Минэкономразвития и Минфин считают, что прогноз по инфляции в 2025 году в 6,8% реалистичен. Годовая инфляция снизилась до 8% к концу сентября и продолжит уменьшаться в дальнейшем, подчеркнул Максим Решетников, министр экономического развития.
«Я бы еще добавил, что если посмотреть на инфляцию (сезонно скорректированную в пересчете на год) за последние 3-4 месяца, то она находится вблизи 4%. Если транслировать на показатели до конца года, я тоже соглашусь, что цифра 6,8% вполне достижима», – заявил, в свою очередь, Антон Силуанов, министр финансов.
«Плюс мы видим, что бюджетный импульс сокращается и объем денежного предложения со стороны бюджета тоже уменьшается. И жесткость денежно-кредитной политики позволяет нам говорить о том, что монетарные показатели не будут расти, что также влиять будет и на инфляцию», – добавил глава Минфина.
В ЦБ июльский прогноз по инфляции на 2025 год предполагает уровень инфляции в диапазоне от 6 до 7%, что тоже укладывается в прогнозное значение в 6,8%.
«Для экономики это было бы заметным достижением, так как означает уход от двузначных темпов инфляции и приближение к коридору ЦБ», – считает Владимир Чернов, аналитик Freedom Finance Global.
Однако обычно инфляция, наоборот, разгоняется осенью сезонно и к концу года из-за роста расходов бюджета. Почему на этот раз ведомства этого не ждут, а, наоборот, верят в снижение инфляции?
Дело в том, что в этом году Минфин поступил нетрадиционно, и пик расходов бюджета пришелся на весну и лето, а теперь расходы снижаются, говорит Александр Бахтин, инвестиционный стратег «Гарда Капитал». Минфин уже превысил все плановые показатели по расходам бюджета, так как вместо запланированных 1,2 трлн рублей дефицит бюджета к июлю составил 4,9 трлн рублей. Однако затем дефицит бюджет стал плавно снижаться – до 4,2 трлн в августе и 3,8 трлн в сентябре.
«Отсюда первый фактор: со стороны бюджета больше нет избыточного давления на спрос и цены. Если в 2024-2025-м годовой бюджет рос на 15-25%, то со следующего года затормозится до 4% в год. То есть проинфляционный эффект позади. Правительство уверено, что тратить сильно больше, чем сейчас, оно не сможет. В связке с этим идет и второй фактор: рост экономики обнуляется. В январе мы начинали с ростом ВВП около 3%, а сейчас видим ниже 0,5% годовых. Это всегда тормоз для инфляции. Сейчас в это трудно поверить, потому что разворот происходит слишком быстро, но цены могут не расти или даже падать», – говорит Бахтин.
Третий фактор – это исторически высокая ключевая ставка, которая еще недавно была выше 20% и сейчас 17%. «Так долго на таких отметках ставка никогда не была. И даже если ЦБ позволит себе смягчение на доли процента до конца года, сути это не поменяет: деньги в экономике дорогие, и отложенный эффект для инфляции (в сторону ее замедления) все равно имеется», – говорит эксперт.
Наконец, снижению инфляции помогает дорогой рубль относительно прошлых двух лет.
«Рубль остается дорогим даже в отсутствие правила принудительной продажи экспортной выручки. Это говорит о том, что былого спроса на импорт нет. Валюта в прежних объемах в экономике попросту не нужна. ЦБ удалось "придушить" и курс, и инфляцию»,
– объясняет Бахтин.
Таким образом, снижение инфляции до 6,8% по итогам 2025 года вполне возможно. «Рост потребительских цен уже остыл. Последние месяцы сезонно скорректированная инфляция идет около 3-4% в годовом пересчете, значит, инерция вниз есть. Дальше поможет высокая база прошлого года, так как конец 2024-го был горячим, поэтому год к году цифра автоматически становится ниже. Высокие ставки давят на кредиты и спрос, поэтому вторичные круги роста цен слабеют. Минфин одновременно сокращает бюджетный импульс, значит, в экономику приходит меньше денег и меньше поводов для скачков цен. В итоге траектория к 6,8% выглядит реалистично», – говорит Чернов.
В марте инфляция была 10,23% (и до этого росла несколько месяцев), а с тех пор отвалилась до 8,14%, то есть почти на 2% за 6 месяцев. При таких темпах дойти еще за четыре месяца до 7% или чуть ниже – не такая уж большая проблема, согласен Бахтин.
Однако риски не дойти тоже имеются, Минфину и ЦБ подвластно не все. «Первый риск – это всплески цен по бензину, которые быстро поднимают инфляционные ожидания населения. Второй риск – это внеплановое расширение расходов бюджета в четвертом квартале. Третий риск – это внешний фон, нефть, курс национальной валюты, а также рост санкционных издержек в цепочки поставок. Четвертый риск – это переносы индексаций тарифов», – называет Чернов. При этом вероятность выхода инфляции выше 7% по итогам года он оценивает как умеренную.
Бахтин добавляет, что разогнать инфляцию могут любые масштабные диверсии по НПЗ, по танкерам, российским трубопроводам и даже портам и месторождениям.
Однако шансы на базовый сценарий пока выглядят выше. Более того, если снижение инфляции продолжится такими же темпами, то через год действительно можно будет дойти до 4%, считает Бахтин. А это главная цель ЦБ – снизить инфляцию до такого значения.
«ЦБ и Минфин сработали в связке. ЦБ держит жесткий монетарный курс, поэтому цены замедляются. Минфин аккуратно тратит, и в экономику попадает меньше лишних денег. Это снижает давление на инфляцию, но темпы экономического роста тоже остывают.
Слабые места – рынки топлива и разовые административные решения, так как именно они легко портят инфляционные ожидания. Здесь нужны точные меры и осторожные индексации. В сумме политика выглядит адекватной цели, и при сохранении дисциплины она дает шанс вернуться к 4% в 2026 году», – говорит Чернов.
Оборотной стороной такого достижения станет более слабый экономический рост. «Сейчас ЦБ приносит в жертву экономический рост ради удержания инфляции. Это неизбежный путь. Регулятор должен был удалить из экономики избыточную денежную массу тем или иным способом. Иначе бы мы имели инфляцию на уровне тех самых 15-25%, с которыми российский бюджет боролся два года подряд», – заключает Бахтин.