Ходорковский в ответ на теракт в Париже призвал все СМИ дружно и сплоченно выйти в свет с карикатурами на Мухаммеда. Решил маслом пожар тушить. Тоже еще стратег и мудрый советчик. По мне, либо это «серьезное слово» несерьезного человека, либо – осознанная провокация от того, кто настолько любит собственный народ, что желает ему залиться кровью. 

Оцените, однако, в свете сказанного вождей либерализма. Оцените их при свете дня и не по материалам Следственного комитета, где ногу сломишь, а по их собственным словам, от которых – по Евангелию – оправдаешься или осудишься.

Современный моллюск если смеется над какой-то религией, то вовсе не потому, что исповедует другую. Никакой религии он не исповедует, идея святости и вечной жизни отсутствует в его сознании, оттого он над всем и смеется.

Ничего святого нет для жителя пластмассового мира, кроме прибавочной стоимости. Даже маму и детей он любит только по инерции и больше на словах, если вообще любит. И смех его не гоголевский – исцеляющий, а бесовский – против святынь да ниже пояса.

Россия – страна, где ислам является одной из традиционных религий. Хотите вы этого или нет, это так. Долг любви и взаимоуважения обязывает россиянина разбираться в исламе хоть чуть-чуть и ни в коем случае не хихикать над ним развратным смехом атеиста.

Поверьте, христиане, вере вашей вдумчивое знакомство с исламом не повредит. Даже обычная пытливость обязывает узнать фундаментальные основы этой соседствующей с нами религии и уважительно относиться к людям, ее исповедующим. Пост им известен, понятие о молитве и милостыне есть у них, Страшного Суда они ждут и на вхождение в вечность надеются. Уже в этом кратком изводе они гораздо ближе и понятнее нам, чем атеисты-сатанисты-пересмешники.

Я всегда говорил, что, не меняя своих религиозных убеждений, мы должны уважать веру соседа-монотеиста. За стеной живет религиозный еврей, строго соблюдающий Шаббат – не включай в субботу музыку громко и не сверли стену дрелью. Уважь религиозный покой соседа. Поверь – Бог тебя за это благословит.

Сосед-мусульманин – в его пост месяца Рамадан не ешь на его глазах, и не жарь барбекю в общем дворике, чтоб запахи всюду неслись. Уважь строгое воздержание человека и не соблазняй его. За это малое найдешь в нем друга, а в день беды – помощника. Иначе поступишь – получишь то, что получают обычно насмешники над чужой верой по причине отсутствия своей.

Это нормальные правила поведения и сосуществования людей, исповедующих разные веры, но проживающих бок о бок на тесных клочках земли.

Так жили столетиями мусульмане и христиане Востока, пока туда не влезли сначала крестоносцы, а затем новейшие колонизаторы. Эти стравливают привычно, играют на противоречиях, раздувают пожары (весь Восток горит оттого, что есть кому дуть). Эти ссорят и разделяют, чтоб властвовать, как Цезарь заповедал.

Если хочешь России беды – ссорь мусульман с русскими и восставляй мусульман против российского государства в целом. Это цезарева практика в отношении покоряемых и сопротивляющихся народов. Псаки такое ляпнет по глупости. Маккейн – осознанно. Но Ходорковский? Что ему Псаки, что ему Цезарь, что ему французская политическая порнография? Он же русский. Или нет?

Кстати, когда при Ельцине по российскому телевидению демонстрировали фильм «Последнее искушение Христа», то мусульмане Москвы вышли в Останкино на демонстрацию протеста против кощунства и стояли рядом с православными. Либералы не вышли. Протестанты тоже. Думайте, господа и братья, о смысле слова «враг», сопоставляйте и анализируйте.

Ходорковский действует, как большевик во время оно. Вообще борцы за светлый и либеральный рай – сплошь чистые большевики, хотя никто не снимает столько дивидендов с коммунистических ужасов, как они. За чужие деньги и под команду на английском они пытаются будоражить народные массы и бить Россию под дых, на взлете. Как Ленин, они желают собственной стране поражения в этой новой мировой, которая развязана не нами.

И вот Ходорковский, вернувшись из своего Шушенского и перебежав по своему тонкому льду свою финскую границу, со своего опять-таки броневичка зовет зачем-то СМИ к карикатуркам.

Да нарисуй ты, мил человек, сам карикатуру на халифа Омара или Хадиджу, да увеличь ее до плаката, да поедь хоть в Казань, хоть в Уфу, хоть в Ингушетию. Походи там по центру и вернись обратно (шутка).

Местный наш пророк либерализма показал, как Гюльчатай, свое личико. Многие и раньше знали, что там под «демократической паранджой», но многие не знавшие должны задуматься.

Снежную кашу под ногами вождь-сиделец хочет сделать кашей кровавой, стравливая людей на основе культурной и религиозной. По сути он открыто предлагает взбудоражить уже существующих экстремистов, пополнить их ряды возмущенными простыми мусульманами и вызвать к жизни в стране демона внутреннего раздора. Ну и кто он после этого? За эту провокацию можно бы в иной стране и обратно в тюрьму вернуться, если последствия здраво просчитать.

Ну а если он просто дурень, последствий не просчитывает и не понимает ничего, то какой же он тогда кандидат в президенты и лидер?

Чужой заказ, тайный разврат и воровство при галстуке – мои ассоциации с болотными вождями. Но чужие заказчики умнее наших холуев. Вот американские СМИ, например, отказались перепечатать те карикатуры, за которые свинец пролился в центре Парижа. Знают, шельмы, что нельзя безнаказанно плевать в то, что для кого-то свято. Да и в Афгане дела далеко не к концу идут.

Зато наши «ленинцы», как вечные враги собственного народа, рады стараться подсказывать этому же народу опасные глупости. Закури, мол, на заправке, сунь пальчик в розетку, зайди в мечеть в плавках и так далее.

Русский человек должен быть религиозно грамотен, к людям разных культур уважителен, в суждениях о вере осторожен. Бог нас в мир привел не врагов, а друзей наживать. И уж точно не для того нас Бог в мир привел, чтобы ради заказного и подлого бреда плевать в кашу соседу и творить из него – продавца, таксиста, дворника – потенциального террориста.

У меня нет врагов среди узбеков и таджиков, а Ходорковский хочет, чтобы появились. Значит, сам он – враг мне. И тебе враг. А кому он друг, только Мефистофель знает.