Банк ВТБ сильно удивился, когда 10 января на сайте Fitch Ratings появился негативный рейтинг банка от этого агентства, да еще выпущенный по запросу самого банка. Российской компании пришлось оправдываться, что она еще в 2012 году отказалась от услуг Fitch, а агентству об этом сообщили за несколько месяцев до начала 2013 года. Однако Fitch решило продолжить оценивать ситуацию в банке – по собственной инициативе.
Агентства используют своего рода «шантаж» эмитента с целью продать ему «платный» рейтинг
Добровольное выставление рейтингов – это довольно редкое явление для агентств. Во-первых, это приходится делать бесплатно. Неофициально за услуги рейтинговых агентств компании платят 100 тыс. долларов, но стоимость контракта может быть в несколько раз больше, если речь идет о крупном игроке рынка, коим, без сомнений, является ВТБ.
Во-вторых, добровольное выставление рейтингов означает, что аналитики рейтингового агентства составляют свои выводы на основе открытых источников и не имеют доступа к конфиденциальной информации, например, о проблемных кредитах банка. То есть агентство в этом случае ничем не отличается от аналитиков, например, конкурирующего банка, которые также в состоянии изучить доступные данные и сделать свои выводы.
Добавим, что накануне Fitch выпустило рейтинг АвтоВАЗа, который также отказался от контракта с агентством. Впрочем, но на этот раз Fitch тут же отозвало свой добровольно сделанный отчет.
Возвращаясь к ВТБ – это уже не первый рейтинг, выпущенный Fitch после разрыва отношений с банком. Первый отчет агентство опубликовало в начале 2013 года. Тогда агентство лишь пригрозило, что рейтинг ВТБ может быть снижен, а в начале этого года угрозу исполнило. На прошлой неделе Fitch снизило долгосрочные рейтинги дефолта на одну ступень – до «BBB–» – ВТБ, а также шести дочерним компаниям: «ВТБ 24», Банку Москвы, банкам ВТБ в Австрии и Франции, «ВТБ лизингу» и «ВТБ капиталу».
Причина такого решения вызывает вопросы к обоснованности не только у самого банка, но и у российских экономистов. Fitch указывает, что резервы России существенно меньше, чем были к моменту кризиса в 2008 году. Поэтому столь щедро спасать крупнейшие госбанки страны: Сбербанк, ВЭБ и ВТБ – государство не сможет.
Однако рейтинги Сбербанка и ВЭБа Fitch снижать не стало – в агентстве объяснили это тем, что роль ВТБ в проводимой государством политике меньше, чем у ВЭБа, и он менее значим для банковской системы, чем Сбербанк. Но такой аргумент выглядит странно: как бы ни казалось простым гражданам несправедливым, что бюджетные деньги приходится тратить на помощь банкам, которые в погоне за сверхприбылью предоставляют кредит, а потом требуют возврата вдвое больше одолженной суммы, банкротство даже одного крупного банка уровня ВТБ – это куда более серьезная проблема, причем для всей страны. Все помнят, к чему привело банкротство Lehman Brothers в августе 2008 года. Есть, правда, еще один способ спасения банка – кипрский, когда экспроприируют часть средств вкладчиков и на них спасают банк и всю финансовую систему страны. Россия вряд ли до такого дойдет.
В ВТБ считают, что «российский офис агентства нацелен прежде всего на PR-акции и сенсационную подачу материала, а не на взвешенный и беспристрастный анализ для профессионалов фондового рынка». Собственно, публикацию на бесплатной основе негативных рейтингов в ВТБ расценивают как шантаж эмитента, чтобы тот снова заключил контракт с ним, тогда рейтинг повысится. Тем более что Fitch проигрывает российский рынок другим агентствам: Standard & Poors и Moody's.
Похожая практика шантажа использовалась в Азии. Так, в исследовании Национального банка Бельгии говорится, что так называемые unsolicited (назатребованные) рейтинги агентства Fitch в Азии, как правило, ниже, чем обычные, что связано с недостатком информации у рейтингового агентства. В этом исследовании также выдвигается мнение, что агентства используют своего рода «шантаж» эмитента с целью продать ему «платный» рейтинг.
Представитель банковского рынка рассказывает газете ВЗГЛЯД, что в России только у Fitch есть практика присвоения и поддержания добровольных кредитных рейтингов – так называемых unsolicitedratings и non-participating ratings. Например, по «Мегафону», а в прошлом – по Северстали.
Примеры, когда рейтинговые агентства, в частности Fitch, снижают добровольные рейтинги, встречаются регулярно. Из наиболее нашумевших – снижение в «спекулятивную» категорию мировых гигантов Sony и Panasonic в 2012 году. Эмитенты вынуждены «мириться» с такой добровольной деятельностью рейтинговых агентств. К примеру, когда в апреле 2012 года Fitch снизило долговой рейтинг Nokia до «мусорного», компания вполне нейтрально отреагировала на это. Хотя контракта с агентством не было.
Неофициально за услуги рейтинговых агентств компании платят 100 тыс. долларов, но стоимость контракта может быть в несколько раз больше
При этом юридически придраться к рейтинговым агентствам практически невозможно, потому что кредитный рейтинг – это всего лишь мнение группы аналитиков, указывают участники банковского рынка. Другое дело, что добровольные рейтинги должны обязательно помечаться на видном месте, а не в конце пресс-релиза, как обычно делается, чтобы все участники рынка правильно понимали и воспринимали отчеты. В случае ВТБ, напомним, вообще было указано, что рейтинг делался по запросу компании.
Олигополия рейтинговых агентств
Ко всем трем международным рейтинговым агентствам – Fitch, Standard & Poors и Moody's, которые контролируют более 90% глобального рынка, – в последнее время предъявляется много претензий. Кризис 2008 года выявил очень многое.
Во-первых, он показал, что крупнейшие рейтинговые агентства могут серьезно запаздывать со своими решениями. Они тогда держали рейтинги некоторых компаний на высоком уровне до последнего, хотя те фактически были уже банкротами и надо было снижать рейтинги. Агентства обвинили в конфликте интересов из-за связей с эмитентами. Причем агентства даже признали свою вину и уверили, что исправятся.
Австралия пошла дальше и через суд в 2012 году доказала, что Standard & Poor's обмануло инвесторов – 12 австралийских городов. Дело в том, что муниципалитеты в 2006 году купили ценные бумаги Constant Proportion Debt Obligation (CPDO), так как S&P присвоило CPDO высший рейтинг «ААА» и уверяло, что риск дефолта по их облигациям составляет менее процента. Однако через несколько месяцев бумаги обесценились на 90%. В итоге австралийские муниципалитеты потеряли свои вложения. Австралийский суд признал, что банк, который организовал выпуск облигаций CPDO, был заинтересован в таком решении S&P.
Европейские чиновники вообще очень возмущались, когда агентство S&P снизило рейтинг Франции в 2011 году, и даже начали проверку в отношении рейтингового агентства. В S&P тогда объяснили, что произошла ошибка по технической причине.
Летом 2011 года решение Moody's снизить сразу на четыре ступени рейтинг гособлигаций Португалии до «мусорных» в ЕС также назвали «ошибкой» и обиделись. Moody's засомневалось, что Португалия способна стабилизировать размеры госдолга, что является главным условием для получения финансовой помощи от ЕС и МВФ. Но европейский ЦБ и МВФ за два месяца до выпуска этого отчета уже одобрили решение выделить Португалии помощь в 78 млрд евро.
Россия тоже порой становится жертвой рейтинговых агентств. Даже Владимир Путин в 2011 году говорил, что рейтинговые агентства часто ошибаются, и призывал их к более взвешенным оценкам. «По этим оценкам, Россия является чуть ли не мировым лидером по такому негативному критерию, который влияет на инвестклимат, как влияние малярии на ведения бизнеса. Где Россия и где малярия? Странные оценки, странные критерии», – удивлялся тогда Путин.
Генеральный директор агентства «Рус-Рейтинг» Ричард Хейнсворт еще в 2011 году высказывал мнение, что те, кто присваивает рейтинги разным странам, получают прямые указания из Нью-Йорка. «Как руководитель рейтингового агентства я глубоко убежден, что рейтинги в отношении России существенно искажены – они сильно занижены», – писал в своей колонке Хейнсворт.
К примеру, накануне кризиса 2008 года агентства говорили, что российские банки плохи, непрозрачны, у них много плохих активов, поэтому будет то же самое, что в 1998 году: они рухнут. Центробанк уверял, что в сравнении с западными банками у нас не так все плохо, но агентства не слышали или не хотели слушать. Но время все расставило на места. «Но история кризиса показала, что мы были правы. Банковская система России устойчива и жизнеспособна, ей мешает только страновой рейтинг России. На мой взгляд, одна из главных проблем, выявленных кризисом, – безоговорочное доверие рейтинговым агентствам», – отмечает Хейнсворт.
Наносимый вред сложно переоценить. Инвесторы, которые читают такие рейтинги, получают искаженное представление о ситуации в России и решают, что приходить с инвестициями слишком рискованно. А российские компании, чьи рейтинги занижаются, сталкиваются как минимум с проблемами при получении кредитов. Не говоря уже о том, что партнеры могут просто отказаться от работы с эмитентом, которого агентство посчитало ненадежным игроком рынка.
Положить конец олигополии рейтинговых агентств, как выражался ранее министр финансов Германии Вольфганг Шойбле, может только создание собственных рейтинговых агентств. Однако на завоевание доверия финансового рынка у нового агентства могут уйти десятилетия. Инвесторам нужны будут железные доказательства, что новый игрок не получает указания сверху, компетентен и независим. То же российское агентство «Рус-Рейтинг» пока составляет свои отчеты исключительно для тех, кто не побоялся и уже пришел в Россию.