Я очень благодарен Павлу Медведеву, решившему вступить со мной в полемику, за то, что он волей-неволей раскрыл всю имеющуюся палитру аргументации противников принятия законопроекта о Национальной платежной системе. Это позволяет дать развернутый ответ на имеющиеся в их распоряжении тезисы.
Дело в том, что аргументация, приводимая депутатом, не имеет отношения к тем поправкам, которые реально планируется внести в законопроект! Медведев говорит о чем угодно, а чаще ни о чем, но старательно обходит главное: проект закона, подготавливаемый ко второму чтению, утверждает российский финансовый суверенитет, и это ему почему-то не нравится.
Пугалку про то, что универсальной картой нельзя будет расплачиваться в метро, а если и можно, то возникнут громадные очереди, я слышу от Павла Медведева уже не в первый раз
Поэтому когда Павел Медведев говорит о том, что в первом чтении законопроект он поддерживал, он не лукавит. Действительно, первое чтение проект прошел в виде, максимально выгодном транснациональным платежным системам, а конкретно корпорации Visa. Фактически первая редакция уничтожала шансы на создание в России Международного финансового центра. На национальном процессинге можно было спокойно ставить крест, а монополия Visa и MasterCard была бы закреплена на десятилетия.
«Я-то как раз хочу, чтобы закон вышел в таком свете, в котором его инициировал президент. Так, президент положительно высказался об универсальной кредитной карте, о ее перспективах», – заявляет Павел Медведев.Для начала хочу просветить Медведева, что проект закона написан в Центробанке и внесен правительством. В нем не предусматривалось регулирование универсальной электронной карты. Кстати, она называется именно так, а никак не «универсальная кредитная карта». То есть аргументация Павла Алексеевича, увы, соответствует уровню «в огороде бузина, а в Киеве – дядька».
Еще раз – в законопроекте нет ни слова об универсальной электронной карте. Там само слово «карта» повторяется только три раза в словосочетании «платежных карт». Тем более в проекте не могут регулироваться и формы использования универсальной карты, раз ее там нет.
Так что, когда депутат Медведев уверяет, что «по тем технологиям, которые прописаны в поправках, это (оплачивать поездку в метро через турникет) станет невозможно, так как запрещаются оффлайновые платежи и эквайринг», он либо сам заблуждается, либо намеренно вводит в заблуждение журналистов и читателей, которые вряд ли способны свободно оперировать такими словами, как «эквайринг». Продолжу цитату Медведева: «Информация о платеже должна будет отправляться сначала в банк физлица и только потом будет перебрасываться в банк получателя платежа. В итоге на оплату проезда в метро картой потребуются десятки секунд – это безумно долго». Сразу скажу, что все это не соответствует действительности.
Пугалку про то, что универсальной картой нельзя будет расплачиваться в метро, а если и можно, то возникнут громадные очереди, я слышу от Павла Медведева уже не в первый раз. Прошу прощения, но я как-никак, в отличие от депутатов Госдумы, имеющих служебное авто, ежедневно пользуюсь метрополитеном. И в курсе того, как осуществляются платежи. Поэтому хочу поделиться этим откровением с Павлом Алексеевичем, дабы предотвратить дальнейшее распространение дилетантской информации в его исполнении.
Как известно, в метро можно пройти по одноразовой карточке, по проездному (я пользуюсь годовым) либо по кредитной карточке ряда банков. Предполагается, что проход через турникеты посредством использования универсальной электронной карты будет осуществляться так же, как будто используется карта кредитная.
Не торопитесь ликовать, Павел Алексеевич!
Дело в том, что в момент прохода через турникет никакой онлайн-авторизации карты не осуществляется. И не играет роли, есть ли у нас национальная платежная система или нет. В метро используется совершенно иная система – предавторизованный лимит средств или же поездок на карте, который считывается при приложении карты к сканеру. Никакого процессинга между держателем карты и эмитентом при этом не осуществляется. Естественно, и в законе о национальной платежной системе про использование универсальной карты на транспорте нет ни слова (напомню, что там и про саму карту тоже не говорится).
Зачем с упорством, достойным лучшего применения, Павел Медведев раз за разом приводит этот очевидно невалидный аргумент, мне непонятно. То ли непрофессионализм, то ли доводы против законопроекта настолько смехотворны, что приходится изобретать и фантазировать. В любом случае, жертвами информационной атаки господина Медведева становятся обычные потребители услуг платежных систем и систем общественного транспорта. Депутат по какой-то одному ему известной причине пугает граждан России несуществующими угрозами и нагнетает истерию на пустом месте.
Цитирую депутата дальше: «Зато по новому закону юридическим лицам осуществлять платежи физическим лицам станет намного проще. Причем юрлица смогут платить кому угодно, как идентифицированным держателям карт, так и не идентифицированным. А это-то зачем? Для того чтобы скрывать зарплаты? Чтобы зарплаты можно было выдавать не в «физических», а в электронных конвертах? По новому закону упростятся также платежи от одного юрлица другому юрлицу через идентифицированные и не идентифицированные карты. А это зачем? Для того чтобы облегчить неуплату налогов?»
Никакой речи об «электронных конвертах» быть не может. Наоборот, предприятие, перешедшее на электронные деньги, будет показывать зарплату своих сотрудников полностью
Мне, конечно, неловко поправлять человека, по чьим учебникам постигали азы высшей математики такие мастодонты, как Петр Авен и Александр Шохин, но если бы уважаемый депутат открыл законопроект, который в настоящее время разрабатывается ко второму чтению, и прочитал бы ст. 7 п. 5, то он с удивлением узнал бы, что в тексте законопроекта по версии от 9 марта 2011 года однозначно говорится, что юридические лица могут переводить средства только и исключительно идентифицированным физическим лицам. Поэтому никакой речи об «электронных конвертах» быть не может. Наоборот, предприятие, перешедшее на электронные деньги, будет показывать зарплату своих сотрудников полностью. В перспективе это позволит вообще закрыть вопрос как с «серыми» и «черными» зарплатами, так и с конвертами.
Почему депутат перевернул все с ног на голову? От незнания? Или?
Что же до финансовых взаимоотношений двух и более юрлиц, то они как сейчас платят, так и будут платить через банковские счета. Так что никаких не идентифицированных переводов от юрлица юрлицу нет и быть не может. А выдумывать, Павел Алексеевич, нехорошо. Вас же мама учила.
Павел Медведев продолжает пугать: «Теперь любой сможет перевести деньги из электронной платежной системы на счет мобильного телефона, а затем с телефона на свою же карту и обналичить деньги в терминале. Не надо даже в глаза никому смотреть, и нет никаких ограничений по сумме. Граница между легальным и нелегальным оборотом денежных средств полностью уничтожается с помощью телефона».
А мне не страшно. Не страшно потому, что я читал законопроект. В нем есть лимиты на переводы средств (статья 10). Не идентифицированный пользователь может сделать перевод в 15 тыс. рублей максимум. Для больших переводов необходима идентификация. Помимо этого, есть еще один нюанс, который, конечно, депутату знать не обязательно, но который существенно меняет дело. Как известно, владельцы сим-карт сотовых телефонов в нашей стране идентифицированы изначально. Просто без паспорта сим-карту не купить! Поэтому узнать, кому или от кого совершен тот или иной перевод для регулятора большой проблемы не составит.
#{image=482572}Именно для упорядочения и облегчения использования сотового для расчетов и была предложена статья 13 в законопроект. Советую Павлу Медведеву ее внимательно прочесть. А также задуматься над тем, что, чего уж греха таить, многие считают, что пластиковые карты – это день вчерашний, а мобильные телефоны вполне заменяют целый арсенал средств – от кошелька до кредитной карточки. Понятно, что депутат вырос во время, когда хочется «в глаза посмотреть». Но для этого можно спокойно прийти в банк и отстоять свою очередь в кассу для оплаты услуг ЖКХ. Полчасика, например. И в глаза посмотреть получится, и заодно можно будет пораскинуть мозгами по поводу того, стоит ли ставить палки в колеса гражданам, которые желают оплачивать услуги ЖКХ посредством своего сотового телефона.
Да, совсем забыл! В проекте закона есть несколько слов и о наличности. Получить ее можно будет только с идентифицированных карт. Так что и тут налицо все то же выполнение поручений президента.
Дальнейшая аргументация Павла Медведева меня просто потрясла. На полном серьезе, гордясь собой, он говорит: «Мне удалось, например, на несколько лет задержать закон о деятельности по приему платежей физических лиц». Если это – достижение, то крайне сомнительного свойства. Ведь депутат признается, что на несколько лет законсервировал систему платежей физлиц в архаичном, несовременном состоянии.
Самый треш начинается со следующего предложения, в котором депутат рассказал, как именно он задержал принятие закона: «В частности, с помощью подарка председателю Совета Федерации Сергею Миронову: я ему вручил выписку со своего платежа, на котором было написано «взятка». Новые поправки в законопроект делают легким и удобным процессы передачи взятки или оплаты партии наркотиков. На допросах МВД выясняло, что наркоторговцы часто рассчитываются за товар через электронные системы».
Меня крайне заинтересовало появление слова «взятка» на платежке. Откуда оно могло появиться? Умная машина, взяв деньги Павла Алексеевича, решила, что эти деньги – суть взятка, и автоматически проштамповала соответствующим образом платежку? Или же сам депутат прилежно выписывал это слово на бланке? Второй вариант более вероятен. Но на заборе тоже можно написать одно слово. Однако вряд ли его можно будет обнаружить за забором. Поэтому оставлю на совести депутата ремарку о платежке и перейду к рассмотрению его «наркотических фантазий».
Дело в том, что законопроект предусматривает создание понятных отношений внутри национальной платежной системы. И крайне удивительно, что господин Медведев рассматривает его исключительно с точки зрения дачи взяток и покупки наркотиков. Не будем лукавить и признаемся, что криминальным авторитетам и взяточникам использовать электронные платежи намного менее комфортно, чем наличные. Вопросы налогов, соотношения расходов и доходов никто не отменял. Уголовный кодекс никто не аннулировал.
Следуя логике Павла Медведева, поскольку взятки чаще всего дают наличными, да и наркотики покупают чаще всего за нал, а не за кулек мармеладок, необходимо запретить хождение наличных денег вообще.
Напоследок я бы хотел сказать об одной довольно неприятной вещи. Когда Павел Медведев говорит, что «в этом вопросе меня поддерживают члены Ассоциации российских банков», я вынужден констатировать, что он прав. Действительно, некоторые члены АРБ его поддерживают. Так же, как его позицию поддерживает корпорация Visa. Так же, как его позицию поддерживает президент Американской торговой палаты в России Эндрю Соммерс.
Уровень этой поддержки мы все смогли лицезреть сегодня на первой полосе «Известий». Дикий с точки зрения профессионала материал, написанный настолько ангажированно и топорно, что слов нет, повторил целую серию пугалок про «отмену кредиток в России». Там как раз присутствуют «коллеги» Павла Медведева, занятые дружным противостоянием разрабатываемому законопроекту.
В отличие от депутата, эти все говорят в лоб. Так, Эндрю Соммерс отметил, что этот шаг (создание национальной платежной системы) «вызывает разногласия в зарубежном сообществе». Поясню, что имеется в виду – как известно, Diners Club уже построила свой процессинговый центр в России. SWIFT – строит, а MasterCard дал согласие на строительство. Отказывается Visa. И она-то как раз и недовольна тем, что ее конкуренты решили играть по новым российским правилам.
В результате я фиксирую беспрецедентную кампанию давления на российское руководство со стороны западной ТНК. Используются все средства – вплоть до размещения грязных заказных материалов в центральных СМИ. При этом, как я смог, надеюсь, убедительно доказать, аргументация против принятия законопроекта не выдерживает никакой критики. Да ее, по сути, и нет – аргументации. Дело только в том, что проект не нравится одной большой транснациональной корпорации. И все.
В этой связи я бы хотел спросить у Павла Алексеевича, избранником какого народа он является и чьи интересы защищает?
Специально для газеты ВЗГЛЯД