США 1 января 2021 года ввели новые санкции против «Северного потока – 2». Неожиданностью сам факт принятия новых ограничений не стал. Их подготовку никто не скрывал, и Москва понимала, что их принятие – лишь вопрос времени. Как и в декабре 2019 года, санкции против газопровода были «зашиты» в оборонный бюджет США на 2021 финансовый год, который начался 1 октября 2020 года.
Палата представителей и сенат Конгресса США одобрили проект оборонного бюджета еще в начале декабря, но действующий президент США Дональд Трамп 23 декабря отказался подписать документ, наложив на него вето. Однако это не помогло. В ответ Конгресс США начал процедуру преодоления президентского вето, и ему это удалось. Новое голосование по проекту 1 января прошло в пользу принятия оборонного бюджета, который вступил в силу.
К слову, вето Трампа не имело никакого отношения к санкциям против российского газопровода. Его не устроили совершенно иные моменты в оборонном бюджете. Например, сокращение численности американских войск в Афганистане, Южной Корее и Германии или регулирование интернет-пространства, что тоже «зашили» в оборонный бюджет.
Любопытно, что обе палаты Конгресса сумели преодолеть вето президента впервые за время президентства Дональда Трампа. Ранее он накладывал вето на девять законопроектов.
Какие же именно новые санкции защиты в оборонный бюджет США? Напомним, что предыдущими санкциями уже запрещено продавать, арендовать или предоставлять суда для прокладки труб на глубине 100 футов (30,48 м) и более при строительстве «Северного потока – 2» и «Турецкого потока». Последний проект эти санкции затронуть не успели – к тому времени его уже достроили. А вот по «Северному потоку – 2» они ударили. Трубоукладчики компании Allseas сразу остановили работы, и проект газопровода был заморожен на целый год. Только в декабре 2020 года стройка возобновилась силами «Фортуны» и пока в немецких водах. Работы там не глубоководные, поэтому они не попадают под санкции. Однако ожидается, что следом возобновится укладка труб на датском участке силами и «Фортуны», и «Академика Черского». Завершение этого участка будет означать окончание строительства «Северного потока – 2». Но как только здесь начнутся работы, американские санкции сразу могут быть применены.
Причем теперь не только в отношении владельцев (в том числе и бывших) судов. Санкции расширены уже не только на суда, укладывающие трубы, но и на другие виды работ. Во-первых, запрещается проводить оценку страховых рисков, страхование или перестрахование, которые необходимы для завершения такого проекта. Во-вторых, запрещается предоставлять услуги, средства и помещения для технологической модернизации или установки сварочного оборудования для судов-трубоукладчиков. В-третьих, запрещается оказывать услуги по испытаниям, инспекции или сертификации, необходимые для завершения строительства и эксплуатации «Северного потока – 2».
Все эти ограничения давно были известны. Первые два пункта не так страшны. Что касается технологической модернизации трубоукладчиков, то с этим запретом американцы, скорее всего, опоздали. Так как «Фортуна» уже работает в немецких водах, то судно явно готово и не требует никакой технической модернизации. «Академик Черский» с большой долей вероятности тоже успели дооборудовать всем необходимым. В частности, необходимо было настроить судно под укладку труб большего диаметра, что требуется для проекта «Северный поток – 2». До этого оборудование было настроено на укладку труб меньшего диаметра. «Черский» с мая стоял на Балтике в разных портах, то в немецком порту Мукран (где лежат трубы для проекта), то в порту Калининграда. Предполагается, что у России было достаточно времени, чтобы технически подготовить «Академика Черского» для последнего рывка – укладки труб на датском участке. А также подготовиться для последствий принятия санкций после возобновления стройки.
Со страхованием ситуация сложнее, но, скорее всего, тоже не критичная. Без страховки работы в море невозможны. Остается надеяться, что Москва нашла обход этого санкционного ограничения. Европейские компании в страхе перед США явно откажутся страховать «Фортуну» и «Академика Черского», как только они начнут работы в датских водах. Поэтому европейских страхователей стоило заменить, например, на китайских, которые могут быть смелее, или на некую российскую страховую компанию, которую «не жалко» кинуть в санкционный огонь.
Россия находится под различными санкциями США и ЕС уже не первый год и довольно неплохо наловчилась действовать в условиях ограничений. Продолжает работу попавший под санкции банк «Россия», в Крыму работают газовые турбины Siemens и т. п.
«По сути, новые санкции конкретизируют предыдущие. Становится токсичным все, что касается судов, которые будут строить «Северный поток – 2». Но пока это не самые страшные санкции против проекта. Потому что предыдущая формулировка ограничений тоже подразумевала запрет всего, что касается стройки. Фактически ничего нового», – говорит эксперт Финансового университета при правительстве России, эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
Самым опасным может оказаться третий пункт, который запрещает компаниям оказывать услуги по испытаниям, инспекции или сертификации газопровода. Потому что предыдущие пункты мешают самому процессу достройки газопровода, а вот третий пункт может помешать уже полностью готовому газопроводу быть введенным в коммерческую эксплуатацию.
Впрочем, у Игоря Юшкова третий пункт пока не вызывает таких опасений. Показателен опыт норвежской компании DNV GL, которая занимается сертификацией оборудования и всего газопровода. В конце ноября эта компания заявила, что частично выходит из проекта «Северный поток – 2», так как испугалась угрозы санкций со стороны США. «Однако эта компания заявила, что не будет сертифицировать только оборудование на судне, но не сам газопровод. Поэтому думаю, что в основном эти ограничения будут касаться пока именно стройки», – поясняет Юшков.
Хотя он оговаривается, что применение санкций может быть довольно своеобразным. Именно поэтому все компании запрашивают разъяснения санкций у OFAC, который и дает окончательную инструкцию, что можно, а что нельзя. «Думаю, что мы можем увидеть такие запросы от европейских компаний, и тогда все будет окончательно ясно относительно широты запретов», – считает собеседник.
Пока же Юшков расценивает новые санкции как нестрашные, потому что они касаются только строительства, и они уже, по сути, работают.
«На стадии строительства все зависит от Газпрома, от нас. Хотим – строим, нарушаем санкции, наши суда попадут под ограничения, это усложнит им в дальнейшем жизнь, но мы достроим трубу»,
– поясняет эксперт ФНЭБ.
Другое дело, что в США рассматриваются еще три законопроекта о санкциях против «Северного потока – 2». Они находятся на разной стадии готовности и имеют разное содержание. «Там речь идет не только о стадии строительства, но и о стадии ввода в эксплуатацию и самой эксплуатации газопровода. Там есть запреты на обслуживание газопровода, что как раз довольно сильно может усложнить жизнь не только Газпрому, но и европейским регуляторам и европейским коммерческим компаниям, которым запрещают обслуживать газопровод. Но Германия обязана поддерживать газопровод, который выходит на ее территорию, в рабочем состоянии даже с точки зрения экологического законодательства, чтобы не было никаких аварий», – говорит Юшков. Поэтому дальнейшая судьба «Северного потока – 2» будет зависеть от того, что будет происходить с другими законопроектами, будут ли там смягчены формулировки.
Европейские партнеры Газпрома по «Северному потоку – 2» в Европе по-прежнему оказывают ему поддержку. Так, посол России в Австрии Дмитрий Любинский отметил конструктивную, самостоятельную и последовательную позицию Австрии в вопросе реализации проекта с участием ведущего энергоконцерна страны OMV.
«Здесь понимают, что проект экономически выгоден Австрии, и рассчитывают на то, что строительство газопровода будет завершено в соответствии с существующей контрактной основой и вопреки незаконным санкциям США, которые преследуют узкокорыстные цели – не только оттеснить Россию и продавить собственный СПГ, но и нанести удар по конкурентоспособности энергоемкой промышленности ЕС», – заявил Любинский.
Глава Uniper Андреас Ширенбек также 31 декабря заявил: он ожидает, что газопровод в скором времени будет достроен. Он высказал надежду на то, что с приходом новой администрации США позиция Штатов по проекту изменится и что трансатлантические отношения снова перерастут в настоящее партнерство.