Недавно ученые установили, что к плохим новостям есть у человека не то что привыкание, а даже склонность.
Мир куда богаче, чем его отражение в новостном контенте
Нового тут особо ничего нет – еще один давно известный факт нашел вариант рационального объяснения, но хорошо здесь другое: пускай и в такой обыденной, ни к чему не обязывающей форме, но нам напомнили, в каком мире мы живем. В смысле, что мир этот как минимум куда богаче, чем его отражение в новостном контенте. А, скорее всего, прямой связи между ними нет вообще. И это, безусловно, хорошая новость.
Но, скажете, что в этой жизни есть хорошего? Ведь вокруг воруют, производства нет, сельского хозяйства тоже. Образование загибается, медицина становится все более недоступной. Правоохранители и спецслужбы действуют настолько скрытно, что ощутить их работу все сложнее, телевизор постоянно путает цвета и звуки, а интернет стал совсем уж виртуальным...
Все действительно так, если не выходить за пределы культуры массовых коммуникаций. Зато по ту ее сторону, кроме упомянутого уже навоза можно найти что-то действительно стоящее, возможно, даже перевешивающее всю эту однообразную, из года в год самовоспроизводящуюся рутину, таки да, успешно преобразующую широту русской души в местечковость провинциального сознания. И это стоящее – не нечто высоколобое или бесконечно далекое, как раз наоборот.
Вот в кино этому масса примеров. Помните комичность ситуации в «Такси», когда комиссар громогласно объявляет: «Мы в дерьме!» и присутствующие с ним даже соглашаются? Нелепость происходящего довершается погруженностью Эмильена в свое отцовство. Кстати, для комиссара – типичного чиновника: не злого, не очень строгого и не очень глупого – все закончилось не очень здорово.
Но то в кино, в реальности еще сложнее. Запустение в деревне, конечно, ничем не перебить, вся Россия в этом смысле напоминает огромный обветшалый дом престарелых. Но хорошо то, что сейчас стали очень медленно, но понимать, что сельское хозяйство невозможно ограничить приставкой «мега-» и строительством агрогородков. Правда, связь между понятиями «деревня» и «сельское хозяйство» понимают немногие, и среди них немало иностранцев, но надежда все-таки есть.
Удивительно, но остались еще интересные вещи и в промышленной сфере: живые идеи не перевелись пока как в головах «опытных производственников» (которых, увы, не становится больше), так и совсем зеленых студентов. Плохо здесь другое – воплощение таких идей, если они не снабжены специальными заклинаниями «инновация» и «нанотехнология», почти никому не интересно. Впрочем, вопреки этому изобретательский и конструкторский азарт людей все ж не покинул. Деваться только ему некуда.
Да, благодаря особенностям национального здравоохранения, оно не может помочь всем, кому помочь должно; часто в больницах или скорых нет элементарных вещей вроде исправных дефибрилляторов. Но почти всегда находятся добрые люди, отношение которых не менее важно, чем исправная работа всей социальной сферы.
Да, государство здесь делает меньше и хуже, чем могло бы, но для остальных это всегда возможность помочь. Ведь сколько было таких ситуаций, когда чья-то жизнь продолжалась благодаря доброму сердцу врача или многих незнакомых больному людей, жертвующих свои силы и средства постороннему человеку.
Когда человек на границе жизни и смерти, его не волнует уровень финансирования, техническая оснащенность и прочие показатели. Позиция окружающих, близких и дальних, стоят тут куда дороже. Хотя и не отменяет вопросов к власти.
Наверное, привыкнув к плохим, люди почти разучились видеть и воспринимать добрые вести.
Они чаще всего получаются как нечто среднее между кондовым пресс-релизом в духе «открылась/состоялась/принято решение» (иными словами, приходите к обеду в позапрошлую среду) и слезливеньким гуманизмом, верящим то в прогресс всех прогрессивных сил, то в великую силу слишком человеческого, то во все это вперемешку. Эдакая позитивненькая экзальтированность, разными способами сама себя вводящая в экстаз.
Конечно, вся человеческая культура есть драма, проявление борьбы добра и зла. Но тогда тем более непонятно, почему зло и грязь настолько привлекательны, ведь если «мы в дерьме» – это как минимум повод помыться.
Источник: «Псковская лента новостей»