Известное оппозиционное интернет-издание Znak.com с головным офисом в Екатеринбурге сообщило на днях о том, что прокуратура Свердловской области ведет проверку в отношении «Мисс Россия – 2015» Софии Никитчук, которая снялась для обложки майского журнала «Стольник», обернувшись в российский триколор. Номер журнала был посвящен 70-летию Победы.
Здравый смысл подсказывает, что плохой вкус, китч, глупость законом регулироваться не могут
Прокурорская проверка началась после того, как поступила жалоба от некоего физического лица. Это лицо посчитало для себя оскорбительной фотосессию девушки с российским флагом под общим названием «Вкус Победы».
Хотя в самой заметке об инциденте нет никаких оценочных суждений – просто информация, читатели издания все поняли правильно и распространяют ссылки на эту заметку с соответствующими комментариями. Вот, мол, опять у нас на дворе время доносов, стучат на всякие безобидные вещи, а прокуратура вместо того, чтобы посылать жалобщиков подальше, начинает проводить разного рода проверки.
И это не первый случай такого рода.
Уже выработалась информационная технология. В провинции происходит нечто, возмущающее активных наших патриотов. Как-то неправильно девушки танцуют какой-то похабный танец в костюмчиках, напоминающих по расцветке георгиевскую ленту.
Другие девушки танцуют не в том месте, на фоне монумента. Еще где-то неправильный торт сделали, чрезвычайно оскорбительный.
Короче, граждане бдят изо всех сил. Дальнейшие события развиваются по-разному. Иногда вначале в интернете поднимается шум, а потом на него реагируют органы. А иногда кто-то пишет заявление, органы реагируют, а шум возникает потом. Так или иначе, все это выходит на поверхность.
«Мисс Россия – 2015» София Никитчук (фото: stolnick.ru) |
В результате мы живем внутри странной игры. Либералы говорят: смотрите, оголтелые желают репрессировать всех и вся, а патриоты с удовольствием отвечают на это: да-да, желаем и будем, ужо вам, наше время пришло.
Здравый смысл подсказывает, что плохой вкус, китч, глупость законом регулироваться не могут. Это область, которая регулируется культурой и воспитанием. Иначе мы попадаем в некую серую зону. Наши люди могут перестать понимать, что разрешено, а что запрещено. Что можно, а что нельзя.
Ни у кого не вызывает удивления преследование вандалов, портящих памятники или какими-либо действиями оскорбляющих, допустим, Вечный огонь. Ну вот есть традиция бросать к Вечному огню мелочь. Ей десятки лет. И вдруг сейчас она для кого-то тоже сделалась оскорбительной.
Люди с большим пониманием отнеслись к протестам против «Тангейзера». Практически все, кто видел постеры к этому спектаклю, даже атеисты. Не нужно было объяснять, что конкретно возмутило верующих. С другой стороны, наезды на солидную антирелигиозную пропаганду или же на какой-нибудь безобидный праздник Нептуна со стороны верующих вызывают непонимание и отчуждение.
Мы стоим на пороге опасности, которая мало кем осознается. Несмотря на все крики либералов, наше общество привыкло за последние годы к интеллектуальной свободе.
Инстинктивно граждане понимают, что песня девушек из «Пусси Райот» в храме Христа Спасителя была преступна. Но эта же песня в каком-нибудь клубе не должна была приводить ни к каким правоохранительным выводам. Прокуратура, которая преследует девушек за танцы, за фотосессии с флагом, за какие-то неправильные тортики, вызывает неприятие и отторжение.
Поэтому группа патриотических активистов, поднимающих крик в Сети по любому мельчайшему поводу, скоро может столкнуться с тем же глухим раздражением общества, с которым давным-давно столкнулись наши либералы.
Интересно здесь, что скандальные случаи в основном происходят в провинции, а кричат о них прежде всего столичные блогеры и журналисты патриотического направления. В конце концов, все это может привести к старой позиции «чума на оба ваши дома». Вероятно, это играет на руку нашей несистемной оппозиции.
Не в силах повысить собственный рейтинг и популярность, они с охотой могут понизить рейтинг и популярность соперников. Еще с советских времен в нашем обществе самым большим неприятием пользовались т. н. гражданские активисты, которые вмешивались в личную жизнь, устраивали товарищеские суды, стучали в партийные организации, портили и коверкали чужие жизни.
Образ одной из таких активисток (очень, надо сказать, мягкий и гладкий) мы помним по фильму «Служебный роман». «Шурочка, шли бы вы в бухгалтерию!» Сегодня трудно сказать, конечно, какую роль сыграли эти активисты в том, что произошло с нашей страной в 91-м, но я отчего-то думаю, что немалую. Особенно неприятно то, что наша несистемная оппозиция в последнее время активно занялась своим продвижением в провинцию.
Тот же Екатеринбург уже давно заслужил звание третьей белоленточной столицы страны. Теперь «Открытая Россия» открыто же заявляет, что начинает продвигать своих активистов еще в трех городах страны: в Новосибирске, Костроме и Калуге. В Новосибирск, например, не так давно уже приезжал один из лидеров «несистемных», соратник Навального Леонид Волков.
Тоже, кстати, выходец из Екатеринбурга. Еще не так давно все усилия нашей оппозиции были сосредоточены в Москве. Считалось, что именно в столице творится история. Возьми власть в Москве, а вся остальная страна проглотит это и смирится. Именно так рассуждали и деятели киевского Майдана. Но жители Донецка и Луганска разрушили всю эту концепцию.
Они вовсе не смирились, поставили под вопрос вообще все результаты Майдана. Наша оппозиция публично будет заявлять, что события на Юго-Востоке Украины произошли исключительно с подачи России, но, полагаю, сами они прекрасно знают, что это не так. Более того, уже начались активные попытки использовать опыт Донецка и Луганска в собственных целях.
Вспомните марш за федерализацию Сибири, схожие события в Калининграде. Первые блины у оппозиции явно вышли комом, но попыток своих они оставлять не будут. И в этой ситуации не хотелось бы, чтобы на руку противникам власти начала работать сама патриотическая общественность.
В последнее время она все чаще проявляет признаки той оголтелости, которая прежде была свойственна исключительно украинским борцам за незалежность. Я вижу в этом несомненную опасность, и мне тревожно. Еще тревожнее становится, когда наши правоохранительные органы идут на поводу у этой общественности.