Апелляционный суд Англии подтвердил решение нижестоящего суда. Последний ранее признал, что британский банк Cynergy Bank Limited может не выплачивать проценты по кредиту подконтрольной российскому бизнесмену Виктору Вексельбергу кипрской компании Lamesa Investments Limited.
В 2017 году подконтрольная Вексельбергу кипрская компания выдала кредит британскому банку на 30 млн фунтов (38 млн долларов). Однако после того, как в апреле 2018 года США ввели персональные финансовые санкции против Вексельберга, британский банк отказался выплачивать проценты по этому кредиту.
Апелляционный суд признал, что британский банк Cynergy был вынужден перестать платить по кредиту, поскольку в противном случае США могли бы ввести вторичные санкции против британского банка за транзакции с подсанкционным лицом – Вексельбергом. Ранее такое же решение принял Высокий суд Англии и Уэльса.
«Данное решение подтверждает, что английские суды будут в соответствующих случаях исходить из того, что стороны включают в свои договоры подразумеваемое намерение учитывать риски применения вторичных санкций США», – сказали в юридической фирме Debevoise & Plimpton.
Это уже не первый случай, когда России отказываются отдавать долги по политическим причинам. Самое громкое дело – это отказ Украины вернуть 3 млрд долларов, выданные Россией с помощью выкупа украинских еврооблигаций в декабре 2013 года.
Неужели теперь любая страна или компания, которая брала кредитные деньги у России или российской компании, может не отдавать долги, ссылаясь на санкции? А как же хваленая британская деловая этика?
«Дело Вексельберга и в Британии, и в Европе – не прецедентное. В январе этого года районный суд Хельсинки отказал Борису Ротенбергу в иске к четырем скандинавским банкам. Там было практически то же самое», – говорит преподаватель кафедры международного права юридического факультета МГУ, кандидат юридических наук Сергей Гландин.
Судья что в первой инстанции, что в апелляции по делу Вексельберга говорит простую истину. «Судья занимается лишь толкованием договора о займе 30 млн фунтов, который был заключен сторонами по английскому праву. В пункте 9.1 договора черным по белому прописана приблизительно следующая фраза: если появятся какие-то обязательства по законодательству, то любая из сторон договора должна будет их соблюдать», – поясняет юрист. И вот таким законодательством стали санкции США от 6 апреля 2018 года, под которые попал Вексельберг и подконтрольные ему юрлица.
Эти ограничения содержат в себе вторичные санкции: если кто-то вступает в правоотношения с Вексельбергом или с его юрлицом, то он тоже может попасть под санкции.
«Английский банк доказал, что он рад бы выплатить деньги по договору, но боится, что американский регулятор может трактовать эту выплату как нарушение режима санкций и оштрафовать его, чего бы ему не хотелось. Таков исход этого дела», – говорит Гландин. Иначе говоря, ключевым доводом стал пункт в соответствующем кредитном договоре, но этот пункт изначально содержался в контракте, который стороны добровольно в свое время и подписали.
Любопытно, что с момента принятия вторичных санкций США в 2017 году они не были наложены ни на один банк. Да и вопрос о том, накажут ли США британский банк после выплаты долга российскому миллиардеру в суде или шансы невелики, подробно в суде не обсуждали, отмечает РБК. «Однако есть дела, где американский минфин привлекал к административной ответственности банки на 1 млрд долларов, на 5 млрд долларов, на 9 млрд долларов. И банки прекрасно знают об этих делах, поэтому сильно боятся подобных штрафов», – поясняет собеседник газеты ВЗГЛЯД.
Но если бы Вексельберг пошел по пути Олега Дерипаски, который также попал в санкционный список, то этой истории удалось бы избежать. «Когда Дерипаска попал под санкции, он начал уменьшать свои доли, чтобы не считаться контролирующим лицом. Он быстро отовсюду вышел, и его бизнес продолжил действовать без него. Вексельберг решил действовать по-другому и не выходить из бизнеса, у которого теперь проблемы. Это было его решение, вот он и получил последствия. Это дело ему не выиграть», – считает Сергей Гландин.
При этом английская деловая этика, по его мнению, в этом случае никак не страдает. Эта история вовсе не означает, что любая компания, набравшая долгов у компании, которая оказывается под санкциями, может потом их не отдавать. Это не совсем так.
«Компанию Вексельберга никто не лишил этих денег. Банк-должник продолжит переводить их на специальный депозитный счет. И как только санкции будут сняты или Вексельберг перестанет контролировать компанию, то все накопленные деньги с процентами будут возвращены кипрской компании. Должник не говорит, что не хочет возвращать долг, он боится это делать», – поясняет юрист.
Долговые истории Вексельберга и Украины на самом деле очень сильно отличаются.
Во-первых, в истории с украинским долгом перед Россией речь идет о суверенном долге, тогда как в истории с Вексельбергом это чисто коммерческий долг. Суверенный долг, в отличие от коммерческого, нельзя не отдавать, его нельзя реструктурировать. Потому что в случае его невозврата речь идет о дефолте не просто коммерческой компании, а целого государства. Украина уже давно допустила технический дефолт и живет на долговой игле МВФ и других американских и европейских институтов. Причем сначала Украина пыталась доказать, что этот долг не является суверенным, что это коммерческий долг, но ни МВФ, ни британское законодательство не признали такую трактовку.
Во-вторых, британский банк не отказывается выплачивать долги компании Вексельберга, он продолжит это делать. Другое дело, что счет с этими деньгами будет не доступен получателю. Украинское же правительство платить 3 млрд долларов, которые вместе с пенями и процентами уже достигли 4,5 млрд долларов, просто не желает.
Наконец, шансы у компании Вексельберга оспорить судебное решение даже в Верховном суде малы, тогда как шансы Украины выиграть долговое дело у России невелики. Украина приплела к этому делу политический аспект. «Украина сейчас пытается доказать в апелляции, что первая инстанция, когда выносила решение, не учла все доводы Украины. В частности, не был учтен довод о том, что Янукович вступил в эту сделку под угрозой военной силы в отношении Украины. Первая инстанция теперь вновь будет разбирать вопрос о том, было ли принуждение со стороны России или нет», – говорит собеседник.
«Однако у Украины маленькие шансы победить в этом деле. Потому что это суверенные заимствования. Кредит был перечислен, и его надо возвращать», – заключает юрист.