Продолжающаяся в США многосерийная эпопея по борьбе с изменниками и шпионами выглядит весьма поучительно.

Шпиономания – это просто популярный политический прием, который используется и в лучших демократиях мира

Недавно мы узнали, что бывший советник президента США по национальной безопасности Майк Флинн скрыл еще один контакт с россиянами: три года назад он пообщался со студенткой из России и не доложил об этом сотрудникам службы безопасности Пентагона.

Как сказал поэт, «там шпионки с крепким телом, ты их в дверь – они в окно; говори, что с этим делом мы покончили давно». Страх поговорить с иностранцем всегда подавался нам как признак мрачной тирании – каковая тирания, не доверяя своим гражданам, постоянно терзается манией преследования и повсюду видит шпионов и заговорщиков.

Что же, оказывается, шпиономания – это просто популярный политический прием, который используется и в лучших демократиях мира.

Не только другие страны переживают по поводу вмешательства США в их внутренние дела, но и в США немалая тревога: «Русские склонили к измене Родине не только Трампа, но и еще целый ряд представителей американской элиты!»

Парадокс ситуации в том, что налицо явная асимметрия.

США – это мировая империя, которая вслух позиционирует себя как «глобальная сила добра» и открыто провозглашает, что стремится к изменению государственного устройства в других странах. По крайней мере, делала это до Трампа.

Усилия США по «продвижению демократии», то есть активному воздействию на положение дел в иностранных государствах, не только не скрывались, но и открыто рекламировались.

Героические борцы за свободу приглашались в Белый дом и принимали награды из рук американских лидеров. Видные американские политики приезжали в другие страны, чтобы ободрить своих сторонников и подкрепить их печеньем и другими вкусностями.

Такое поведение идеологически было обосновано верой в уникальную историческую миссию США, а практически подкреплялось той очевидной реальностью, что США – наиболее богатая и могущественная держава мира.

Но дело было не только в богатстве и могуществе, но и в той привлекательности, которую они дают. «Грин-карта», возможность жить и работать в США и в перспективе получить гражданство, как мы недавно могли убедиться, многими – и в нашей стране, и в других странах – воспринимается как огромный жизненный успех.

У американских политиков, продвигавших свои интересы по всему миру, было чем подкупать и запугивать – но более всего было чем соблазнять. Рыба ищет где глубже, человек ищет где лучше, при прочих равных люди будут выбирать себе более богатого и перспективного нанимателя. Представители незападных стран, ищущие благосклонности у тяжелых посольских дверей – зрелище вполне обычное и ожидаемое.

Россия и близко не обладает такими возможностями.

И политическое, и военное, и финансовое могущество России в разы уступает американскому. У России нет идеологии, которая мотивировала бы продвижение неких «правильных» воззрений и образа жизни по всему миру. Россия едва ли соблазнительна для жителей западных стран. Очень немногие американские граждане желают получить право жить и работать в России и хранить свои сбережения в Сбербанке. Еще меньшее их число готово было бы пойти ради этого на серьезные риски.

Поэтому зрелище представителей американской политической и финансовой элиты, которые, как сообщается, шакалят у посольства России, является несколько сюрреалистическим.

Чем Россия могла бы соблазнить самых богатых и успешных граждан самой богатой и успешной страны мира?

Конечно, было бы утешительно поверить в сказочное могущество, которое Россия приобрела за тот короткий срок, пока в США проходили выборы. Это, конечно, приятно греет патриотическую гордость. Но, скорее всего, нынешняя паническая русофобия американской прессы имеет очень мало отношения собственно к России.

Трампу и его окружению охотно поставили бы в вину связь с марсианами – но так как марсиане сидят тихо и не подают никаких признаков жизни, приходится искать какого-то другого врага. И Россия подходит на эту роль.

Увы, это просто политический прием, к которому может прибегать кто угодно.

Но для нас этот урок ценен тем, что некоторые формы поведения, которые у нас объявлялись специфически русскими – тяжелым наследием то ли татаро-монгольского ига, то ли советской власти – являются, на самом деле, общечеловеческими.

Оказывается, мы вообще живем в падшем мире, дураки и дороги есть везде, а подогревание шпионско-вредительского психоза – слишком простой и эффективный инструмент, чтобы кто-либо от него отказывался. Увы, люди везде примерно одинаковы.

В этом мире вообще исчезающе мало здравомыслия. Поэтому любая его крупица так драгоценна.