На этой неделе отмечается годовщина референдума 17 марта 1991 года о сохранении СССР. Тогда большинство советских граждан высказалось за единое государство, но избежать распада не удалось. Те события до сих пор оцениваются обществом по-разному и продолжают активно мифологизироваться. В ходе круглого стола «Референдум марта 1991 года – Августовский путч – Беловежские соглашения: как работают механизмы исторического мифотворчества в политической повестке», организованного Экспертным институтом социальных исследований (ЭИСИ), политологи обсудили политическую повестку весны-лета 1991 года и то, как в течение этих десятилетий трансформируются оправдательные мифы КПРФ.
Руководитель практики политического анализа ВЦИОМ Михаил Мамонов завил, что согласно проведенному на этой неделе опросу, правильно расшифровать аббревиатуру СССР смогли не все. «При ответе на открытый вопрос правильно расшифровали, что такое СССР 84%. Но даже среди оставшихся 16% только 10% затруднились с ответом, а еще 6% предложили свои варианты, которые не соответствовали исторической правде, но были близки по содержанию. Таким образом, мы можем говорить, что порядка 90% знают и помнят, как расшифровывалась эта аббревиатура», – сказал Мамонов.
Только 65% россиян смогли назвать причины распада страны, 35% затруднились с ответом. Большинство среди основных причин распада СССР назвали внутренние проблемы. «Когда мы попытались заострить и спросить, на ком лежит ответственность за распад СССР, то при любом формате, открытом и закрытом, оказалось два лидера. Это Михаил Горбачев – 42% при ответе на открытый вопрос возложили ответственность на него, при закрытом этот показатель оказался еще выше – 59%. На втором месте Борис Ельцин – 25% и 40% соответственно», – пояснил Мамонов. В то же время, добавил он, около 29% россиян возложили ответственность за распад СССР на США и Запад в целом.
Если бы референдум о сохранении СССР прошел сейчас, то 73% респондентов заявили о своем желании сохранить Советский Союз, обратного мнения придерживается всего 19%. «Даже среди молодежи 56% заявили о том, что скорее поддержали бы. А с возрастом этот показатель среди респондентов увеличивается», – подчеркнул Мамонов.
Директор Института глобализации и социальных движений* Борис Кагарлицкий** убежден, что СССР рухнул не из-за предательства элит, а их деградации, которая «имела вполне логичные исторические корни». СССР выполнил одну из своих ключевых функций: из аграрной страна превратилась в индустриальную, была ликвидирована неграмотность. «Задача модернизации была решена, но парадокс в том, что это и был приговор Советскому Союзу. Задача, будучи решенной, перестала диктовать требование дальнейшего развития», – пояснил Кагарлицкий.
Кагарлицкий отметил, что ностальгию по СССР использует КПРФ и ряд других левых организаций, что дает им возможность «благополучно существовать в политическом процессе», но эта ностальгия «не может конвертироваться ни во власть, ни в реальное политическое большинство». Эксперт убежден:
«Чем быстрее мы преодолеем ностальгию по Советскому Союзу в политическом и в эмоциональном плане, тем лучше».
Директор Фонда прогрессивной политики Олег Бондаренко назвал символичным, что дискуссия состоялась не 17 марта, в годовщину референдума, а 18 марта, когда в 2014 году произошло воссоединение Крыма с Россией. «Акт возвращения Крыма в состав России – это прямое следствие распада СССР. Тема развала или распада СССР не закрыта в обществе. Но ее неправильно оценивать только с точки зрения внешних границ и потери империи. Ее нужно оценивать также в социально-экономическом русле. Сегодня эта тема имеет выход в виде исторического реваншизма, так называемой русской реконкисты, русской весны, которую мы видели с вами семь лет назад в Донбассе и в Крыму», – отметил эксперт.
По его словам, в обществе пока не происходит переосмысления событий 30-летней давности, поэтому нужно ответить на вопросы «кто мы» и «куда мы идем». В рамках текущей избирательной кампании партии должны взять эти темы на вооружение, убежден Бондаренко. «Причем эта тема не является монополией КПРФ», – убежден политолог.
Эксперт в области интернета и социальных сетей Михаил Ковалев напомнил о том, что лидер КПРФ Геннадий Зюганов в начале своей карьеры занимался агитацией и пропагандой в Орловской области, а затем – с 1983 по 1990 годы – работал в отделе агитации и пропаганды ЦК КПСС. «Как мы видим, магия советской агитации и пропаганды в 80-е не очень работала. Не американцы у нас выиграли, а мы сами все проиграли. Эстетика победила этику – все хотели джинсы, Кока-колу и голливудские боевики. А противопоставить было нечего. В СССР даже профессии дизайнера никогда не было», – отметил политолог.
По его словам, у КПРФ, судя по их чудовищному креативу в течение 30 лет, дизайнера до сих пор нет. «Затем пришла другая магия – потребительская. Соревнование было проиграно заранее, – подчеркнул Ковалев. – Базовая проблема модного государства актуальна и тогда, и сейчас. Она первична у молодых людей – они хотят жить в стране, которая производит товары и услуги, которые пользуются спросом не только внутри, но и им выражают респект на Западе. Ощущение модного государства на пике мы испытали на сочинской Олимпиаде и во время Чемпионата мира по футболу, когда мы были центром притяжения всего мира – сами себе неожиданно нравились, иностранцы нас обожали».
Ковалев считает, что России есть, чем гордиться. «Мы одна из немногих стран, у которых есть свои поисковики, соцсети, почтовые сервисы. К сожалению, нет своего YouTube – это умаляет «модность» государства. Среди примеров российских продуктов с экспортным потенциалом – вакцина против коронавируса «Спутник V», Telegram. В прошлом у нас эстетика победила этику, поэтому надо заниматься дизайном пространства и думать о людях».
Директор Института новейших государств Алексей Мартынов также отметил, что КПРФ до сих пор заявляет о себе, как о правопреемнице КПСС – «той самой партии, которая как механизм должна была сохранить СССР, а она не выполнила это». «КПРФ же, не стесняясь, эксплуатируют эту ностальгию, подмигивая, обещает вернуть нам Советский Союз. Никто нам никогда не вернет СССР», – подчеркнул политолог. «Кроме того,
30 лет – хороший срок, чтобы принять решение, насколько нам нужно это советское пространство, насколько советские республики «наши».
Если они наши, то нужно забирать их, обращаясь к живущим там народам, как это было с референдумом в Крыму, либо другими способами. Если нет, то укреплять наши границы и не тратить ресурсы и эмоции. Пусть живут как хотят. Это многих отрезвит в этих странах», – предложил Мартынов.
В свою очередь доцент кафедры мировой истории и международных отношений Иркутского госуниверситета Сергей Шмидт сказал о том, что в оценке событий Перестройки «мы мифологизируем 91-й год», «а судьба СССР была решена в 90-м году», когда 4 марта прошли выборы съезда народных депутатов, которые впоследствии приняли декларацию независимости РСФСР. Он также посетовал на то, что нынешние студенты не помнят исторического референдума и для них 17 марта ассоциируется с Днем святого Патрика.
Шмидт возразил тем, кто винит в исчезновении СССР внешние силы. Он убежден, что основной спарринг-партнер Советов по холодной войне – США – категорически не были заинтересованы в распаде Советского Союза. «Бардак в ядерной стране не нужен никому в мировом сообществе. А во-вторых, то, что в международных отношениях называется режимом нераспространением ядерного оружия – это объединяющий канон всех игроков мировой политики», – заключил эксперт.
* Некоммерческая организация, включенная в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента
** Признан(а) в РФ иностранным агентом