В субботу полиция в течение дня задержала в Бурятии всех семерых преступников, сбежавших из республиканского психдиспансера в селе Новая Брянь Заиграевского района. Временно оказавшиеся на свободе преступники были осуждены за кражу, вымогательство и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью.
По предварительным данным, побег был совершен около полудня после бунта в психдиспансере, где в отделении на втором этаже принудительно лечат осужденных. Мужчины принялись крушить помещение, разбивать окна и выламывать решетки. Пятеро санитаров пытались утихомирить 59 заключенных, но при побеге группа злоумышленников ранила осколком стекла одного санитара, порезав ему лицо. По информации Следственного комитета, преступники, воспользовавшись заминкой персонала, спрыгнули со второго этажа, а затем перелезли через бетонный забор.
Это оказались мужчины в возрасте от 22 до 42 лет, пятеро жители Курумканского района, один – Иволгинского, еще один – Улан-Удэ. По данным «Известий», в числе поставленных им диагнозов – расстройство личности, шизофрения и умственная отсталость. Сразу после известий о побеге глава Бурятии Алексей Цыденов попросил земляков проявлять бдительность «и следить за детьми». В Улан-Удэ и восьми районах республики был объявлен план «Сирена», к поимке привлекались бойцы СОБРа и ОМОНа. За информацию о преступниках было объявлено вознаграждение.
Отметим, что это второй подобный случай за август. В начале месяца пятеро подсудимых сбежали из изолятора временно содержания (ИВС) в Истре. Среди них оказался Александр Мавриди, обвиняемый в убийстве владельца «Мясной империи» Владимира Маругова, застреленного из арбалета в ноябре 2020 года.
По предварительным данным, к побегу может быть причастен дежурный, который по просьбе одного из заключенных перевел Мавриди в другую камеру и не закрыл так называемую кормушку – небольшое окошко в двери для передачи пищи. В результате заключенные «отжали» и скрутили замки на дверях. По другой версии, преступники воспользовались гаечным ключом для взлома камеры. Инструмент, по версии следствия, могла принести адвокат Мавриди Мария Суркова. Источник в правоохранительных органах заявлял, что именно сотрудники полиции могли поспособствовать побегу, потому что кроме двери в камере нужно было преодолеть другие препятствия. Позже их задержали и арестовали.
Следы беглецов обрывались на видео с камеры одного из домов в Истре. Их розыск начался по всей России, а МВД объявило награду за помощь в поимке Мавриди, который считается самым опасным из этой пятерки. Первых двух беглецов – 35-летнего Дениса Грозаву и 34-летнего Ивана Цуркану – оперативники обнаружили на съемной квартире в Подольске. Третий сам сдался полиции. Его личность не раскрывается.
В минувшую среду в одном из поселков Новгородской области был пойман четвертый беглец – Александр Бутнару. Таким образом, на свободе остается только Мавриди. По одной из версий, он уже мог покинуть пределы России и скрыться в родном Казахстане, где начиналась его криминальная карьера.
Председатель Московского межрегионального профсоюза полиции и Росгвардии Михаил Пашкин полагает, что большинство из сбежавших в Бурятии лишь симулировали психические отклонения, «чтобы отсидеться и выйти через пару лет на свободу со справкой». По его мнению, сбежать из диспансера намного проще, чем из ИВС.
«Из изолятора побег невозможен, если тебе кто-то чего-то не откроет. А в Бурятии осужденные могли сбежать спонтанно или подкупить персонал»,
– полагает Пашкин.
В экспертной среде считают, что два крупных побега за один месяц – повод для серьезных разбирательств и проверок в соответсвующих структурах. Адвокат и полковник милиции в отставке Евгений Черноусов высказал мнение, что за охрану изолятора и психдиспансера могли отвечать сотрудники не ФСИН, а МВД.
«Система МВД страдает от кадровых проблем, не хватает людей. Причины лежат на поверхности – мизерные зарплаты, отсутствие льгот. В советское время милиционеры имели 50-процентную скидку при оплате услуг ЖКХ, пользовались правом бесплатного проезда на общественном транспорте. А что самое главное – намного быстрее решались проблемы с выдачей квартир, поэтому у молодых людей был стимул делать карьеру именно в структурах МВД», – рассказал Черноусов.
По его словам, работа в МВД перестала быть престижной из-за отсутствия гарантий профессионального роста и дальнейшего обучения. Черноусов утверждает, что тем, кто все-таки решил стать полицейским, «приходится приспосабливаться к коррупции либо увольняться». «Из-за ненужных сокращений появилось больше работы, а зарплаты не растут. Престиж полиции страдает из-за коррупции. Что видят молодые и честные сотрудники, которые только пришли работать в полицию? Как их руководители прячут свои особняки, которые не купишь на официальную зарплату», – считает эксперт.
Другой проблемой остается отсутствие должных проверок сотрудников охраны ИВС и принудительных медучреждений. Подобные побеги – это веский повод собрать коллегию и провести повсеместные проверки вплоть до министерского уровня. По мнению полковника милиции, проведенные реформы оказались поверхностными, а новая полиция не стала «по-настоящему народной».
«Когда я работал в милиции, то понимал, что в случае побега заключенных лишусь работы в три дня, вне зависимости от моих регалий. Когда я приходил в отдел внутренних дел, то начинал с проверок дежурств в ИВС: кто именно его несет. Любой побег – это угроза жизни людей, особенно женщин и детей. Я сторонник самого сурового наказания при допущении подобной халатности», – признался Черноусов.
Пашкин согласен, что в советское время массовый побег из изолятора вряд ли был бы возможен. «Посадили бы не только начальника ИВС, но и Истринского УВД. Начальника главка сняли бы, а министр получил бы взыскание», – уверен эксперт.
Уточнение: После выхода статьи МВД России выступило с заявлением, что психдиспансер в Бурятии, откуда сбежали преступники, охранялся не полицией, а «сотрудником частного охранного предприятия».