«Конституционный суд не находит подтверждения того, что были нарушения, повлекшие его концептуальные изменения», – сказал Маврин, передает РИА «Новости».
Он отметил, что Конституционный суд не нашел оснований признать процедуру принятия поправок противоречащей Конституции.
Как сообщала газета ВЗГЛЯД, ранее в Конституционном суде России в ходе оглашения постановления заявили, что минимальный размер штрафа за нарушения правил проведения публичных мероприятий должен быть снижен.
Кроме того, в четверг КС счел не ущемляющей права граждан норму, предусматривающую административную ответственность за нарушения порядка на митингах. В суде добавили, что наказание в виде обязательных работ может назначаться только за причинение вреда чьему-либо здоровью в ходе митингов.
Напомним, в ноябре в Конституционном суде начали рассматривать дело о проверке конституционности поправок к закону о митингах. Поводом для этого послужили жалоба оппозиционера Эдуарда Лимонова и запрос сразу 102 оппозиционных депутатов Госдумы.
Лимонов решил оспорить только один момент – о том, что лицо, дважды и более привлекавшееся к административной ответственности за нарушения на митингах, в течение срока этого наказания организовывать митинги не может.
Оппозиционер, которого задерживали уже не один раз только минувшим летом, уже после вступления закона в силу, счел себя его жертвой.
К Лимонову присоединились депутаты-справороссы и коммунисты, которые оспаривают законодательство по всем статьям: и по принятию (весь ФЗ № 65), и по многим положениям.
Они согласились и с Лимоновым, но также оспаривают увеличение штрафов за беспорядки на акциях, неясность в нормах, определяющих обязательные работы, а также слишком широкие полномочия властей регионов по регулированию порядка проведения уличных акций.
Нашумевший закон о митингах, который в десятки раз увеличил штрафы за нарушения на уличных акциях, ввел обязательные работы для нарушителей, запретил приходить на митинги в масках и в состоянии алкогольного опьянения, проносить оружие или предметы, используемые в качестве оружия, был подписан президентом Владимиром Путиным 8 июня.