Ложь и манипуляции становятся для президента Порошенко делом привычки. Остается загадкой только одно – зачем он это делает.
Жаль, что никто не подсказал Петру Алексеевичу – начинать диалог с европартнерами с банального обмана контрпродуктивно
Вот в Давосе он объявил о готовности провести референдум по вопросу федерализации страны и статуса русского языка. Это для свободолюбивой Европы.
А уже в четверг в обращении на День соборности он заявляет: «Украина не будет федеративной, а останется унитарным государством» и «единственным государственным языком есть и будет украинский». Жаль, что никто не подсказал Петру Алексеевичу – начинать диалог с европартнерами с банального обмана контрпродуктивно.
А ведь почти весь январь президент того, что осталось от Украины, Петр Порошенко посвятил поиску денег. Надежд на получение финансовой помощи в Европе все меньше. Так называемая антитеррористическая операция в Донбассе в глазах потенциальных кредиторов все явственнее напоминает карательную экспедицию против мирных людей. Гражданскую войну – как минимум.
Даже в праздник, который должен символизировать единство Украины, армия продолжила обстрел Донецка. Девять гражданских лиц погибли и девять ранены при попадании снаряда в остановку общественного транспорта. Накануне аналогичную трагедию зафиксировали на видео французские журналисты, работающие в столице ДНР.
В любом случае, даже в долг такому государству никто не даст, не говоря уже об инвестициях. Слишком рискованно, даже если уровень коррупции не учитывать.
Советник Порошенко Юрий Бирюков накануне подтвердил – в Киеве эту взаимосвязь отлично понимают. «Объявление военного положения прекратит международную финансовую помощь», – изложил он важный аргумент в ходе публичной дискуссии по поводу военного положения с депутатами Верховной рады, которым воинственность заменяет другие политические умения.
Слова, написанные на гербовой бумаге, важны лишь для лиц, принимающих политические решения в Европе. А вот их избиратели – парадокс демократии – воспринимают реальные факты, которые через пропаганду прорываются. О настоящих военных преступлениях киевского режима говорят уже авторитетнейшие международные организации.
Даже в праздник, который должен символизировать единство страны, украинская армия продолжила обстрел мирного населения (фото: Николай Муравьев/ТАСС) |
Вопрос звучит все громче: отчего ж ЕС должен помогать потенциальным военным преступникам в ущерб собственной экономике, которая чувствует себя далеко не лучшим образом? А тут еще весьма ощутимые для людей потери от ссор с Россией, санкций и ответных мер.
На этом фоне Петр Порошенко решил вызвать у людей в Европе сочувствие, солидаризировавшись с жертвами террористических атак в Париже. Гибель пассажиров маршрутного автобуса под Волновахой была использована как повод.
И вот, между поездкой на марш единства во Францию и визитом на экономический форум в Давос, Порошенко организовал собственную акцию в Киеве. Вот только речь, произнесенная им на майдане, с данным этому мероприятию названием «Марш мира» никак не вяжется.
Во-первых, президент Порошенко, не дожидаясь результатов хоть сколь-нибудь внятного расследования, обвинил в трагедии под Волновахой Россию. Так прямо и сказал: «Российская ракета системы «Град» попала в украинский автобус, в котором были украинские граждане».
Это даже самонадеянней требований к мировому сообществу о признании террористическими организациями Донецкой и Луганской народных республик. Столь беззастенчиво постоянного члена Совета Безопасности ООН даже у президента США не поворачивается язык грязью поливать.
Особой наглостью эти слова выглядят теперь, на фоне свидетельств очевидцев и независимых наблюдателей из ОБСЕ: обстрел велся с позиций украинской армии, а причиной трагедии стала украинская же мина. Впрочем, дабы не уподобляться Порошенко, дождемся результатов независимого расследования.
Главное, чтоб президент того, что осталось от Украины, не растащил вещественные доказательства на сувениры. Вроде того фрагмента, что он зачем-то увез с собой в Давос.
Но если первые обвинения просто бездоказательны, то следом последовали просто-таки абсурдные обвинения. Мол, «враг пытается сделать так, чтоб мы привыкли к жертвам, чтоб это перешло в арифметическую статистику». Впрочем, сегодня мировое сообщество действительно не видит разницы между жертвами из автобуса под Волновахой и мирными гражданами из Донбасса и Луганщины, в то время как Порошенко со товарищи их выделили.
И, что называется, подняли на флаг. Теперь погибшие поименованы «украинскими героями», отдавшими свою жизнь «за независимость, суверенитет и территориальную целостность страны». Нет, Петр Алексеевич, их последние мысли были совсем не об этом.
Надо думать, что эти мысли были аналогичны тому, что думали о президенте Порошенко жертвы обстрела в День соборности, перед своей гибелью на трамвайной остановке в Ленинском районе Донецка.
В подражание акции солидарности с карикатуристами из Charlie Hebdo, расстрелянными террористами в Париже, для акции на киевском майдане были изготовлены таблички «Я Волноваха». И Порошенко признался: «Я тоже ношу такой значок».
Впрочем, с учетом ответственности за происходящее на украинской земле стоило бы чуть скорректировать надпись на груди Петра Алексеевича. «Я ... Волноваху», – так будет правильнее. Можно было бы даже изготовить целый комплект таких значков с каждым из населенных пунктов, жители которых умирают под огнем украинской артиллерии.
«Мы победим в нашей борьбе за мир!» – провозгласил Порошенко. «Порвем на части любого, кто усомнится в нашем миролюбии», – стоило бы добавить ему. Так последовавшие за этим крики «Слава Украине! Героям слава!» выглядели бы более органично. Как и обещание «возродить в Донбассе украинство».
Последний тезис можно выделить особо, вспомнив, что «украинство» как система социально-политических воззрений еще в конце XIX века отнесена к радикальным направлениям. Один из известных деятелей послереволюционной эмиграции, публицист Василий Шульгин, критикуя украинствующих, называл их политическими сектантами. Чем-то вроде ваххабитов в исламском мире. Многие общественно-политические деятели того времени, среди которых гетман Украинской державы Павел Скоропадский, считали этот идеологический конструкт опасной выдумкой.
Если Украина стремится в состав ЕС, то о какой самостийности может идти речь? «Европейские политики. Это не вам», – стоило бы сказать впоследствии Порошенко в Давосе. А иначе лица, принимающие решения, могут посчитать, что и без того находящемуся на грани распада Союзу украинцы намерены подкинуть проблем в своем лице.
Впрочем, составители речи вряд ли заглядывали так глубоко. Они всего лишь стремились вложить в уста Порошенко то, чего хотели услышать завсегдатаи майдана.Перспектива украинизации уже вызвала отклик в народных республиках. Глава ЛНР Игорь Плотницкий предложил Порошенко, для доходчивости, повторить свое обещание на фоне кладбища. А заодно предупредил жителей подконтрольных Киеву территорий:
«К сожалению, он вырыл это кладбище не для себя, а для простых людей, поэтому пускай люди думают и знают, куда они отправляют своих детей и мужей». Иными словами, упорство в украинизации равносильно продолжению военных действий на Юго-Востоке.
От чего ушли, к тому и пришли. Если Порошенко намеревался показать европейцам миролюбие и единство страны, то у него это не получилось. Скорее президент провозгласил намерение продолжить противостояние в Донбассе. Что в конечном итоге разрушает его образ как партнера для лидеров Евросоюза. Ложь и ненависть фактически ставят крест на евроинтеграции того, что еще осталось от Украины.