Две главные претензии к нынешней средней школе звучат симметрично: ученики плохие – это из уст учителей и учителя плохие – это из уст родителей, учеников и уже даже сторонних наблюдателей, которые чем дальше, тем больше убеждаются в том, что будущего у школы в ее сегодняшнем виде нет.
Есть выпускники 11-го класса, которые с четверками в липовых аттестатах путают Великую Отечественную с Отечественной, Фета – с Тютчевым, первый закон Ньютона – с третьим и с трудом иногда представляют, что Омская и Томская область – два разных региона
Мало заметен внезапный перелом в отношении к учителям: все 90-е и первые годы нулевых учителя были все еще неприкасаемы. Им платили мало, что делало все претензии к бесплатной школе бессмысленными. Затем внезапно оказалось, что платить стали больше, но от этого становится только хуже.
И плотину прорвало. То есть в экстренных ситуациях (число которых множилось год от года) стало можно говорить о том, что и учителя не идеальны.
Другое дело, что школа как была, так и осталась на периферии общественного внимания: сериал Гай Германики ненадолго вывел всех из забытья, но ненадолго. Школы не существует, пока о ней не говорят – в России говорят о чем угодно, кроме школы.
С одной стороны учителя – я убеждался в этом неоднократно – считают школу своей отраслевой проблемой: подход здесь вполне корпоративный, с легким налетом общего для отрасли пафоса. Не трогайте, мол, нас, мы тут лес валим, а вы со своими причудами.
С другой стороны каждый, кто закончил хотя бы 9 классов, твердо уверен, что знает, как именно нужно учить, но убежден, что его никто и слушать не станет, а поэтому лучше тихо дать кому-нибудь скромную взятку и не забивать себе голову всякой ерундой.
На этом фоне любая инициатива всегда встречалась общественностью с громким негодованием: ЕГЭ, как неоднократно говорили до введения единого госэкзамена, непременно снизит качество образования и приведет к отупению подрастающего поколения, словно бы до ЕГЭ качество образования росло, а выпускники школ получались просто блистательными, не поступая потом за взятки на юристов и экономистов.
Учителя, в свою очередь, как и раньше, натаскивали на сдачу экзаменов, так и сейчас натаскивают, и то, что экзамен стал другим, ровным счетом ничего не поменяло: оформление десятков бесполезных бумажек для отчетности как отнимало прорву времени, оставляя на обучение крохи времени, так и сейчас отнимает.
Школа продолжает влачить жалкое существование вообще безотносительно любых внешних изменений.
И именно поэтому так странно читать гневные отповеди подготовленному государственно-патриотическим клубом «Единой России» проекту образовательного стандарта для старшеклассников, который еще даже не принят, но подается комментаторами чуть ли не как работающая и воплощенная в планы программа.
Суть этих отповедей сводится все к тому же: система образования будет деградировать, школьники, оторванные от физики и химии, вместо которых введут «патриотическое воспитание», вырастут неучами и умрут в темноте невежества. Государству, мол, не нужны умные люди.
Сейчас, мол, заменят, физику на патриотизм, и случится страшное. Но, во-первых, как говорит Григорий Ивлиев, один из авторов стандарта, никаких новых предметов вводиться не будет, а во-вторых, речь вообще идет о том, чтобы оставить ученику свободу выбора: «Основной упор в старших классах должен делаться уже на социальной жизни учащегося. Поэтому в качестве одного из главных предметов разработчики предлагают ввести «индивидуальный проект». Это может быть социальный проект, научная работа, творческое произведение» – собственно вот на что «заменят» физику и химию.
Я с трудом себе представляю подготовленных отечественными педвузами учителей, которые будут, снова утопая в ворохе бумажек, оценивать «творческие проекты», и подозреваю, что все получится куда скромнее. Если стандарт примут (а ведь его еще могут и не принять, и тогда все останется точно так же, как есть – то есть никак), школа быстро подгонит его под все то же натаскивание, зубрежку, бессмысленное выучивание всякой ерунды и на том успокоится. Так было до ЕГЭ, так случилось с ЕГЭ, так будет и в этот раз, и в любой другой.
В общем, хуже не будет. Лучше, впрочем, тоже.
Если бы школа выпускала из своих стен знатоков физики, химии, биологии или литературы, а не натасканных на экзамены (и неважно, о ЕГЭ идет речь или нет) недорослей, стоило бы пугаться нововведений. Если бы учителя не боялись ставить двойки и если бы в школе действительно учились, а не «получали отметки» (то-то так возбудились на «уроки патриотизма» всякие родители, которым отметки дают иллюзию контроля – как это, мол, так, какой-такой предмет без оценок, да что вы такое говорите...), можно было бы действительно говорить о том, что нововведение школе вредит.
Но нельзя сделать больно трупу, отрубив ему руку. Это не очень этично, но трупу, если честно, что с рукой, что без руки – уже все едино.
Последние двадцать лет мы наблюдаем попытки пришить трупу хвост с бантом, объявив о скорейшем конечном выздоровлении. И то, с какой яростью встречается каждый этот бант, свидетельствует только о том, что общество цинично врет само себе, представляя среднюю школу дворцом знаний, умений и навыков и каждый раз защищая этот дворец от посягательств.
Но дворца нет.
Есть выпускники 11-го класса, которые с четверками в липовых аттестатах путают Великую Отечественную с Отечественной, Фета – с Тютчевым, первый закон Ньютона – с третьим и с трудом иногда представляют, что Омская и Томская область – два разных региона их же собственной страны. О том, что они не знают орфографии и пунктуации, лучше вообще не упоминать: слово «симпотичный» скоро придется вносить в словари – эти ведь отличники и хорошисты так его и пишут.
Это и есть та школа, которую нам предлагается сохранить от инициатив «Единой России».
Здесь стоило бы сказать что-то вроде «да гори она синим пламенем», но понятно, что и это не выход.
Выход, возможно, состоит в том, что стоит хотя бы раз честно прийти в школу, честно спросить своего ребенка, что же он все-таки понимает из того, что ему преподают, честно самому себе признаться в том, что хуже уже быть не может и начать обсуждение именно с этой точки, со дна, из полной катастрофической беспросветности. И тогда, возможно, удастся выдавить из себя хоть что-то поумнее «руки прочь от нашей прекрасной школы».
Хватит ли на это смелости? Я даже не сомневаюсь, что еще лет на 15-20 – не хватит. Но 15-20 лет средняя школа – с ЕГЭ или без ЕГЭ, со стандартами или без стандартов, это как раз не имеет никакого значения – еще протянет. Так что нам предстоит запастись терпением и слушать полные искреннего трагизма вопли о том, что «сейчас они все разрушат», с иронией.
Избавиться от самообмана – задача сложная, но мы с ней все равно справимся.