом и вовсе устраивают бойню с полицией. Закончилось все это тем, что Мефёдова из-под стражи не отпускают, а увозят уже в изолятор временного содержания.

В этот же день прокуратура быстро стряпает новое дело – уже угроза убийством. Мефёдова обвиняют в том, что он якобы угрожал свидетелю Александру Посмиченко, единственному из «антимайдановцев», который пошёл на сделку со следствием, сдал всех своих бывших сотоварищей непосредственно в зале суда, за что в марте по ходатайству прокурора был выпущен из-под стражи.

Якобы в мессенджере «Вибер» Мефёдов угрожал «завалить» Посмиченко. Понятно, что всерьёз подобные сообщения никакое нормальное следствие и суд воспринимать не будет и сделано это лишь с одной целью – иметь формально законное основание содержать россиянина под стражей.

К слову, во время упомянутых в начале статьи ноябрьских событий произошло похожее действие: прокуратура тогда хотела предъявить Сергею Долженкову (считается организатором в «деле 2 мая») и тому же Мефёдову обвинение по статье «Сепаратизм».

Самое интересное, что мотивов угрожать свидетелю Мефёдов не имел: Посмиченко по загадочным причинам не указал на россиянина как на организатора или участника массовых беспорядков, и данные показания были признаны удовлетворительными судом.

В итоге гражданина России Мефёдова отправляют под стражу ещё на 60 дней. Теперь спокойно могут содержать под стражей ещё 2,5 года, сколько позволяет санкция статьи 129 части 2 Уголовного кодекса об угрозе убийством.

Близкие и знакомые рассказывают, что Мефёдов находится на грани нервного срыва и грозится повторно вскрыть себе вены.

Конечно же, на Западе молчат: и правозащитники, и официальные лица, и министры иностранных дел. Те, кто еще вчера высказывали свое возмущение судебным процессом или приговорами Надежды Савченко, Михаила Ходорковского или Олега Сенцова, молчат и кивают в сторону того, что следствие и суд разберутся.

Желательно, чтобы разобрались и обвинили сторонников России, конечно, а всех украинских националистов оправдали. Тогда это будет в рамках закона и соблюдения прав человека.

Но с другой стороны, молчит и сторона, которая просто обязана была во весь голос защищать своего гражданина – ведь его преследуют по политическим убеждениям.

Российские СМИ больше заинтересованы в критическом освещении обмена Надежды Савченко и её первых шагов на родине, а о судьбе брошенных в украинскую тюрьму россиян если и упоминают, то лишь вскользь.

Хотя для того чтобы справиться с эффектом Савченко, нужно лишь найти схожих героев с противоположной стороны – Мефёдов с его бескомпромиссным поведением на суде на эту роль вполне подходит.

Но ролики с его фотографиями не крутят по федеральным ТВ. Российским общественным активистам не будут ежегодно вручать премию Мефёдова за гражданское мужество и позицию. Известные режиссёры, писатели, деятели искусства не напишут письмо к российскому президенту с требованием повлиять на обмен этого парня на арестованных украинцев в России или пленных ДНР-ЛНР.

Вспоминая о судьбе Мефёдова, я хотел вспомнить и о других россиянах, ныне томящихся в застенках СБУ и украинского «правосудия». С Максимом Сакауовым, ещё одним обвиняемым по «делу 2 мая», я отсидел в одной камере почти полгода.

Зато списки аналогичных политзаключённых с киевской стороны вы можете найти на первом попавшемся ресурсе проукраинского сегмента. А главарь украинского режима Пётр Порошенко напрямую обещает вытащить своих побратимов из плена. Фашисты своих не бросают.

Мы же пока пожинаем плоды обмена легенды украинской пропаганды Надежды Савченко на безмолвных бывших военнослужащих Александра Александрова и Евгения Ерофеева. А такие как Мефёдов пока остаются в глухой безвестности и за решёткой.

С тем, что российское государство не имеет обязательств перед брошенными в тюрьму соотечественниками с паспортами иного цвета, мы уже свыклись. Но, может быть, хотя бы российскому обществу стоит обратить внимание на участь своих сограждан, не имеющих бонуса в виде принадлежности (пусть хотя бы и в прошлом) к государственным структурам с грозными аббревиатурами. 

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ