Состоявшиеся на Украине и в Новороссии выборы во многом определяют перспективы ближайшего будущего отношений России с Евросоюзом и западным сообществом в целом. Реальностью стали двоевластие на Украине и срыв выборов в Раду на Юго-Востоке, контрастировавший с высокой активностью жителей региона при голосовании за руководство Новороссии.
Украина в качестве американского сателлита попала не совсем в ту компанию, куда стремилась
Неоднозначны результаты, которые были получены в регионах Южной и Восточной Украины, контролируемых Киевом. Низкая явка – на грани бойкота выборов в Раду – в одних областях этой части страны и победа «Оппозиционного блока» в других означают, что раскол усугубился.
В результате выборов Петру Порошенко не удалось закрепить за собой монополию на власть. На Украине двоевластие. Как Порошенко и главный бенефициар выборов Арсений Яценюк поделят полномочия, предсказать невозможно.
Будет ли Украина парламентской или президентской республикой, какой именно вид примет ее конституция, пока не ясно никому. Не следует сбрасывать со счетов и радикалов, отвергнутых большинством избирателей в качестве парламентской силы, но сохранивших сотни тысяч приверженцев.
С учетом фактора Игоря Коломойского** и его ставленников, а также полевых командиров, внедренных в разные фракции Рады, продолжающейся выдачи паспортов Евросоюза компактно живущим представителям национальных меньшинств (венграм, чехам, словакам, полякам, румынам, грекам и болгарам), проблемы Закарпатья и других западных регионов, отторгнутых в свое время Сталиным у стран Восточной Европы, будущее Украины как единого государства остается под вопросом.
Впереди коллапс экономики и социальной инфраструктуры этой страны. Ни ЕС, ни США содержать Украину вопреки надеждам Майдана не будут, военная помощь не имеет к проблемам ее населения ни малейшего отношения, а финансовые дотации призваны обеспечить бесперебойный транзит российского газа в Европу – не более того.
Отметим, что все происходящее полностью укладывается в типичную для чиновников Государственного департамента США линию по продвижению своих ставленников во власть в опекаемых им странах любой ценой. При этом, напомним, изначальная ставка Вашингтоном была сделана именно на Яценюка, а не на Порошенко.
Соответственно, в ближайшее время Украину ожидает борьба за власть в высших эшелонах, в первую очередь между двумя этими людьми. Впрочем, в какой мере персонажи, выбранные американской бюрократией как проводники политики Соединенных Штатов в той или иной стране, способны управлять государством, в случае Украины не имеет значения. Так же, как это ничего не значило в Ираке, Афганистане или Ливии. Кадровая политика в странах-сателлитах вообще никогда не являлась сильной стороной американцев.
Без газа, без будущего
Катастрофические провалы ставок США на протяжении всей современной истории этой страны на тех или иных президентов и премьер-министров, как правило, приводят в конечном итоге к распаду государств, которые вынуждены подчиняться давлению со стороны Америки (роль Европы в этом не стоит преувеличивать – она более чем вспомогательная). Вряд ли процессы на Украине будут отличаться от тех, которые мы наблюдаем на Ближнем Востоке. Это значит, что ее распад в среднесрочной перспективе не просто вероятен, но скорее всего неизбежен, вне зависимости от позиции в отношении него России.
Ставка на полный разрыв экономических отношений Киева и Москвы, в том числе по линии военно-технического сотрудничества, демонстративно-показательное уничтожение промышленного потенциала Юго-Востока в ходе инициированной Киевом АТО, а также заявление западных лидеров о новых антироссийских санкциях в случае признания Москвой результатов выборов в Новороссии подтверждают версию о том, что все происходящее на Украине является результатом целенаправленной кампании американского руководства по «ограничению» и «возвращению в естественные пределы» России.
Возникновение на месте Украины «бывшего государства», охваченного гражданской войной, представляет опасность как для Европы, так и для России, но по интересам последней бьет значительно сильнее. Москва, в отличие от Брюсселя, не может себе позволить дистанцироваться от событий, происходящих по соседству, или игнорировать их последствия.
Сохранит ли Украина единство остающихся в ее составе территорий на антироссийской основе, расколется на части, превратится в зону войны всех против всех наподобие той, которую представляла в начале ХХ века, или просто в общевропейский источник криминала, беженцев и мигрантов – легальных и нелегальных, не столь важно.
Процветающим дружественным соседом РФ она в любом случае не будет как минимум на протяжении длительного периода. Откалывающиеся от нее территории вне зависимости от того, проявит их руководство стремление к объединению с Россией или нет, дополнительно нагрузят отечественную экономику и ухудшат отношения Москвы с соседями, позволив разыграть антироссийскую карту в Центральной Азии, Закавказье и Молдавии так же, как она разыграна в Европе и Прибалтике. Америке при этом непосредственно ничего не угрожает, а интересами Евросоюза она может и будет жертвовать, как и делает это всегда.
Последнее в очередной раз поднимает вопрос о том, что значительная часть государств в современном мире более не обладает реальным суверенитетом. Точнее говоря, страны, в том числе развитые западные государства, присоединившиеся к кампании США против России из-за ситуации на Украине зачастую вопреки собственным жизненно важным интересам, ярко продемонстрировали, что таким суверенитетом не обладают и могут рассматриваться если не как оккупированные Америкой территории (что, впрочем, если вспомнить географию размещения баз США за пределами их собственных границ, верно и в прямом смысле слова), то как политические колонии Вашингтона. Что, разумеется, будет опровергаться Японией, Кореей, Канадой, Австралией или странами ЕС, но по сути точно соответствует реальной ситуации.
В то же время, коль скоро никакие шаги навстречу Западу в украинском конфликте все равно не будут Москве зачтены в качестве жеста доброй воли, и ответные действия со стороны ее антагонистов не последуют, это полностью развязывает российскому руководству руки. Что бы оно ни делало, давление будет нарастать, санкции ужесточатся, а риторика не смягчится.
Как следствие, напрашивается дальнейшая деятельность Москвы по всем направлениям реализуемой ею в настоящее время внешней политики исключительно в собственных национальных интересах, наподобие того, как это делают американцы. Арабы не случайно говорят: «Не слушай, что советует тебе Америка, делай то, что делает Америка». Не исключено, что для России это лучшая рекомендация – и не только в отношении Украины.
Характерно, что немедленно после проведения парламентских выборов на Юго-Востоке Украины по инициативе Киева возобновились военные действия. В то, что украинская армия по завершении сравнительно короткого перемирия сможет вести их с лучшим результатом, чем до него, эксперты-профессионалы не верят.
В преддверии наступления зимы официальный Киев явно демонстрирует не стремление к достижению договоренностей с Москвой, а показательно недружественные жесты. Рациональной эта деятельность не является, но полностью соответствует роли марионетки США, сделавших ставку на максимальное ухудшение российско-украинских отношений, разрыв двусторонних связей и жесткую конфронтацию бывших «братских советских республик».
После выборов даже те сравнительно скромные шаги навстречу Москве, которые позволял себе президент Порошенко, будут блокироваться Яценюком, известным своими эпатажными заявлениями в адрес России. Тем более что любой компромисс с Газпромом будет расцениваться им и его фракцией в Раде как предательство национальных интересов – со всеми из этого вытекающими в воюющей стране последствиями.
Соответственно, проблема обеспечения страны энергоресурсами решается украинскими лидерами каким угодно путем, за исключением самого простого: оплаты России долгов за газ и восстановления сотрудничества с Москвой. Помимо попыток организовать реверс из Европы, которые пресекаются и впредь будут пресекаться Газпромом в соответствии с теми контрактами, которые заключены им с потребителями на Западе, это возможные поставки катарского СПГ через Польшу, Прибалтику и Белоруссию.
Снабжение частных украинских потребителей, с точки зрения официального Киева, может и должно быть обеспечено путем перевода местных котельных с природного газа на альтернативные виды топлива. Что до общенационального масштаба, украинское руководство пытается с недавнего времени договориться о поставках в страну центральноазиатского газа в обход России.
4 ноября туркменские СМИ сообщили о встрече главы украинского МИДа Павла Климкина с президентом Гурбангулы Бердымухаммедовым. На ней, помимо прочего, обсуждались лоббистские возможности Украины в Евросоюзе (!) по продвижению строительства Транскаспийского газопровода (ТКГ).
По информации источников, Климкин утверждал, что Киев обладает достаточным политическим весом, чтобы продвинуть в Брюсселе упомянутый проект в случае, если он будет включать ответвление на Украину, позволяющее снабжать ее туркменским топливом, не задействуя газотранспортную систему России.
Отдавая должное самой авантюрности постановки вопроса, которая в полной мере характеризует стиль внешней политики украинского руководства, напомним о действующих со времен президентов Кучмы и Ниязова контактах Киева и Ашхабада в экономической, финансовой и военно-политической сферах, включая масштабные поставки Туркменистану танков, которые затем «всплывали» на территории Афганистана.
Отношения высшего руководства двух стран, в том числе неформальные, имеют более чем солидную базу. В условиях текущего обострения внутриполитического украинского кризиса, имеющего тенденции перерастания в полномасштабную гражданскую войну и распад страны, параллельно с нарастанием угроз Туркменистану на афганском направлении и его напряженными отношениями с Россией по газовому вопросу попытка сотрудничества в формате «дружбы против Москвы» вполне логична.
Последнее многое объясняет в курсе отечественного Газпрома на достижение полной автономии поставок природного газа на юг России. В 2013 году Ставрополье на 40 процентов зависело от стабильности отношений Москвы с центральноазиатскими республиками. При этом в Россию газ поставлялся по экспортным ценам – до 380 долларов за тысячу кубометров, а использовался по внутренним.
К настоящему моменту действовавшая со времен СССР схема газоснабжения перестроена. К концу октября 2014-го завершено строительство линейной части газопровода КС «Изобильный» – Невиномысск, ведется осушка узлов подключения к КС «Рождественский», КС 6 и КС 7.
Сразу же после этого в ходе визита в Туркменистан заместитель председателя правления ОАО «Газпром» Александр Медведев сообщил о прекращении закупок туркменского газа на ближайшие годы: отказ Ашхабада от предоставления России ценовых скидок привел к закономерному результату.
Неизбежным следствием этого – с учетом одновременного резкого сокращения или полного прекращения закупок туркменского газа Ираном по внутренним причинам – будут демарши официального Ашхабада против Москвы и остатков русскоязычного населения республики (что в независимом Туркменистане происходило не раз), а также попытки активизировать строительство ТКГ, что невозможно без полного содействия этому проекту Азербайджана.
Сохранит ли Центральная Азия свой экспортный потенциал в случае удара из Афганистана по территории постсоветских республик вооруженных исламистов, будь этот удар направлен на долину Мургаба, Сурхандарьинскую область или Ферганскую долину – вопрос, не имеющий ответа.
Однако можно с уверенностью предполагать, что любой энергетический проект, включающий антироссийскую составляющую, экономическую или политическую, будет поддержан Евросоюзом и Соединенными Штатами. Что президент Бердымухаммедов, несомненно, учитывает.
Содружество враждующих государств
Политика стран западного блока и их ближневосточных союзников не менее причудлива, чем украинская. Никакой стратегии там, за исключением желания доминирования любой ценой за счет конкурентов, противников, а при случае и партнеров, не просматривается.
Все соглашения временные. Альянсы возникают только против кого-то, причем все члены союзов такого рода одновременно с борьбой с противником или конкурентом пытаются наладить с ним за счет партнеров систему неформальных контактов. Сильные государства пренебрегают интересами более слабых союзников, а Соединенные Штаты – интересами их всех вместе взятых, формируя по сути дела «террариум единомышленников».
Открыто выступая против той или иной страны, Вашингтон не стесняется просить ее о присоединении к очередной коалиции либо о поддержке дипломатической инициативы в случае, если возникает такая необходимость. Пример – отношения Соединенных Штатов с Россией и Ираном.
В настоящий момент США намереваются провести в Совете Безопасности ООН резолюции об ограниченных бесполетных зонах в Сирии и Йемене и пытаются втянуть Россию в эту игру. В первом случае под предлогом борьбы с Исламским государством* (ИГ), на самом же деле рассчитывая реализовать в Сирии ливийский сценарий и свергнуть Башара Асада руками так называемой умеренной оппозиции, которую Саудовская Аравия и Турция формируют из тех же исламистов, с которыми формально воюет действующая против ИГ коалиция.
С Ираном американцы, не отменяя санкций, введенных Штатами в отношении Тегерана из-за его ядерной программы, де-факто сотрудничают в обмене информацией по ИГ и переброске вооружений курдам, воюющим с исламистами на сирийской территории, и это вызывает серьезные трения в отношениях США с Турцией и Саудовской Аравией.
Кроме того, Вашингтон пытается найти региональную опору на период после вывода основного воинского контингента, дислоцированного в Афганистане: Исламской Республике Иран по каналам соответствующего агентства Пентагона предложено принять участие в проектах в Афганистане.
Саудовская Аравия и Катар борются между собой, используя террористические группы: салафитов – с одной стороны и сторонников политического ислама типа «Братьев-мусульман» – с другой. Баланс сил, который они формируют вокруг себя, меняется с калейдоскопической скоростью.Так, Эр-Рияд вытеснил Тегеран из Судана: Хартум закрыл на территории страны все иранские культурные центры, считавшиеся в этой стране прикрытием резидентуры Корпуса стражей исламской революции.
Таким образом, Судан выпал из антиэфиопского альянса, формируемого Саудовской Аравией, в нем остались Египет и Эритрея. Эфиопия с ее курсом на сотрудничество с США и смертельно опасным для АРЕ гидропроектом на Голубом Ниле – исконный враг Эритреи. Салафитские проповедники, поддерживаемые Эр-Риядом, были в свое время изгнаны Аддис-Абебой из населенного мусульманами сомалийского этнического происхождения Огадена, их заменили поддерживаемые Катаром «умеренные исламисты».
Как следствие, Саудовская Аравия потеряла позиции в Эфиопии в пользу Катара – в противоположность Египту. Там, напротив, поддержанная саудовцами армия сместила президента Мохаммеда Мурси с его прокатарским правительством «Братьев-мусульман».
В качестве специфической детали текущего состояния отношений между Соединенными Штатами и Саудовской Аравией отметим, что перевооружение египетской армии за саудовские деньги будет в пику Вашингтону проведено не американским ВПК, а Францией, которую лоббирует королевство, и Россией, чье вооружение по ряду позиций предпочитает Каир.
Формально АРЕ состоит в коалиции против ИГ, но президент Ас-Сиси ограничивается тем, что проводит военные операции против исламистов на Синайском полуострове, включая создание буферной зоны на границе с сектором Газа, поддерживает статус-кво на саудовско-иракской границе и борется с террористами внутри страны.
Говоря проще, Украина в качестве американского сателлита попала не совсем в ту компанию, куда стремилась. Но это на сегодняшний момент исключительно ее собственная проблема.
Источник: «Военно-промышленный курьер»
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ
** Внесен в список террористов и экстремистов в РФ