Международный валютный фонд дал российским властям совет – вкладывать средства Фонда национального благосостояния (ФНБ) при достижении им порога в 7% ВВП в «надежные зарубежные активы». В докладе МВФ говорится, что России «следует воздерживаться от квазиналоговой деятельности через ФНБ и продолжать инвестировать средства ФНБ в высококачественные иностранные активы», передает ТАСС. По мнению экспертов фонда, это позволит «защитить ресурсы для будущих поколений и изолировать экономику от волатильности цен на нефть, поддерживать диверсификацию и рост ненефтяной экономики».
Стоит России следовать советам МВФ, как вкладывать накопленные в ФНБ средства? Как известно, благодаря «бюджетному правилу» Россия направляет нефтегазовые сверхдоходы в ФНБ, когда на рынке стоимость нефти выше заложенной в бюджете цены Urals. Тем самым создается «подушка безопасности» на случай очередного обвала нефтяных цен.
Как поясняет Дмитрий Куликов, заместитель директора группы суверенных рейтингов и макроэкономического анализа АКРА, дополнительные нефтегазовые доходы в России сейчас сберегаются по следующей схеме: на них Минфин покупает на внутреннем рынке либо у Банка России иностранную валюту, которая становится частью международных резервов. Резервами управляет Банк России, который вкладывает средства ФНБ в основном в ликвидные низкорисковые иностранные облигации. Часть средств фонда вложены внутри страны в инфраструктурные проекты и институты развития.
«Согласно Бюджетному кодексу, пока ликвидная часть ФНБ не достигнет 7% ВВП, новые виды направлений вложения (за пределами применяемого сейчас списка) рассматриваться не могут. Логика в том, что 7% ВВП необходимы, чтобы создать предсказуемость расходов государства и дать возможность ему сглаживать свои расходы вне зависимости от цикла нефтяных цен. Сама цифра 7% ВВП, впрочем, возможно будет пересмотрена вверх в текущих реалиях», – поясняет Дмитрий Куликов. Иными словами, российские власти решили, что инвестировать средства ФНБ можно будет только тогда, когда удастся накопить определенный объем резервов. После чего у властей появляется выбор, что делать с дополнительными сверхдоходами. И этот момент уже не за горами.
МВФ считает, что вложения в зарубежные активы – это то, что надо для безопасности России.
В принципе по такому пути пошла Норвегия, которая известна самым крупным резервным фондом, который превышает триллион долларов. Так много в суверенном фонде ни у кого в мире нет. Норвежская модель предполагает вложения средств в активы по всему миру: примерно две трети вложено в акции мировых компаний, остальные – в облигации и недвижимость. Расходы фонда возможны только из инвестиционной прибыли.
Российскому Минфину эта модель очень импонирует. В апреле этого года там заявили, что когда средства фонда достигнут 7% ВВП, то планируется размещать средства ФНБ за границей в виде относительно рискованных инвестиций. Вкладывать средства в российскую экономику там не хотят. «Это должны быть не внутренние инфраструктурные проекты, а что-то вне России, и при этом что-то более доходное, чем резервные активы, в которые вкладываются первые 7%», – заявил тогда замминистра финансов Владимир Колычев.
Однако есть иная модель расходования средств ФНБ. Их можно использовать в качестве инвестиций в реальную экономику России – в долгосрочные и крупные проекты, в первую очередь инфраструктурные. С одной стороны, это решает вопрос с дефицитом инвестиций в страну, с другой – должно стимулировать рост российской экономики.
В принципе, средства мировых фондов благосостояний, к которым относится и российский ФНБ, не принято вкладывать в реальную экономику, потому что это считается высокорискованными вложениями с длительными сроками окупаемости, замечает эксперт Международного финансового центра Владимир Рожанковский. «Фонды обычно вкладываются в инструменты финансовых рынков. Это должны быть не мало кому известные околорыночные бумаги ограниченного хождения, а высоколиквидные биржевые инструменты. Именно исходя из этого, совет МВФ не лишен здравого смысла. Ведь не секрет, что ликвидных инструментов в России весьма мало, и диверсификация нашим фондам отнюдь не помешает», – говорит Рожанковский.
А чтобы профинансировать проект в реальной экономике, есть другие инструменты. Частные компании могут выпустить корпоративные облигации, в том числе так называемые инфраструктурные облигации, то есть взять в долг на рынке. Государство может найти средства с помощью налогов, повысив их, либо взять в госдолг на реализацию того или иного проекта.
Совет МВФ в целом выглядит в рамках принятой мировой практики. Но эксперты МВФ как всегда упускают из вида особенности российской экономики. МВФ не раз критиковали именно за формальность подхода. Грубо говоря, они советуют всем практически одно и то же, что с точки зрения экономической теории выглядит правильно. Однако на практике реализация этих «правильных» идей зачастую приводит к катастрофическим последствиям и еще большим кризисам. Эксперты МВФ не вдаются в детали и специфику экономик, которых якобы спасают.
В чем же особенность России, которую МВФ как будто не замечает?
В том, что российский ВВП растет ниже мировых уровней, а рассчитывать на поток внешних инвестиций в Россию в условиях санкционной войны просто глупо. В условиях все большей экономической изоляции России со стороны США совет МВФ выглядит иронично.
«Учитывая, что Россия находится под санкциями, и в ближайшее время, судя по всему, ситуация не улучшится, инвестировать в американские или даже европейские ценные бумаги выглядит нелогично и рискованно. Ведь, по сути, Россия размещает свои активы в государстве, известном своими не вполне честными и чистоплотными правилами игры», – считает Рожанковский. Кроме того, добавляет он, по поводу казначейских облигаций есть высокая неопределенность ввиду различных сценариев дальнейшей монетарной политики Федрезерва США. А вложения в акции считаются высокорисковыми инвестициями, и по этой причине в большом долевом объеме обычно не рекомендуются для таких консервативных портфелей, как фонды национального благосостояния.
«Во времена политических неопределенностей и международных «любезностей» в виде санкций друг против друга, полагать, что советы МВФ принесут пользу только МВФ, вполне логично. Ведь всегда есть вероятность, что санкционный список в отношении России будет пополнен, и не факт, что это не коснется инвестиционных проектов России за рубежом», – согласна Ирина Ланис, финансовый аналитик компании «ФинИст».
Главная логика, которой должны руководствоваться российские власти: чтобы вложения доходов сверх буфера принесли будущим поколениям доходы или как минимум снижали издержки будущих россиян. «Поэтому
выбор типа вложения – это по факту ответ на вопрос, возможно ли сейчас за счет денег государства запустить проект с хорошим экономическим эффектом, не разогнав при этом инфляцию, не повредив долгосрочной сбалансированности бюджета?
Если мы считаем, что возможно, то надо вкладывать внутри, а если в этом есть сомнения, то нужно сберегать вне страны, дождавшись когда долгосрочно эффективный проект появится», – считает Дмитрий Куликов из АКРА.
Соломоновым решением в такой непростой ситуации могут стать инвестиции в золото, считает Рожанковский. «С одной стороны, золото является в достаточной мере нейтральным высоколиквидным инструментом, не завязанным на чьи-либо национальные котировальные системы. С другой стороны, история показывает, что по мере роста геополитических, экономических и прочих глобальных рисков, золото неминуемо вырастет – быть может, не так сильно, как отдельные ценные бумаги, но с достаточными премиями в их доходностях по сравнению с доходностями тех консервативных биржевых инструментов, которые подразумевает МВФ в своих рекомендациях», – говорит эксперт.
Надо понимать, что в отличие от Украины, Россия от МВФ никак не зависит, а потому советы фонда ее совершенно ни к чему не обязывают. «Общий посыл регулярного доклада МВФ: нужно продолжать удачные экономические политики последних лет, пытаясь параллельно структурными реформами дать импульс росту. Мнение МВФ в целом принято принимать во внимание, но руководством к действию оно не является», – считает Дмитрий Куликов.
«Советы МВФ не более чем советы, тем более что они довольно стандартны.
Российские ЦБ, Минфин и в меньшей степени Минэкономразвития думают так же. Советы МВФ – небольшой дополнительный аргумент в дискуссии о ФНБ, поэтому не нужно придавать рутинным советам особую значимость. До дефолта 1998-го МВФ на что-то влиял, после – нет. Россия с 1998–1999 годов отказалась от помощи МВФ», – отметил управляющий директор по макроэкономическому анализу и прогнозированию «Эксперт РА» Антон Табах.
Существуют примеры как удачных, так и крайне спорных рекомендаций, за что МВФ получает заслуженную критику, в том числе от именитых экономистов. Политика и рекомендации МВФ часто подвергаются критике со стороны экономистов и политиков. Оснований для такой критики достаточно: слишком часто страны, сотрудничавшие с фондом, не получали улучшения ситуации, наоборот – она еще больше ухудшалась. Критиком политики МВФ является, например, нобелевский лауреат по экономике Джозеф Стиглиц. В 90-е годы он был председателем совета при президенте Билле Клинтоне, а потом старшим вице-президентом и главным экономистом Мирового банка. По его мнению, приватизация, рыночная либерализация и фискальная экономика (жизнь по средствам) – это три столпа, вокруг которых держится вся политика и все советы МВФ. Все остальное, как считают эксперты фонда, доделает невидимая рука рынка.
Иногда следование рекомендациям МВФ приводит к ухудшению ситуации. Например, мексиканский кризис 1994 года благодаря «советам» МВФ распространился на другие страны Латинской Америки. Причем там ситуация довольно сильно напоминает украинскую. Азиатский кризис 1997 года также ставят в вину МВФ. Его обвиняют и в том, что Югославия по требованию фонда прекратила экономически выравнивать ситуацию в регионах, что в итоге и привело к сепаратизму, гражданской войне и развалу страны. Велик список разоренных африканских стран, где действовал МВФ.
Есть и более современные примеры провальной политики МВФ, которые просто кричат, что нельзя использовать одни и те же инструменты в разных странах.
Газета ВЗГЛЯД уже не раз писала, как требования МВФ завели Украину в нищету и вековую долговую кабалу.
«МВФ был ответственен за огромное число откровенно вредных для стран идей. Например, Греция, где для стимулирования экономического роста по указке МВФ сокращали социальные расходы, зарплаты бюджетникам и проводили приватизацию. В результате улицы Афин оказались заполнены бездомными, а протесты против властей не прекращались долгое время. Аналогичная ситуация, хоть и в меньших масштабах, наблюдалась и в Португалии после недавнего еврокризиса», – напоминает Геннадий Николаев, эксперт Академии управления финансами и инвестициями. МВФ раздает свои советы налево и направо. Вот только крупные и независимые страны предпочитают их не слушать. Например, МВФ рекомендовал Германии, США и Японии принять меры жесткой экономии в 2011 году, чтобы они могли оправиться от кризиса, а уже в 2012 году сам фонд признался, что выполнение данных предписаний способствовало бы только ухудшению финансового положения этих стран, напоминает Николаев.
А вот другой нобелевский лауреат, Милтон Фридман, приводил в пример успешного развития страны, которая отказалась следовать советам МВФ. Это Китай. МВФ ему тоже советовал злополучную приватизацию, однако КНР выбрала свой путь, поставив на первый план увеличение рабочих мест. Сельскохозяйственные земли там до сих пор не перешли в частную собственность. Кстати, тотальная приватизация, в том числе черноземных земель – одно из требований МВФ для Украины.