Он Ленина видел
Василий Леонтьев родился в обеспеченной буржуазной семье, не чуждой, впрочем, либерального духа времени |
Василий Леонтьев родился в обеспеченной буржуазной семье, не чуждой, впрочем, либерального духа времени – отец Василия Леонтьева, тоже Василий Леонтьев (и тоже профессор экономики) в молодости устраивал забастовки на текстильных фабриках своего отца, крупного промышленника.
Детство Леонтьева выпало на не самый спокойный период российской истории. Он помнил и начало Первой мировой войны, и выступление Ленина на митинге у Зимнего дворца.
В 1925 году Леонтьев заканчивает Ленинградский университет. Начинал он с философских курсов, потом увлекся социологией и наконец целиком посвятил себя экономике. Несмотря на довольно либеральные времена, Леонтьев несколько раз на непродолжительное время оказывался в тюрьме, – юноша допускал непозволительные высказывания во время жарких дискуссий на экономические темы. Неудивительно, что Леонтьев пользуется случаем выехать за границу для лечения и продолжения образования.
В Берлине ему присваивают ученую степень доктора экономики, он работает ассистентом Вернера Зомбарта. По переезде в Киль Леонтьев – экономист-исследователь Института мировой экономики. Случайная встреча с китайскими бизнесменами в кофейне оборачивается для него приглашением в Китай, где он проработает около года экономическим советником при Министерстве железных дорог. От него требовалось рассчитать оптимальный вариант системы путей сообщения и грузоперевозок, но, поскольку этих самых путей сообщения еще не было, Леонтьеву пришлось облетать китайские районы на аэроплане.
В 1931 году Василий Леонтьев переезжает в США и начинает преподавать в Гарвардском университете. Через два года он становится американским гражданином.
Гражданин мира
Леонтьев создает способ нового макроэкономического анализа «затраты – выпуск», который стал полезным инструментом для прогноза и планирования |
Леонтьев добивается выделения финансов на свои исследования и получает возможность подкрепить теоретические выкладки, которые публиковал еще в СССР, практикой, благо в Гарварде он имеет возможность пользоваться ЭВМ.
Это помогло ему найти способ объединить экономическую теорию со статистикой и математикой. Подобный подход вскоре получит название «эконометрия», и Леонтьев станет одним из его основателей.
Леонтьев создает способ нового макроэкономического анализа «затраты – выпуск», который стал полезным инструментом для прогноза и планирования. Настолько полезным, что его приняли к сведению в качестве аналитического метода многие страны и финансовые организации, в том числе Всемирный банк, учитывавший разработки Леонтьева при подготовке планов своей кредитной деятельности.
В 1989 году в интервью газете «Правда» Леонтьев так описал свои разработки: «Чтобы прогнозировать развитие экономики, нужен системный подход. Экономика каждой страны – это большая система, в которой много разных отраслей, и каждая из них что-то производит – промышленную продукцию, услуги и так далее, которые передаются другим отраслям. Каждое звено, компонент системы может существовать только потому, что он получает что-то от других. Это как расписание поездов – откуда, куда, в какое время приезжают… Мы изучаем одну страну, беря в расчет до шестисот-семисот отдельных отраслей».
Новизна подхода Леонтьева была в его комплексности. Взаимосвязь секторов экономики позволила исследовать ее внутренний механизм, выявить размер спроса на товары и его перспективы. А значит – более квалифицированно определять экономическую политику.
Например, Леонтьев выявил, что экспорт из США более трудоемок и менее капиталоемок, оказывается, в США выгоднее экспортировать труд и импортировать капитал. Еще один пример – текстильная промышленность, требовавшая увеличения занятости, переместилась из развитых стран в развивающиеся.
Заказ от Рузвельта
Леонтьев был удобной фигурой для оттепельной политики. Во-первых, эмигрант, но не антисоветчик. Во-вторых, планирование всегда было советским приоритетом |
Интерес к межотраслевым связям в исследованиях Леонтьева начинают проявлять хозяева промышленных корпораций. Во время войны Леонтьев работает по прямым заказам от правительства и лично от Рузвельта. Его даже считают экономическим советником президента. На самом деле Леонтьев неизменно отказывался от предлагаемых ему высоких постов, не желая терять независимость ученого и ввязываться в политические дрязги. Как гораздо позже он отказался стать и советником Ельцина.
В 1973 году Леонтьеву присуждается Нобелевская премия. С 1975 года Леонтьев в Нью-Йорке, он организовывает Институт экономического анализа и становится во главе проекта ООН по исследованию состояния и перспектив мировой экономики. Задачей проекта ставилось: оценить на перспективу до 2000 года потребности в основных видах сырья, определить вероятные потоки мировой торговли и финансовых ресурсов, наметить экономические связи между главными регионами.
Леонтьев «вернулся» на родину сначала рецензиями на его книги, затем самими книгами. Первый приезд в СССР после эмиграции состоялся в 1959 году, Леонтьев прочел лекцию в Институте мировой экономики. Историки считают, что приезд Леонтьева был приурочен к готовящемуся визиту Хрущева в США.
Леонтьев был удобной фигурой для оттепельной политики. Во-первых, эмигрант, но не антисоветчик. Во-вторых, планирование всегда было советским приоритетом. Ученый, однако, считал, что советский метод похож на говорящую лошадь: «удивляет не то, о чем она говорит, а то, что она вообще умеет разговаривать».
О судьбах современной, постсоветской России Леонтьев высказывался очень осторожно. Он считал, что необходим разумный баланс между рынком и его государственным регулированием.
Патриарх мировой экономики любил метафоры. В историю вошло его удачное сравнение экономики с каравеллой, паруса которой – частная инициатива, а руль – государственное регулирование. Только сочетание этих двух факторов и делает, по Леонтьеву, экономику наиболее успешной