На днях были представлены первые результаты аудита крупнейшего шведского банка Swedbank – предпринятого после того, как это учреждение обвинили в крупномасштабной нечистоплотной деятельности в странах Прибалтики. Подозрения в том, что Swedbank долгие годы участвовал в систематическом отмывании денег, пока подтверждаются.
В происходящем усматривается гигантская ирония судьбы – ведь до сих пор это скандинавские банки «вышибали» конкурентов из Прибалтики. Финансовые учреждения нескандинавского происхождения закрывались в том числе и по факту обвинения в отмывании денег. Но теперь круг замкнулся, очередь дошла и до самих скандинавов.
Серия катастроф
До недавних пор история финансового сектора Прибалтики была эпопеей крушения банков нескандинавского происхождения.
Первая катастрофа такого рода произошла двадцать четыре года назад, когда «лопнул» работавший по классическому тогда на постсоветском пространстве принципу «пирамиды» латвийский банк «Балтия».
Деньги в «Балтии» хранил каждый пятый житель страны. Но в мае 1995 года деятельность кредитного учреждения была остановлена, а вскоре оно обанкротилось. Денег на счетах банка так и не нашлось, «Балтия» осталась должна вкладчикам и кредиторам 102,4 млн латов (около 200 млн евро). Среди прочего, в «Балтии» «сгорела» крупная сумма, полученная Латвией от Европейского банка реконструкции и развития по линии кредита G24. Потом ходили слухи, что причастные лица попросту рассовали эти деньги по своим карманам.
Спустя тринадцать лет на Прибалтику обрушился мощный кризис, в котором обвиняли в первую очередь действовавшие на местном рынке скандинавские банки – шведские SEB и Swedbank и норвежский DNB. Начиная с 2004 года в регионе сложилась ситуация, когда скандинавские банки, пользуясь законодательством, защищающим их интересы, зарабатывали большие деньги в сегменте недвижимости. Производилась накачка населения заемными деньгами – и, как следствие, стремительный рост цен. Тогда за несколько лет банки умудрились «всучить» одному только населению Латвии кредитов на сумму почти 20 млрд евро. В Эстонии эта цифра приблизилась к 17 млрд.
Латвийский общественный деятель Юрис Пайдерс писал в 2008 году, что именно из-за кредитной политики банков шведского происхождения финансовый пузырь достиг таких больших размеров, что не выдержал своей тяжести, и экономика встала на грань коллапса. «Справедливости ради нужно сказать, что шведские банки раздули пузырь банковского сектора Балтии не затем, чтобы взорвать и потопить всех. Цель была другая. Планировалось, что раздутый пузырь банковских активов в качестве значительных инвестиций будет продан банковским гигантам Германии», – рассказывал Пайдерс. Однако глобальный крах разрушил эти планы.
Одной из жертв кризиса 2008 года стал латвийский банк Parex. Основанный в 1992 году латвийцами Валерием Каргиным и Виктором Красовицким Parex за пятнадцать лет превратился в мощную структуру: он имел персонал из 2600 сотрудников, филиалы в Берлине, Стокгольме и Таллине. Однако с началом мирового коллапса он оказался в тяжелой ситуации. Решение о передаче Parex государству приняли 8 ноября 2008 года, но банковские операции в нем были ограничены только 1 декабря. За это время из банка «утекли» гигантские суммы. Ссуда же, которую Латвия была вынуждена взять для спасения банка, увеличила государственный долг с 6% до 38%.
На исходе 2011 года в Латвии разорился банк Krajbanka, в Литве – банк Snoras.
Оба банка принадлежали российскому бизнесмену Владимиру Антонову, получившему известность после того, как он захотел приобрести автомобильный концерн SAAB.
Он планировал запустить в Калининграде сборку SAAB специально для РФ и пересадить россиян на недорогие, но качественные машины. Высказывалось предположение, что те деньги, на которые он намеревался приобрести SAAB, Антонов временно «вынул» из принадлежавших ему Snoras и Krajbanka.
Потом он рассчитывал возместить эту недостачу за счет кредита, который ему пообещал Европейский банк реконструкции и развития. Владимир Антонов потом жаловался, что стал жертвой спланированной атаки со стороны официальных структур ЕС. Подключив международные рычаги, сделку с покупкой SAAB искусственно «притормозили», обвинив Антонова в связях с «русской мафией» – а вместе с этим «зависла» и выдача кредита. Дальше литовское государство инициировало проверку в принадлежавшем Антонову банке Snoras и обнаружило недостачу в почти 1,4 млрд долларов.
Последовали скандал, суматоха и решение о национализации, а затем и ликвидации Snoras. Ну а погибая, тот потянул за собой и латвийский Krajbanka, в котором литовскому банку принадлежал контрольный пакет акций. Большинство денег вкладчикам постепенно вернули, но владельцы самых крупных вкладов получили лишь жалкие крохи. Одним из пострадавших оказался знаменитый композитор Раймонд Паулс, у которого в Krajbanka лежали 700 тысяч латов (около 1,4 млн евро), а вернули ему лишь 70 тысяч.
Сам Антонов уверяет, что смог бы решить все проблемы своих банков, если бы ему дали побольше времени. «Мне кажется, то, что случилось со Snoras, имело политические мотивы», – жаловался олигарх. Антонов говорил, что скандинавские банки всегда пользовались куда большей благосклонностью со стороны властей. Более того, скоропостижную расправу над своими банками он тоже склонен объяснять влиянием скандинавов и их лоббистов.
Политическое прикрытие
Но почему именно скандинавские банки смогли получить первенствующее положение в Прибалтике? О том, как это происходило, поведал, в частности, в своей книге бывший глава правительства Эстонии, экс-мэр Таллина Эдгар Сависаар. Он пишет, что «одна из крупнейших политэкономических афер новейшей истории – это подстройка эстонского экономического пространства под интересы шведских финансистов». По словам Сависаара, шведский Swedbank нуждался в «ангеле-хранителе», способном дать гарантию, что в Эстонии не будут приняты законы, защищающие рядовых заемщиков.
Банк сумел договориться с бывшим премьер-министром Эстонии Мартом Лааром. В 2006-м Лаар был избран членом совета Swedbank. За работу в банке Лаар ежемесячно получал 45 500 крон (2 900 евро). Такой союзник, в силу своих связей и влияния, оказался для Swedbank очень ценным. «Правая ориентация эстонской налоговой политики, проводимой Лааром, позволяет банкам легко выводить прибыль из страны, не платя при этом налогов в Эстонии. Иными словами, Лаар помог банкам не только собрать деньги, но и вывести их без налогов из страны», – подчеркивал Сависаар.
Похожая ситуация сложилась и в Латвии. С 2011-го по 2015 год президентом этого государства являлся Андрис Берзиньш, пришедший в политику из финансовой сферы. В 1993 году бывший советский чиновник Берзиньш возглавил фонд приватизации при Банке Латвии, а с 1993 по 2004 год он возглавлял латвийский банк Unibanka. К 2005-му этот банк окончательно слился с могущественным Skandinaviska Enskilda Banken (SEB). Соответственно, Берзиньш работал советником главы SEB. Одновременно он начал заниматься политикой – сначала избрался в парламент, а оттуда ему уже было рукой подать до президентского поста. Тут стоит особо подчеркнуть, что глава государства избирается в Латвии не всенародно, а депутатами парламента.
«Прачечным» объявили войну
В 2018 году на Латвию обрушилась еще одна финансовая катастрофа – гибель крупного банка ABLV, также имевшего нескандинавское происхождение. Сеть по борьбе с финансовыми преступлениями Минфина США (FinCEN) обвинила ABLV в отмывании средств, шедших на финансирование северокорейской ядерной программы, а также в том, что банк «отстирывал» сомнительные деньги, поступавшие из Азербайджана, России и с Украины. К слову, украинский депутат Сергей Лещенко обвинил и президента Петра Порошенко в том, что тот «отмывал» деньги, украденные из сумм, предназначенных на военные закупки для ВСУ, именно через ABLV.
Латвийская Комиссия рынка финансов и капитала (КРФК), выполняя решение Европейского центрального банка (ЕЦБ), запретила ABLV дебетные операции с клиентскими счетами. В течение недели после сообщения об этом из банка было выведено 600 млн евро, а 26 февраля собрание акционеров ABLV пришло к выводу, что больше ничего не остается, кроме как принять решение о самоликвидации.
Недавно покинули финансовый рынок стран Балтии даже родственные скандинавам датчане. Одно из крупнейших финансовых учреждений Северной Европы Danske Bank в августе 2018 года проинформировало клиентов в Прибалтике о предстоящем закрытии счетов. Банк ушел из региона после гигантского «отмывочного» скандала. Издание Financial Times со ссылкой на доклад консалтинговой компании Promontory Financial написало, что через эстонское отделение Danske Bank в течение одного только 2013 года было «отстирано» 30 млрд долларов российских и бывших советских денег.
В свою очередь, Guardian пишет, что в историю с отмыванием средств оказалась вовлечена целая группа фирм, в основном зарегистрированных в Лондоне. В их числе оказалась некая компания Lantana Trade LLP, якобы отвечавшая в этой схеме за ведение подложной бухгалтерии. Британская газета уверяет, что истинными владельцами и Lantana, и фирм, связанных с ними партнерскими отношениями, являлись русские – а «их личности были скрыты за рядом офшорных управляющих фирм, базирующихся на Маршалловых и на Сейшельских островах».
В течение всех предыдущих лет о сомнительном происхождении многих из поступивших в банки Балтии зарубежных вкладов говорилось неоднократно. Но до определенного момента местные власти такое положение дел вполне устраивало. Однако с усилением геополитической напряженности контролирующие органы стран ЕС все же обратили внимание и на прибалтийские «прачечные» – после чего их начали закрывать.
И вот теперь наконец дошла очередь и до скандинавских банков. Было заявлено, что тот же Swedbank подозревается в масштабном и систематическом отмывании денег, которое продолжалось около десяти лет и было связано с балтийскими филиалами Danske Bank. По некоторым данным, сумма подозрительных переводов через Swedbank только в период 2007–2015 годов составила 3,8 млрд евро. В последние дни появилось много публикаций о том, что якобы
через эстонское отделение Swedbank переводили огромные суммы из неправедно нажитых денег российские олигархи и даже бывший президент Украины Янукович.
Многие жители стран Балтии считают, что зачистка «прачечных» ведется не в их интересах. Эксперты, в числе которых оказался экс-министр экономики Латвии Вячеслав Домбровский, сетуют, что все эти «реформы» негативно отразятся на хозяйстве страны, на объёмах поступающих налогов. Мэр Вентспилса Айвар Лембергс жалуется, что американцы, санкционировавшие реформы финансового сектора Латвии, распугали инвесторов.
А вот Россия, пожалуй, остаётся в выигрыше. Стараясь навредить россиянам, западные контролирующие структуры против собственного желания помогают, по сути, бороться с выводом денег из России. Ведь значительная часть вывозимого из РФ капитала действительно имеет сомнительное происхождение.