По итогам праймериз 29 июня был выдвинут список кандидатов от «Демократической коалиции» в Костромскую областную думу. В первой тройке кандидатов – Илья Яшин*, Владимир Андейченко, Роман Князев.
Жители Костромы элементарно зададутся вопросом: «кто этот юноша, что он здесь делает?
В общем-то, список и список, тройка и тройка, провели и выдвинулись – что такого? Но, как всегда, есть нюансы.
Во-первых, список не очень соответствует предвыборным внутрипартийным обещаниям лидеров коалиции. А они перед началом праймериз утверждали, что кандидатами станут местные активисты – те, кто уже давно работает в регионе и кого знают местные жители.
Ни в Костроме, ни в Калуге так не получилось. Да и в Новосибирске часть оппозиционеров вышла из коалиции и сейчас создает свою.
Списки возглавляют некие «федеральные персоны», а проще говоря, имеющие широкую известность в интернете (а голосование проводилось именно там) и приближенные к федеральным лидерам демократической коалиции.
Естественно, что у региональных лидеров эти шаги вызывают неодобрение и неповиновение: так, в Калуге прошла региональная конференция, по итогам которой кандидаты поменялись местами – третьим стал не тот, кто набрал на праймериз необходимое количество голосов, а тот, кто имеет больше шансов набрать нужные голоса.
Аналогичная история повторяется и в Костроме. Илья Яшин, известный в медийном пространстве как «молодой перспективный политик», также находится в списке кандидатов, выдвинутых в Костромскую облдуму.
Они все «вечно молодые, вечно перспективные». Но, простите, как он связан с Костромой и областью? Или, может быть, он проводил в последние месяцы сумасшедшую кампанию в регионе?
Нет, последнее, чем публично занимался Яшин, – это гастроли по стране и миру с чтением доклада «Путин. Война». То есть понятно, что это тоже оппозиционная деятельность. Но при чем тут Кострома?
В Костромской области есть свои, вполне реальные инфраструктурные, экономические и социальные проблемы, которые входят в многолетнюю повестку костромской несистемной оппозиции. Местные борцы с властью непосредственно в курсе всех этих вопросов.
А Яшин будет не лидером списка, а его балластом. По одной простой, но веской причине: жители Костромы элементарно зададутся вопросом: «кто этот юноша, что он здесь делает?».
И, что самое главное – уже сейчас потенциальный электорат «Демократической коалиции», да и сами региональные активисты и лидеры все громче спрашивают: «А где в этих политических играх, собственно говоря, мы?»
Праймериз прошли в интернете – там система голосования несколько иная, чем в реальной жизни. И естественно, что большинство голосов набрали «сетевые активисты». Но у них куда меньший политический вес на местах.Выборы ведь пройдут не в Сети, а непосредственно в костромской, калужской, новосибирской реальности. И там предпочтения избирателей несколько отличаются от ожиданий Яшина или* Навального.
Возможно, именно поэтому явка была предельно низкая – менее 1500 человек в трех этих областях вместе взятых. Стоит ли говорить, что о таком малом количестве проголосовавших Навальный постеснялся упомянуть в своем «Твиттере».
У соратника оппозиционера, Георгия Албурова, дела немногим лучше: подписей он собрал больше, однако объясняется этот факт тем, что «Партия Прогресса» намеренно выбрала регион, в котором подписей требуется меньше всего.
Более того, в самой коалиции существует раскол по нескольким линиям. Во-первых, это обострение противостояния «регионы – Москва»: по этому вопросу наметилась конфронтация между «РПР-Парнас» и «Партией Прогресса».
Как-то так получается, что первые места в списках в большинстве своем занимают именно сторонники Навального, а не Касьянова. И, во-вторых, конфликт между альянсом «Парнаса» и «Прогрессом» и остальными партиями и фракциями коалиции, которые плавно оттеснены на периферию партийных списков.
Нарастающий градус критики говорит о внутреннем состоянии «Демократической коалиции»: избирательная кампания уже окончательно превратилась в процесс перетягивания одеяла на себя.
И война идет даже не за власть, а за иллюзию власти. Поскольку, стоит напомнить, электоральный потенциал кандидатов стремится даже не к минимальному проходному проценту, а к статистической погрешности.
Сам Касьянов в Новосибирске говорил только о 6% голосов на региональных выборах. На что, кстати, местные активисты грустно добавляли, что эти шесть процентов надо поделить на два. По три процента коалиции и «Яблоку».
Но даже из-за трех процентов внутри партийной структуры продолжается упорная борьба. Думается, ко дню голосования коалиция доест сама себя окончательно.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом