Те послания от благодарных читателей, которые можно цитировать в приличном обществе, делятся на две группы.
Хочу быть самой собой. Как мужчина позволяет себе роскошь быть самим собой. Собираю вещи. Ухожу. Вернусь к себе
Первая, самая многочисленная – это мужские жалобы. Суть их проста: «Радулова, негодница, отвечай, куда подевались настоящие женщины?» Ну вы знаете, не мне вам объяснять, о чем речь, – ах, никакие вы, современные барышни, не декабристки, вы не готовы на все ради мужчины, вы думаете только о себе. И так далее, и тому подобное. Как с обидой во время ссоры вскричал мне человек, с которым я была знакома от силы пару месяцев: «Если я попаду с тяжелым ранением в военный госпиталь, то ты не будешь сидеть у моей кровати! Знаю я вас таких! А моя мать от меня не отойдет – и судно вынесет, и рану перевяжет!»
Я тогда так удивилась, что чуть бубликом не подавилась. «А ты? – захотелось первым делом узнать. – Я ведь тоже как-никак военнообязанная, мало ли что. Сможешь ли ты сидеть у моей койки ночи напролет, если даже сейчас, когда у меня легкий насморк, поленился сходить в магазин за медом? Жую бублик всухую!» Да и о каком, черт побери, госпитале вообще мог идти разговор, если мой герой даже в армии не служил – все та же заботливая мама отмазала. Он с ней, кстати, так и живет поныне, ведь никакая девушка не сравнится с этим идеалом женской преданности.
Итак, представители этой группы мужчин в принципе ищут мамашу, а не даму сердца. Поэтому все их претензии к противоположному полу и переполнены словами «забота», «ласка», «самопожертвование», «борщ». Они хотят получить от женщин то, что сами не в состоянии им дать. Все ж понимают – случись все наоборот, мужья декабристок ни в какую ссылку за женами не поехали бы. Это в мужских тюрьмах свадьбы следуют одна за другой, даже если женихам еще сидеть не год и не пять – всегда находятся девушки, согласные ждать зэков, ездить на свидания, таскать передачи им, гонорары адвокату и взятки охране. А на женской зоне такого любовного ажиотажа почему-то не наблюдается.
Женщины, словно сговорившись, жалуются на мужское эмоциональное равнодушие, эгоизм, нежелание что-то делать для отношений (фото: Getty Images/Fotobank.ru) |
И все знают, что редкий мужчина способен выносить годами судно за немощной женой или даже собственным ребенком. Игорь Свинаренко, журналист, как-то подметил в очерке об одном медицинском центре для тяжелобольных детей: «Пансионат, который я упомянул, — это восьмиэтажная гостиница для больных детей и их матерей. Почему не сказать «родителей»? Потому что отцы чаще всего спрыгивают. Уходят из семьи, где тяжело болеет кто-то из детей. Наверно, об этом можно долго рассуждать и искать объяснения, но мы воздержимся, просто зафиксировав факт. Печальный, но факт».
Мы тоже не будем рассусоливать. Да, существуют настоящие парни, которые готовы пожертвовать ради своих близких чем угодно, но есть и такие – их, увы, большинство, – которые спрыгнут, случись что серьезное и надолго. Не им кричать про декабристок, но они, конечно же, вопят громче всех и, честно говоря, достали уже даже меня, хотя я со времен бублика стараюсь эмоционально на такие вещи не реагировать.
А вот вторая группа посланий, которые мне уже несколько лет приходят на почту, – жалобы женские. Вопреки стереотипам дамы не сетуют на «козлов», которые покупают им скромные яхты, хотя вполне могли бы раскошелиться на приличный остров. Нет, женщины, словно сговорившись, жалуются на мужское эмоциональное равнодушие, эгоизм, нежелание что-то делать для отношений. «Доколе!» – раздается девичий коллективный стон, тоже, надо признать, однообразный.
Вот типичное письмо на эту тему, которое я получила на днях. «Никогда не смогу стать для своего супруга терпимой и терпеливой, – сообщает гражданка Н. – Не смогу быть преданной и надежной, покладистой и неутомимой. Отдачи нет, понимаете? Нельзя, чтобы один только отдавал, а другой только потреблял. Я где-то слышала фразу, что семья сохраняется до тех пор, пока этого хочет именно женщина. Вот сколько времени она сможет вытерпеть, вытянуть, выдюжить, столько времени и просуществует семья. Лопается брак тогда, когда лопается женское терпение…»
Далее барышня говорит о том, что нельзя играть в одни ворота. Что это нечестно и бессмысленно, если только она пытается сохранить отношения любыми средствами, «прилаживаться к нему, угождать ему, обслуживать его, изобретать способы быть для него всегда интересной, волнующей», а он согласен лишь наблюдать за этими стараниями, всегда готовый заулюлюкать: «Ага! Не получилось! Не уберегла мужика! Ухожу!»
«Ему пофиг, что в ваших отношениях вдруг появилась трещина. Он не будет переживать и ломать голову: а что же делать? Как мне поступить? Как вернуть былую любовь? Я редких мужей встречала, скорее, они исключение из правил, которые живут ради семьи и для семьи. Большинство пассивны в браке. Равнодушны. Ленивы. Вот как, скажите мне, создавать с ними нормальную, дружную семью?»
Вот такое несовпадение. Многие мужчины хотят от нас материнской бескорыстной преданности и заботы, на которую не считаю нужным отвечать той же заботой, ведь не будет маленький ребенок, ей-богу, ухаживать за своей мамой, как взрослый, – дитя обычно потребляет, но не дает взамен. А многие женщины, чувствуя эту подлянку, в бессилии опускают руки. И находятся даже такие, которые вопреки устоявшейся отечественной модели семьи отказываются оставаться мамочками при своих благоверных. «Не могу я больше быть такой женой… Хочу быть самой собой. Как мужчина позволяет себе роскошь быть самим собой. Собираю вещи. Ухожу. Вернусь к себе».