Настоящий текст является продолжением предыдущего, написанного на эту же тему, однако здесь я хочу несколько сместить акценты. В предыдущем тексте я говорил о том, что резкое расширение финансовой элиты в последнее десятилетие создает серьезные проблемы для элиты «старой». Сегодня же хочу поговорить о проблемах управления обществом в целом.

Трудно ожидать, что «средний класс» добровольно смирится с вечной нищетой

После появления СССР «старые» капиталистические элиты стали существенно пересматривать механизмы управления обществом. Традиционные механизмы, которые явно или неявно транслировали обществу неизменность социального расслоения, на фоне СССР явно проигрывали и был взят курс на решение сразу двух задач.

Во-первых, были созданы механизмы перераспределения общественных богатств в пользу бедных слоев населения (развитие кейнсианских механизмов в рамках государственной экономической политики), во-вторых, были открыты лифты вертикальной мобильности в первую очередь в инновационных секторах экономики. Но и тот и другой механизмы работают только в условиях более или менее постоянного экономического роста, так что и в 30-е годы, и в 70-е годы прошлого века (то есть периоды кризисов падения эффективности капитала) у этой схемы начинались серьезные проблемы.

Сегодня, когда мы понимаем, что речь идет уже не столько об экономическом росте, сколько о серьезном спаде (связанном со структурными перекосами, возникшими в процессе реализации политики «рейганомики», проводимой с 1981 года), и возникает вопрос не только о том, что делать с «новыми» элитами (финансовыми в первую очередь), но и о том, как в принципе в сложившейся ситуации можно управлять обществом?

Вернуться к политике «до СССР» уже невозможно. Хотя СССР и нет, а его практика идеологически дискредитирована (пусть и не до конца и не самым убедительным образом), однако возвратить систему отношений, свойственную традиционному обществу, уже невозможно. Быстро, во всяком случае.

Кроме того, смириться с нищенской жизнью могут люди, которые никогда не видели альтернативы (как, собственно, это и было в традиционном обществе), но когда речь идет о десятках процентах от общего населения стран и регионов, которые еще вчера были «средним классом», трудно ожидать, что они добровольно смирятся с вечной нищетой. То есть подходы тут нужны другие.

Сегодня есть три принципиальных варианта. Первый предлагает ислам, в котором наиболее сильны традиционные ценности. В некотором смысле это реинкарнация идей коммунизма конца XIX века – полного уничтожения современного общества. С точки зрения современной элиты выглядит это крайне опасно, поскольку речь идет о том, чтобы создать реальное равенство – не только для бывшего «среднего» класса или «новых» элит, но и для элит старых. То есть – совершить глобальную революцию. Так что этот вариант для современных элит не подходит категорически.

Вариант второй – ограбить одних ради роста уровня жизни других. Это вариант жесткой диктатуры, скорее всего, с нацистским уклоном. Способ этот простой, но опасный, поскольку любой сильный диктатор склонен ликвидировать любое противодействие, в том числе со стороны элиты. Так что это способ опасный, хотя и приемлемый – на крайний случай.

Вариант третий – реинкарнация коммунистических идей. Тут все более или менее понятно, в том числе и то, как современной элите сохранить свою власть. В конце концов, какая разница, как называться – капиталистом или коммунистом – если речь идет о сохранении власти.

Теоретически, можно, конечно, назваться и мусульманином, но тут есть проблемы, связанные с тем, что современные элиты не очень понимают, как устроены отношения внутри исламского сообщества. А вот как это было устроено в СССР, изучили достаточно подробно.

Но среди трех перечисленных вариантов (может быть, есть и другие, но я их пока не вижу), первый и третий – исламский и коммунистический – отличаются еще одной негативной, с точки зрения современной элиты, особенностью. Это необходимость менять систему управления экономикой.

Не направление финансовых потоков, с этим справиться можно легко, а именно саму структуру управления. Это работа тяжелая и неблагодарная, так что если есть возможность, то ее нужно избежать. И остается только один вариант – националистическая диктатура. Ну, для США она может приобретать религиозный оттенок, скорее всего, в рамках псевдохристианских культов.

Именно по этой причине я все время говорю о том, что развитие «либеральных» «европейских» ценностей приведет к фашизму, поскольку все остальные варианты просто не проходят в нынешней ситуации.

И мы получаем довольно любопытную картину для западного общества, скажем, лет через 15–20. Это жесткая диктатура, которая железной рукой подавляет общественное недовольство большей части населения, балансирующего на грани нищеты, но которая не дает этому населению умирать с голода и обеспечивает минимальные шансы на работу. При этом управление этой системой вполне может обеспечить и нынешняя элита, быть может, в несколько сокращенном варианте. Разумеется, имеется в виду «старая» элита, финансовые нувориши шансов тут практически не имеют.

Разумеется, до тех пор, пока есть надежды на то, что экономический рост возобновится, никто не будет разрушать нынешнюю систему. Однако работа по созданию альтернативной модели уже ведется. Беда только в том, что людей под нее нет.

Управленцы 30-х годов прошлого века уже умерли, а современные «эффективные менеджеры» с дипломами MBA могут управлять финансовыми потоками, но не реальной экономикой. Отсюда следует, что ключевым элементом перестройки мировой элиты будет начало подготовки новой управляющей команды. Эту работу будет невозможно скрыть, так что ее начало как раз и будет сигналом того, что реальная элита поняла, что сохранить старую систему уже невозможно.

Обсуждать подготовку новой управляющей элиты я здесь не буду, но отмечу, что попадание в нее – это последний на много десятилетий шанс для людей избежать тотальной нищеты, других возможностей просто не будет. Это вообще общая ситуация.

Сокращение элиты никогда не идет по пути простого уменьшения, всегда сокращение происходит чуть сильнее, чем нужно, и появляется новая генерация в элите, которая и должна, собственно, обеспечить механизмы адаптации элиты к изменившейся ситуации. В нашем случае понятен даже механизм, по которому будет пополняться элита – это необходимость обеспечить прямое управление экономикой в условиях жесткой диктатуры.

Собственно, тут можно еще много говорить о том, как может развиваться ситуация, однако вопрос уже касается деталей, которые далеко не всем интересны.

Главный вывод, который можно сделать – что, с одной стороны, нас ждет резкое сокращение элиты, понимаемой в максимально широком смысле, с другой – последнее на много десятилетий вперед расширение «узкой» элиты, которая и будет управлять конкретными странами в среднесрочной перспективе. И, фактически, именно адекватное поведение в ближайшие годы может обеспечить для конкретных людей более или менее успешное (или же, наоборот, совершенно не успешное) будущее.

Источник: Worldcrisis.ru