Мои друзья из «Живого журнала» попросили меня высказаться по поводу афганской козы. Из благодарности за отклик и неоценимую практическую помощь в телевизионной работе, которую сообщество ЖЖ вот уже семь лет оказывает мне, выполняю просьбу.
Под каждым словом Никиты Сергеевича подписываюсь, а над афганской метафорой хохотал целый вечер.
Правда, хохотал как-то горько.
В своем по-барковски эмоциональном выступлении он излил весь гнев и горечь на головы желтолистковых кукарач
Если вы можете представить, как в обиде и бессильном гневе сжимаются кулаки, когда наутро читаешь в очередном желтом листке совершенную белиберду про себя, притом написанную этак вот презрительно, хамски, так, как репортеры ушедшей школы не позволяли себе писать даже о Чикатило, а сделать-то уже ничего нельзя: слово-то не воробей... тогда поймете природу этой горечи.
Самое-то смешное во всем, что вымыслом о себе я обязан только тем, что некоему двадцатилетнему остолопу, приехавшему подзаработать в Москву и не нашедшему в себе иных сил и талантов на что-либо еще, кроме работы в желтом листке/ресурсе, пришел срок платить за обшарпанную однушку в Капотне. Только поэтому он наутро пришел в свою, с позволения сказать, редакцию и высосал из-под давно нечищеного ногтя скабрезную грязь обо мне только затем, чтобы «метнуться кабанчиком» (цитата из их жаргона) в бухгалтерию за кровно заработа... пардон, высосанным полтинничком долларов гонорара (см. мою новеллу «Кукарача» здесь же, в ЖЖ).
Притом при личной встрече – а случается и такое! – этот-то самый сосун распинается в уважении и к первому появлению прямоэфирного телефона в моей студии образца 1993-го, и к моему «Свежему ветру» за 1995-й, а на моих «Антропологии» и «Ночной смене» он, видите ли, и вовсе вырос... Как же вырос, когда врос по уши в мерзкую жижу вранья ради денег? А что до вранья, так «вы же тоже журналист, Дмитрий Александрович, вы же понимаете, жить-то надо...» Не понимаю. И в этом контексте я не соглашусь на звание коллеги. Если вся эта пальцесосная желтизна – журналисты, то кто тогда Дмитрий Муратов* и Юрий Рост, Латынина и Венедиктов?
Примечательно, что все вышеперечисленные проекты, а также и все нынешние всегда начинались с появления в моей студии Никиты Сергеевича Михалкова. Это объясняется просто: все 23 года своей жизни – именно жизни – на телевидении я проводил только одну работу. Я пытался передать моему соотечественнику мысль Рериха: «Невыносим холод невежества». А Никита Сергеевич то своими мыслями, то воспоминаниями о мыслях Феллини и своей матушки был лучшим соратником в этой трудной работе. Выходит, все, что говорилось и обсуждалось во время наших бесед, произносилось зря?
Да впрочем, что мое телевидение. Судя по омерзительным комментам под публикацией Михалкова, зря и «Обломов», и «Свой среди чужих», и «Раба любви», и «Неоконченная пьеса», и «Двенадцать» зря. А вот это уже горько по-настоящему.
Но в одном я все-таки расхожусь с господином Михалковым.
В своем по-барковски эмоциональном выступлении он излил весь гнев и горечь на головы желтолистковых кукарач. Я же склонен видеть главный ужас в другом. Ежедневный тираж этих самых желтых листков плюс количество просмотров их зловонных сайтов превышает суммарный годичный тираж Гоголя и Чехова на всем русскоязычном пространстве. Это значит, что миллионам моих соотечественников действительно интересно видеть этот мир и нашу страну не ищущим, порой ошибающимся, но, главное, способным к творчеству народом, а сборищем прохиндеев. И вот это страшно.
Тоже можно объяснить. Ведь еще сэр Фрэнсис Бэкон, выдвигая апологию зависти, подметил: человеку вполне естественно ненавидеть все, что является укором его собственной судьбе. Именно так можно объяснить тошнотворную брань в адрес Михалкова в упомянутых комментах под его выступлением. Объяснить, но не оправдать. Как не припомнить гениального Гребенщикова: «Мои слова не слишком добры, но и не слишком злы. Мне просто жаль, что вы могли бы быть люди... Ха! Козлы!»
Вот и вернулись к тому, с чего начали, – к козе.
На примере всей истории легко увидеть нехитрый механизм желтолисткового лохотрона, единственная задача которого – «скассировать» вас, что в переводе с мошеннического на русский означает снять с вас деньги. Ведь каждый ваш подход к киоску, как и каждый ваш клик – их постылый хлеб.
#{best_opinions}Смотрите, под каким заголовком выступление Никиты Сергеевича мгновенно разлетелось по всему Рунету. Притом что там обе столицы и академический Новосибирск, даже сайт воспетого моим другом Чижом под именем города Обломова город Растяпино, ныне Дзержинск, туда же: «Михалков рассказал, что Дибров трахал афганскую козу». Разве не поняли, что это метафора, то есть «оборот речи, состоящий в употреблении слов и выражений в переносном смысле на основе какой-то аналогии, сходства, сравнения?» Поняли, конечно. Но специально в целях охоты за ваш клик – читай, за свой грошик – заголовок оставили такой, будто не поняли. Опять, стало быть, соврали.
Более того, сегодня днем даже позвонили мне из одной желтой газетенки:
– Дмитрий Александрович, у нас к вам грустная весть. Никита Сергеевич сказал про вас такое, что нам даже неудобно повторять...
Однако все же повторили. И повторили, вырвав из неудобного для себя контекста так, как будто это и не метафора. После чего осведомились:
– Вы будете подавать на Михалкова в суд?
И, судя по всему, приготовились вновь «метнуться кабанчиком» в бухгалтерию.
На этот раз метнуться не получилось.
Слишком уж много времени мы провели с Никитой Сергеевичем в размышлениях в эфирной студии и за ее пределами, чтобы я не почувствовал лохотронного развода.
Заклинаю всех, кто действительно вырос на моей «Антропологии» и растет, быть может, и сейчас на моем «Временно доступен»: чувствуйте его и вы. Не протягивайте честно заработанное в жерло киоска, не кликайте на зловонные ссылки. Лучше купите на эти деньги копию «Механического пианино». Там много о вас лично.
Источник: Блог Дмитрия Диброва
* Признан(а) в РФ иностранным агентом