В июне 2019 года Эстония, Латвия и Литва сделают попытку на неполные сутки отключить свои энергосистемы от российской и белорусской. Об этом было заявлено накануне. Таким образом прибалтийские страны в очередной раз попытаются выйти из так называемой системы БРЭЛЛ синхронного режима работы энергетических систем Белоруссии, России, Эстонии, Латвии и Литвы. «Электрическое кольцо БРЭЛЛ» – это отнюдь не пережиток советского времени, а соглашение, заключенное между странами-участницами 7 февраля 2001 года.
Чем же вызвано желание прибалтийских стран разрушить данное соглашение? И к чему приведет намерение Эстонии, Латвии и Литвы разорвать единую энергосистему с Россией и Белоруссией?
Прибалтика – это остров
Для понимания сущности действия БРЭЛЛ необходимо рассказать о смысле укрупнения энергосистемы. Чем крупнее энергосистема – тем проще в ней сглаживать пики и провалы в генерации и потреблении электроэнергии. Тут начинает действовать элементарный закон больших чисел: большее число потребителей и поставщиков электроэнергии неизбежно усредняет суточные и сезонные графики.
Особенно интересным и выгодным вариантом является работа на суточном графике, которая позволяет перекидывать свободные объемы электроэнергии в меридиональном направлении (с востока на запад – и наоборот). Дело в том, что в различных часовых поясах за счет суточного вращения Земли утренний и вечерний пик потребления приходятся на разное глобальное время.
Кроме того, важной является и «энергетическая связность» региона. Так, например, во времена СССР в Единую энергетическую систему был подключен широкий пояс потребителей и поставщиков электроэнергии от Бреста и до Читы. А вот энергетические системы Средней Азии и Дальнего Востока работали уже автономно – сказывалась недостача линий электропередачи (ЛЭП) к этим регионам, которая не позволяла перекидывать нужные объемы электроэнергии.
Отсюда становится понятен и смысл создания БРЭЛЛ в 2001 году: независимая Прибалтика снова получила возможность покупать дешевую российскую и белорусскую энергию, а Россия получила возможность перекидывать через территорию Эстонии, Латвии и Литвы мощности между энергосистемами Центра и Северо-Запада Российской Федерации, а также снабжать электроэнергией анклав Калининграда.
С точки зрения энергосистемы связность прибалтийских стран с Европой минимальна. Большая часть существующих ЛЭП в Эстонии, Латвии и Литве включена как раз в систему БРЭЛЛ, в то время как ЛЭП и подводные кабели, увязывающие Прибалтику с Европой, пока еще критически ненадежны и имеют недостаточную мощность.
Для наглядного примера можно взять один из последних «мегапроектов» на европейском направлении – кабель NordBalt, который связал в 2015 году Швецию и Литву. Общая стоимость этого подводного кабеля составила 552 млн евро, а длина – более 450 километров. Кабель выполнен по технологии высоковольтной линии постоянного тока (HVDC) и обеспечивает переброску шведской электроэнергии в Литву и в другие прибалтийские страны. Такая технология, кстати, позволяет уйти от вопроса непосредственной синхронизации прибалтийской и европейской сетей, так как переменный ток преобразуется на оконечных устройствах кабеля в постоянный – и обратно.
Таким образом, если рассмотреть вопрос лишь с точки зрения технологии, то NordBalt – это реальная диверсификация поставок электроэнергии в Прибалтику, причем совершенно не влияющая на принцип синхронного функционирования электрического кольца БРЭЛЛ.
Но вот параметры надежности энергомоста NordBalt оставляют желать лучшего. Уже в 2016 году практически новый объект успел встать на ремонт 11 раз. В 2017 году аварии и остановки происходили практически ежемесячно, а в ноябре 2017 года интервал сократился до двух недель. В 2018 году NordBalt и вовсе встал на полгода: оконечные муфты кабеля, из-за неисправностей которых кабель страдал весь 2016 и 2017 год, попали под процедуру замены с 30 июля по 10 октября 2018 года.
Отсюда, в общем-то, следует неутешительный факт – Прибалтика до сих пор представляет из себя с точки зрения европейской энергосистемы слабо связанный с нею «остров», подключение которого в единую систему генерации и потребления электроэнергии выглядит форменной авантюрой.
При этом проблемы самого «острова» при таком ненадежном соединении гораздо печальнее. Так как в Прибалтике просто нет нужного количества генерирующих мощностей – ведь электроэнергия по супердорогому NordBalt большую часть времени идет только в одном направлении, из Швеции в страны Прибалтики.
Как закрыли – прослезились
Надо сказать, что проблема дефицита генерирующих мощностей тоже возникла в прибалтийских странах не по воле Российской Федерации. Так, по счастливой случайности, в 1974 году будущую Игналинскую АЭС начали строить всего в нескольких километрах от литовско-белорусской границы, но именно с литовской стороны. Причина этого была банальна – на белорусском берегу реки Дрисвяты оказались более слабые грунты, непригодные для установки тяжелых фундаментов.
Игналинская АЭС спокойно пережила и Чернобыльскую катастрофу, и развал СССР, пройдя путь всех необходимых модернизаций по самым жестким требованиям национальных и международных атомных регуляторов. Однако стратегическая позиция ЕС была непреклонна – станцию с «опасным» реактором чернобыльского типа (РБМК-1500) надо закрыть!
В итоге АЭС закончила работу в 2009 году. Так ЕС практически вынудил Литву отказаться от станции советского проекта – под смутные обязательства профинансировать постройку компенсирующей станции на западных технологиях. До сих пор существуют декларативные планы постройки компенсирующей Висагинской АЭС вблизи закрытой площадки Игналинской АЭС, однако их реальность находится под большим вопросом.
Все дело в том, что ЕС не только не предоставил денег на постройку новой станции, но даже не полностью выполнил свои финансовые обязательства по консервации закрытой площадки Игналинской АЭС. Не говоря уже о том, что невыполненное обещание по постройке компенсирующих мощностей элементарно оставило страны Прибалтики с громадной дырой в энергобалансе.
Впрочем, понятно, что такой план по отношению к «прибалтийскому острову» в ЕС существовал с самого начала: ведь как иначе объяснить тот факт, что проект упомянутого кабеля NordBalt возник еще в 2004 году, при работающей, но уже обреченной Игналинской АЭС?
Сколько стоит путь в ЕС
Удивительный факт: даже на то, чтобы как-то привязать болтающийся на тоненьких ниточках подводных кабелей и немногочисленных ЛЭП «прибалтийский остров» к единой энергосистеме ЕС, надо потратить деньги, сравнимые со стоимостью постройки новой АЭС!
По самым скромным оценкам, для того, чтобы просто выйти из БРЭЛЛ, прибалтийским странам потребуются менее 800–900 млн евро. А вот создание альтернативных путей транспортировки европейской энергии обойдется и вовсе в астрономическую сумму: называются цифры от 2 до 3 млрд евро. Притом что за последнее десятилетие Латвия, Литва и Эстония уже инвестировали в энергетические проекты практически столько же.
При этом декларативная задача по выходу из БРЭЛЛ уже к 2025 году и присоединения к европейской энергосистеме, которую прибалтийские политики ставят перед своими энергетиками, выглядит абсолютно утопично. До сих пор бюджет ЕС частично учитывал финансирование такого рода проектов в странах Прибалтики. Однако уже с 2020 года страны-доноры намерены значительно урезать финансовую помощь Восточной Европе, а целевые фонды ЕС, за счет которых до сих пор велась поддержка энергетических программ в Эстонии, Латвии и Литве, после 2020 года и вовсе закрыть.
Это означает, что уже через три года Прибалтика будет получать от ЕС где-то на 40% средств меньше, чем сейчас. А большую часть расходов по привязке «острова Прибалтика» к общей энергосистеме ЕС будут финансировать сами прибалты. Из своих и без того тощих карманов. Впрочем, тут стоит вспомнить лишь старый советский анекдот, в котором пассажирам поезда сообщают, что «на пути к коммунизму никто кормить вас не обещал».
Реальность Евросоюза – это сверхдорогая энергия, и в первую очередь электричество. Нынешняя цена электроэнергии в Литве (0,11 евро за кВт·час), в Эстонии (0,13 евро за кВт·час) и даже в Латвии (0,16 евро за кВт·час) – одна из самых низких в Евросоюзе. Для сравнения, электричество в Германии и Дании стоит 0,3 евро за кВт·час, а в Швеции, откуда в Литву качает электроэнергию упомянутый NordBalt, кВт·час стоит 0,2 евро. Совершенно очевидно, что такую ситуацию будут «исправлять». Конечно, не путем снижения стоимости электроэнергии в Германии, Дании или Швеции – но исключительно за счет повышения тарифов в странах Прибалтики.
В конце концов, каждое увлечение имеет свою цену. Если реальной политикой прибалтийских стран является русофобия, которая выливается даже в неприятие «российских» или «белорусских» киловатт-часов, то всегда есть возможность купить «правильные», европейские. Правда, где-то вдвое дороже.