Бюджет России в 2023 году недосчитался запланированных 1,138 трлн рублей доходов в виде экспортной пошлины на газ из-за подрывов газопроводов «Северный поток» и «Северный поток – 2», сообщил врио главы Федеральной таможенной службы (ФТС) России Руслан Давыдов.
В прошлом году главную роль в снижении нефтегазовых доходов сыграли именно газовые доходы, которые упали на 35%. Доходы от нефти тоже снизились, но не настолько сильно: они сократились на 7,2% – до 7,786 трлн рублей в прошлом году (против 8,391 трлн в 2022 году).
Несмотря на это, общий план по перечислению таможней доходов в бюджет в прошлом году был даже перевыполнен на 2,5%. Этого удалось достичь в основном благодаря росту импорта. «В условиях падения мировых цен на энергоресурсы и завершения налогового маневра в структуре бюджета в прошлом году 74% составили доходы от импорта. Это рекордные для ФТС 4,932 трлн рублей, что на 27% больше установленного прогнозного задания по импорту», – сказал Давыдов.
Ранее глава ЦБ Эльвира Набиуллина говорила, что в 2023 году доля нефтегазового сектора в ВВП уменьшилась, и в этом смысле экономика стала менее зависима от нефтегазовой отрасли.
Однако эксперты более осторожно говорят о снижении зависимости российской экономики от нефтегазовых доходов. «Говорить о значительном снижении зависимости России от нефтегазовых доходов пока преждевременно. Но безусловно этот процесс пошел, и экономика начала перестраиваться на высокотехнологичные производства. В пример можно привести запуск первого за последние 52 года вновь построенного тракторного завода полного цикла компанией «Ростсельмаш». Доходы от экспорта действительно снизились, и тут, конечно, ключевая потеря от экспорта газа. Но, как говорится, «нет худа без добра». Газовикам есть куда пристроить добытый газ на внутреннем рынке. Газификация страны на сегодняшний день составляет всего 73%», – говорит Николай Переславский, руководитель направления «Сопровождение» ГК CMS.
«Если сравнить трехлетний период до начала СВО с 2019 по 2021 год и неполный трехлетний период с 2022 по 2024 год, то ситуация с нефтегазовыми и ненефтегазовыми доходами бюджета изменилась не очень сильно. В среднем нефтегазовые доходы в период до СВО составляли около 34,1% от общих доходов бюджета и в среднем 6,3% от ВВП. За период с 2022 по 2024 год в среднем нефтегазовые доходы могут вырасти до 34,8% от общих доходов бюджета, и они должны составить также около 6,3% от ВВП. То есть говорить о снижении зависимости России от нефтегазовых доходов пока преждевременно», – отмечает Николай Дудченко, аналитик ФГ «Финам».
Данные первых месяцев этого года тоже не показывают снижение зависимости. «По итогам января-февраля 2024 года госбюджет РФ получил 1,62 трлн нефтегазовых доходов, составивших 32% от совокупных доходов бюджета. Это не очень большая величина, и две трети доходов российского бюджета складываются уже несколько лет из ненефтегазовых доходов, что в целом является плюсом. Тем не менее пять лет назад, в январе-феврале 2019 года, доля нефтегазовых доходов бюджета РФ составляла 39%, и тогда почти 60% доходов госбюджета Россия получала от ненефтегазовых доходов.
То есть снижение доли нефтегазовых доходов за пять лет с учетом даже происходящих с 2022 года потрясений в геополитике, потери «Северных потоков», санкций и «потолка цен на российскую нефть, составило всего пять процентных пунктов»,
– говорит Наталья Мильчакова, ведущий аналитик Freedom Finance Global.
При этом эксперт замечет, что несмотря на рост доходов российского бюджета на 71% в январе-феврале этого года, по сравнению с тем же периодом 2019 года они упали почти в пять раз (в абсолютных цифрах). И вместо профицита бюджета Россия имеет все-таки дефицит, пусть даже не очень большой, всего 0,8% от ВВП. С другой стороны, положительный момент заключается в том, что взятый еще в 2018 году курс на снижение зависимости от нефтегазовой иглы продолжается, и Россия получает доходы еще и из других источников, говорит Мильчакова.
Импорт в 2023 году вырос на 9,5% – с 276,5 до 302,9 млрд долларов. Наиболее существенно вырос импорт из Азии: почти на 30% – до 187,5 млрд, отмечает Дудченко. Наибольший вклад в рост импорта внесли машины, оборудование, транспортные средств, а также текстиль, текстильные изделия и обувь, которые Россия закупала.
«Росту доходов от импорта помогла также девальвация рубля, который потерял в 2023 году порядка 30% по отношению к доллару, евро и юаню»,
– говорит Переславский.
«2024 год кардинально от 2023 года отличаться не будет. Производителям нефти пока удается держать нефть в районе 80-90 долларов за баррель за счет снижения предложения. Газ в Европе зацепился за поддержку в 250 долларов за тысячу кубометров и торгуется сегодня в районе 300 долларов. Увеличить доходы бюджета от экспорта можно за счет поиска новых рынков сбыта. Нефтяникам удалось отчасти переориентировать потоки экспорта. Слово за газодобытчиками: проект «Сила Сибири – 2» должен быть реализован», – считает Переславский.
За первые два месяца года бюджет России получил уже 1,6 трлн рублей от экспорта нефти и газа. Минфин ожидает в этом году роста нефтегазовых доходов бюджета до 11,5 трлн рублей, а их доля должна составить 32,8% от общих доходов. Для выполнения плана закладывается стоимость нефти Urals в 70,1 доллара за баррель при курсе доллара около 90,1 рубля. «В целом это вполне выполнимые показатели, учитывая то, что спред на нефть марки Urals к мировым бенчмаркам все же начал постепенно сокращаться, а мировые цены на нефть имеют тенденцию к продолжению роста», – считает Дудченко.
При этом стоит понимать, что доходы от экспорта газа в Европу для России не были и ранее настолько приоритетными, как нефтедоллары, которые направлялись в «кубышку», то есть в Фонд национального благосостояния (ФНБ). От резкого сокращения доли российского трубопроводного газа экономики многих европейских стран потеряли гораздо больше, чем российский бюджет, напоминает Мильчакова.
Только в 2022 году Европа потеряла примерно один триллион долларов из-за роста цен на энергоносители,
подсчитывал Bloomberg. В целом общие потери ЕС от санкций против России и решений по сворачиванию торговли составляют примерно 1,5 трлн долларов, и это по самым скромным расчетам МИД. Большинство руководителей компаний в Германии, крупнейшей в ЕС экономики, заявили, что Евросоюз перестал был привлекательным местом для ведения бизнеса за последние пять лет. Таков результат исследования ТПП ФРГ. Кроме чрезмерной бюрократии и торговых барьеров недовольство у немецкого бизнеса вызывает рост затрат из-за повышения цен на энергоносители. Немецкая экономика получала как крупный покупатель Газпрома скидку на газ – и лишилась в один момент этого конкурентного преимущества. Германия в буквальном смысле потеряла свою промышленность, в том числе химическую. В прошлом году обрабатывающая промышленность упала на 1,5%, энергоемкое производство – на 10,2%. Химическая промышленность показала спад на 10,2% по сравнению с 2022 годом. Это самый низкий уровень с 1995 года.