Сами экспонаты выставки «Духовная брань» я не видел, смотреть не хочу, а значит, и комментировать не стану.
Рождается предположение, что где-то рядом с Патриархией появились политтехнологи, принесшие уже до боли знакомый сценарий
Впрочем, самый странный экспонат там – это организатор выставки, коллекционер Виктор Бондаренко. Эмигрант из СССР, гражданин США, он сделал деньги в мире, связанном с экспортом русского оружия (во всяком случае, издавал журнал «Военный парад» и каталог «Оружие России»). При этом сами американцы обвиняют его в коррупции и откатах и в свою страну не впускают.
Был и светлый аспект в жизни этого недоучившегося танкиста. Бондаренко увлекся собиранием икон. Я был в его доме и видел замечательные образа. Не столь давно был издан внушительный каталог с ее описанием (см. например, здесь или здесь). Иконы из собрания Бондаренко можно увидеть на выставках, проводимых Центральным музеем древнерусского искусства им. Андрея Рублева.
Его нынешний крен в сторону карикатур – это же знак какой-то жуткой человеческой катастрофы. Он отрекся не от Кураева-Чаплина-Смирнова, не от конкретных (вполне, может быть, малосимпатичных) церковных деятелей, а от Андрея Рублева, Дионисия и Феофана Грека. Один спрос с человека, не знакомого ни с какими шедеврами иконописи, кроме продукции «Софрино». Но здесь-то человек видел настоящую красоту, трогал ее руками, жил рядом с ней – и на тебе... Такая метаморфоза с этим человеком мне видится загадочной.
Но вообще меня мало интересуют безобразия, творимые нецерковными или антицерковными персонажами – им так по статусу положено. Меня гораздо больше напрягает, когда мои собственные единоверцы превращают Церковь в ролевой клуб боевых урук-хаев (по Д.Р.Р. Толкиену - особо крупная разновидность орков, - прим. ВЗГЛЯД).
События на «Винзаводе» не являются первыми такого рода для православных активистов. Судя по их счастливым лицам, они абсолютно уверены в своей правоте, а, значит, никто из церковного руководства не пробовал всерьез объясниться с ними и одернуть их. А ведь именно церковное руководство эти хулиганы ставят в неудобное положение.
До событий на «Винзаводе» у меня не было оснований не верить официальным заявлениям о том, что отношения Церкви и государственной власти у нас в стране близки к идеальным. Но если бы это было так, одним телефонным звонком кощунственная выставка была бы пресечена. Этого, однако, не произошло, а потому и взбрыкнул «погромчик».
Погромы и самосуды – это действия социально слабых людей. Когда человек убежден, что обычным путем он до власти не докричится, что в рамках обычного правового пространства его интересы и святыни не защищены, он начинает защищать себя сам. Вспомним фильм «Ворошиловский стрелок».
Так что, с одной стороны, эти события ставят под сомнение любимейший тезис либеральной антицерковной пропаганды, а именно тезис о симфоничности отношений между сегодняшней церковной и светской властями. Но с другой стороны, они же дают основания считать официальные заявления слишком оптимистическими и комплиментарными.
Говорят еще, что девушки стараются завести подружку-дурнушку, чтобы на ее фоне выглядеть красавицей. А еще если приучить население жить с ощущением «страна Советов в кольце фронтов», то оно (население) будет послушнее и управляемее... В общем, любой политтехнолог расскажет, как выгодно пугать и своих и чужих, и как бывают полезны молодые подрощенные ручные экстремисты. «Ловите гранату. Не бойтесь, она ж ручная!»
Когда-то первые гетто в европейских городах создавались совсем не по инициативе христианских властей, а по воле раввинов: собранную в единый гурт паству было легче контролировать. Без антисемитских выходок и угроз (тщательно собираемых и с усилением пересказываемых) еврейская идентичность не закалилась бы так прочно, как она закалилась. Заимствуем опыт?
Серьезнее другое: то, что такого рода акции повторяются без какого-то внятного, сурового одергивания со стороны церковной власти, означает, что кому-то это нужно. Рождается предположение, что где-то рядом с Патриархией появились политтехнологи, принесшие уже до боли знакомый сценарий. Тот сценарий, который хорошо известен колониальным князькам, строящим свои отношения с имперским центром.
Они вроде бы борются с экстремистами. Но на деле они заинтересованы в сохранении радикалов, потому что на них можно показать пальцем, говоря имперским кураторам: «Мы, конечно, сволочи, но если не мы, то придут вот эти. А с ними вообще никакой диалог невозможен. Поэтому лучше потерпите наши фокусы, нашу коррупцию и прочее».
Если погромщики не осуждаются Церковью, если они все время говорят, что кто-то из высоких кабинетов им подмигивает, то как иначе понять их уже растянувшийся на полгода рукосуйный «перформанс»? Кому нужны боевые урукхаи?
Источник: Сайт «Православие и мир»