Идея проинспектировать Львов на предмет националистических настроений назрела давно, и я решил приехать так, чтобы попасть на домашний матч футбольных «Карпат». Десять минут ходьбы от железнодорожного вокзала – и вот уже оказываешься возле памятника Степану Бандере.
Львовяне демонстрируют уровень культуры подъездных настенных авторов. Это варварство, средневековье и не имеет ничего общего с современной цивилизацией
У подножия – пара увядших букетов. В ногах – красно-черный флаг Украинской повстанческой армии. На памятнике видны белесые следы от птичьего помета – лень бандеровцам содержать в чистоте своего кумира.
На скамейках возле памятника грязно, полно пустых пивных бутылок и упаковок от фастфуда. В семь утра возле памятника уже фотографируются туристы. Памятник Бандере расположен на улице Степана Бандеры, в которую упираются улицы Героев УПА* и Евгения Коновальца.
Присматриваюсь к первому билборду на улице Бандеры и вижу, что это агитка от Ирины Фарион. Надпись на мове гласит: «29 апреля – 98 лет со дня начала победных боев украинских сечевых стрельцов с московскими оккупантами на горе Маковка». У мемориальной доски Коновальцу, создателю Организации украинских националистов, венки солиднее, чем букеты у памятника Бандере.
Много говорится о роли украинских СМИ в зомбировании населения, но умалчивается о влиянии греко-католической церкви на массы. Я зашел на утреннюю службу в первый попавшийся собор и еле выдержал пять минут.
Епископ на мове вещал о внешнем враге, пришедшем захватывать территорию Украины, трусливом президенте, сбежавшем в Россию, и необходимости брать в руки оружие. Речь епископа походила на предвыборный пропагандистский спич кандидата в нардепы, а не на монолог священнослужителя. Собор был забит до отказа, и львовяне, разинув рты, слушали епископа, принимая все сказанное им за чистую монету.
Зайдя позавтракать в кафе, я был шокирован подборкой песен, доносившихся из колонок. Ровно год назад в том же заведении играла европейская попса, а сейчас звучали наспех записанные песенки на мове с весьма печальным месседжем – настали лихие часы, надо защищать Украину, умереть в бою не страшно, погибнешь за Украину и станешь героем.
Львовян подвергают мощнейшей идеологической обработке без всякой прессы. Галичане – народ религиозный, и слово епископа для них гораздо важнее, чем слово телеведущего. Прохожу мимо еще одного католического собора и замечаю подъезжающий катафалк – привезли на отпевание тело офицера украинской армии, погибшего в Донбассе.
Прислушиваюсь к собравшимся родственникам и друзьям – сорок лет, погиб двумя днями ранее под Дебальцево. Я внимательно всматриваюсь в их лица – думаете, на них скорбь, ненависть или жажда мести? Ничего подобного! На лицах родни погибшего недоумение. Они вообще, похоже, не понимают, что происходит на Украине.
Все их разговоры были сведены к тому, как бы поскорее получить полагающуюся матпомощь на погребение от государства. Почему погиб их сын, отец и муж, их не волнует. Аналитическое мышление сегодня неактуально во Львове.
Полдень. Проспект Свободы, центральная улица Львова, перекрыт для движения автотранспорта. По нему торжественно маршируют бандеровцы при полном обмундировании в сопровождении конницы и духового оркестра. Играют нацистские марши тридцатых годов.
Если 2 мая в Одессе у меня было ощущение, что я попал в фильм «Броненосец Потемкин», то 2 ноября во Львове я как будто оказался в фильме «Кабаре» Боба Фосса. Фашисты помпезно шагают по улицам, а туристы вокруг мило улыбаются и делают вид, что ничего не происходит.
#{image=837859}Подхожу к книжному лотку. Меня хватило лишь на прочтение названий брошюр на мове – «Нахтигаль» в вопросах и ответах», «Москали – не русские и не славяне», «Фашизм Януковича и Путина».
На стадионе «Украина» перед матчем «Карпат» из репродукторов звучит песня с припевом «Ленту за лентой на бой подавай – украинский повстанец, никогда не отступай!». Среди болельщиков были заметны юноши в толстовках с нацистской руной на груди, которую избрал себе в качестве эмблемы карательный батальон «Азов*».
Футболисты «Карпат» выходят на матч в бело-зеленой форме, а вот детишки, которых игроки ведут за руку, все в красно-черной форме, символизирующей уважение к УПА. Красно-черные флаги УПА* неоднократно встречаются по периметру всего стадиона.
Стандартный набор антироссийских кричалок болельщики скандируют вяло и нехотя. С особым воодушевлением болельщики «Карпат» скандируют речовку на мове следующего содержания: «Бей москаля! Бей москаля! Бей москаля – складывайте трупы! Еще пулемет берите в руки и новую ленту заряжайте!».
Также болельщики неоднократно кричали «Русска курва!» и «Бандера, Шухевич – герои Украины!». Забавно смотреть, как семидесятилетние деды, которые уже и ходить толком не могут, начинают имитировать прыжки при кличе «Хто не скаче – той москаль!».
Болельщики «Карпат» выглядят настолько непрезентабельно, что я вспомнил начало девяностых. Одеты во что попало, опрятных и стильных людей практически не заметно, во взглядах – озлобленность от пустых карманов и хронического недоедания. Как будто нищие парижских трущоб из романов Селина заполонили Львов. Цены во Львове смешные.
Стакан чая в кафе в центре города стоит в два раза дешевле, чем посещение платного туалета в Медведково. Во всех магазинах, кафе и лавках коробочки для сбора денежной помощи участникам АТО.
Львовяне не усваивают элементарную причинно-следственную связь: кидаешь гривны в коробочку войны – взамен получаешь в гробу родственника, друга или знакомого. От упоминания к месту и не к месту «небесной сотни» быстро становится противно.
На «небесной сотне» спекулируют все кому не лень. «Небесная сотня» упоминается на афишах балетных постановок и на анонсах гастрономических вечеринок.
В память о «небесной сотне» уже накатали десятки повестей, рассказов и эссе. Книгами о «небесной сотне» забиты прилавки букинистических магазинов. Побирушек и гопников в центре Львова предостаточно. Наверняка уже кто-нибудь из них просит подаяние как сын погибшего члена «небесной сотни», как раньше просили «сыновья» лейтенанта Шмидта.
Я побирушек обходил стороной. Приятная неожиданность была всего одна – русская речь слышна чаще, чем я ожидал. На русском порой говорят посетители рестораций и праздношатающиеся туристы, правда, все их разговоры все равно сводятся к политике.
Уничижительными изображениями с ликом Владимира Путина переполнен центр Львова. Они на витринах ресторанов и на вывесках арт-галерей. Бары зазывают к себе алкогольный коктейлем «Кровь Путина».
Я не буду приводить всю нецензурщину в адрес президента Российской Федерации, но считаю, что после всего этого Львов не имеет права именовать себя культурной столицей Украины и европейским городом. Львовяне демонстрируют уровень культуры подъездных настенных авторов. Это варварство, средневековье и не имеет ничего общего с современной цивилизацией.
Украинские СМИ любят писать, что «на самом деле нет никаких бандеровцев». На самом деле бандеровцев полным-полно, и их можно легко идентифицировать по каскетам с трезубцами. Также по Львову гуляет множество мужчин в камуфлированной форме с нашивками всяких карательных батальонов – видимо, это модный тренд, хотят произвести впечатление на девушек.
На каждого нового последователя Бандеры найдется свой Сташинский. Для Коновальцев наших дней современные Судоплатовы уже готовят коробочки с презентами. Львов поразила чума нацизма. Очень трудно оставаться адекватным, живя в такой обстановке.
Львов сегодня – это город фашистского безумия, где белое называют черным и наоборот. Волонтерка подкатила ко мне на роликах и чуть ли не потребовала от меня кинуть пару купюр в коробочку с надписью «Украина воюет! Помогите ей!».
Я ничего не дал ей, а вот сидящие на соседних лавочках охотно открывали кошельки и бросали гривны в коробочку. Люди, желающие мира, не будут спонсировать войну из своих карманов, но эта мысль сегодня, увы, непонятна львовянам.
Источник: Украина.ру
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ