Более того, история эта кажется не просто знакомой, но избитой и навязшей на зубах, с абсолютно алогичными поступками тупых американских подростков, вышедших из американского слэшера средней паршивости. Таковы законы жанра, что тут поделать: сексуальная свежепокрашенная блондинка (Анна Хатчисон), качок (Крис Хемсворт), ботан (Джесси Уильямс), хиппи-обдолбыш (Фрэн Кранц) и дева с проблеском разума в глазах (Кристин Нора Коннолли) едут в заброшенную хижину в лесу, дабы предаться там пиву и радостям уже не запрещенного секса.
Гормоны, эндорфины, марихуана, тяжелый рок – откуда тут взяться голосу разума?
Гормоны, эндорфины, марихуана, тяжелый рок – откуда тут взяться голосу разума? И на традиционное предупреждение страхолюдного хозяина заброшенной бензоколонки молодежь не обращает внимания. Их ждет хижина в лесу, где может случиться все, что угодно: безбашенный отрыв или битва с восставшими из ада зомби-реднеками. А может быть, все вместе взятое? И даже больше?
Даже не подготовленный предыдущими работами Уидона и Годдара зритель к этому моменту понимает, что тут что-то не так, что его водят за нос. Во-первых, герои зачем-то выбиваются из заданных амплуа: качок разбирается в советской экономике, ботан сложен как заядлый посетитель «качалки», блондинка становится тупой по мере того, как краска для волос проникает – всасывается корнями волос! – в мозг (это не наша шутка, а хитрый сценарный ход), а сидящий на «измене» укурок благодаря своей паранойе оказывается мудрее всех трезвенников.
Но самое странное вовсе не то, что зритель чувствует иронию (иронический молодежный слэшер – как вам такое сочетание?). За происходящим в хижине при помощи разветвленной сети камер и микрофонов следят люди в белых халатах во главе с Хэдли (Брэдли Уитфорд) и Ситтерсоном (Ричард Дженкинс).
#{image=619091}Что это – съемки реалити-шоу с эротическим уклоном? Но наблюдение ведется из места, скорее напоминающего засекреченный государственный НИИ под строгой охраной армии. Зачем им наряду с бухгалтерией и дирекцией, например, отдел взрывников? А химический отдел? Ох, они намекают на Режиссера и древних богов. Кажется, они там все слишком много читали «Generation «П» Пелевина.
Зрителя одолевают сомнения («WTF?!»), зритель ломает голову. Тем временем на экране зомби-реднеки при помощи сельскохозяйственных орудий крошат и разрывают на части киногеничную молодежь, реками льется кровища, а выжившие персонажи изъясняются штампами, от которых добрая половина зала буквально лежит под креслами. Не прошло и трети фильма.
Если представить поездку на никем не управляемых американских горках внутри аттракциона «Комната страха», персонажи которого совсем взбесились, то это даст лишь приблизительное впечатление от фильма со скромным названием «Хижина в лесу». Ближе к финалу фильм сходит с рельс настолько эффективно, что у зрителей, натурально, отвисает челюсть – такой концентрации безумия не видел, пожалуй, еще никто, прецедентов нет.
#{movie}Знатоки, впрочем, утверждают, что в «Хижине» собраны сюжетные ходы предыдущих работ Уидона и Годдара, в частности из сериалов «Баффи», «Кукольный дом» и «Ангел». Вообще «Хижина» – раздолье для киноманов, особенно для ценителей хорроров: в фильме щедро рассыпаны отсылки и цитаты из классики, начиная лентами Ромеро и Баркера, заканчивая популярными «лесными» слэшерами вроде «Поворот не туда». Вот только поклонников джей-хорроров может не на шутку обидеть жесткий стеб над их идолом – мертвой длинноволосой девочкой.
Зарубежные профильные сайты, что редкость, единодушны в оценке «Хижины в лесу»: «Абсолютно гениально! Блестяще! Не знаю, как теперь будут снимать фильмы ужасов». «Умно и изобретательно», – считает обычно придирчивый критик Эммануил Леви. А авторитетное издание Variety считает, что в своем изощренном постмодернизме и постоянном обмане зрительских ожиданий «Хижине» удалось переплюнуть «Крик» Уэса Крейвена.
Не хочется разбрасываться штампами вроде «Революция в жанре!», «Прорыв!», «Лучший фильм года!», но, простите, так оно и есть. «Хижине», по крайней мере, удалось поставить жирную точку на тупых молодежных слэшерах, создателям которых теперь, видимо, придется приостановить конвейер и придумать нечто совершенно иное.