Несколько событий прошлой недели очень много говорят о нашей жизни и о том, что с нами будет.
Нельзя подавать сырую рыбу с кефиром и держать на жаре сырое мясо
Европейская статистика показала, что объем розничных продаж в еврозоне уменьшился на 0,2% по сравнению с предыдущим месяцем, в то время как ожидался рост на 0,3%. На этой же неделе Европейский совет по экспорту текстиля и одежды распространил информацию, что треть российских продавцов одежды закроется к концу года. Оказалось, что многие крупные немецкие поставщики удалили из списка своих партнеров около 30% российских ритейлеров, поскольку они перестали покупать одежду или вовремя платить за поставки. Это хорошо сочетается с начавшимся после некоторого замедления ростом цен в России.
В Евросоюзе данные о падении продаж вызвали большой резонанс – надежды на рост были связаны с сезоном практически принудительных огромных скидок в магазинах. Российские туристы сейчас с удивлением обнаруживают в Европе бегающих по магазинам покупателей, явно не знающих, что такое кризис.
Причина такой некризисной картины проста. Мировые правительства поняли, что международные меры по борьбе с кризисом не работают, и начали выживать самостоятельно. А самый простой способ такого выживания – использовать внутренние резервы населения. Для этого правительства начали активно стимулировать внутренний спрос, фактически спонсируя население скидками и специальными программами. Причем говорить, что у нас такие механизмы не работают, нельзя. На этой неделе стало известно, что АвтоВАЗ показал неожиданно солидный рост продаж. Главная причина, конечно, в резком подорожании импортных машин из-за девальвации рубля. Но на увеличение спроса повлияло и субсидирование государством процентов по автокредитам. Однако больше стимулировать нечего, поскольку страна мало что производит. Наша экономическая модель проста – добыть полезные ископаемые и продать их за валюту, а на вырученные деньги завести в страну импортные товары. А они подорожали из-за той же девальвации, и скидками спрос на них не вернуть.
Поэтому получается, что у нас государство начинает решать свои денежные проблемы именно за счет доходов среднего класса. Я с удивлением узнал, что проезд на железнодорожном экспрессе из аэропорта Домодедово на Павелецкий вокзал с недавнего времени стоит 250 рублей. То есть более пяти евро. Например, в Мадриде билет на скоростной поезд из аэропорта в город стоит меньше трех евро. Испанский поезд едет быстрее, чаще и кондиционирован внутри. Чтобы пересесть из нашего поезда на метро, нужно пройти пешком полкилометра, с трудом пролезть с чемоданом через человеконенавистнический, разработанный нацистами турникет. Пересадку на мадридское метро забываешь, обалдев от его футуристического и удобного дизайна.
Такая политика РЖД уже привела к тому, что Домодедово снова наполнилось таксистами-бомбилами. Особенно умиляет веселая молодцеватая бабулька, предлагающая прокатиться на «женском такси» и справедливо обзывающая поездку на экспрессе «мотовством». Оказалось, что государству выгоднее временно (знал бы о цене на билет, поехал бы на «женском такси») содрать с нас деньги и разрешить уход будущих наших транспортных расходов в теневую экономику.
Устав от всех этих цен, разговоров, безысходности, неудачных проектов и претензий к родному государству, мои друзья решили открыть небольшой ресторан в Испании.
Выбор именно этой страны заслуживает отдельного рассказа. Скажу только, что после многомесячного исследования вполне разумные цены смогли предложить Голландия, Венгрия, Германия и Испания. Голландцы оказались весьма активны, но удивительны в личном общении. Венгры после короткого разговора о дешевом ресторане начинали настойчиво предлагать покупку отеля за полмиллиона евро. Все это происходило на фоне отставок венгерского правительства, народных бунтов и резкого падения экономики. Однако венгерские риелторы уверяли в абсолютной надежности и безумной прибыльности покупки отеля в неизвестных науке венгерских горах. Немцы на каждый запрос присылали десяток анкет на трех языках, а испанцы смогли предоставить ряд вполне адекватных предложений.
Вот они – спасители Европы от кризиса (фото: laverdad.es) |
Например, пустующее помещение под ресторан в Пальма-де-Майорке с набором всех необходимых для бизнеса лицензий можно взять в аренду за 1 600 евро в месяц. В ремонт и покупку оборудования и мебели нужно вложить около 40 тыс. евро. Для 3–4 человек – деньги вполне реальные. Соседствующие с предлагаемым помещением действующие рестораны управляются именно таким количеством людей – повар-партнер, менеджер-партнер, бармен-партнер. И в России эти деньги можно накопить. Но можно ли на них начать свой бизнес и стать экономически свободным?
На этой неделе президент Дмитрий Медведев провел в Звенигороде совещание о развитии малого бизнеса. Диалоги президента с предпринимателями очень удачно срифмовались с испанскими переговорами моих друзей.
Президенту пожаловались, что для получения лицензии на взрывобезопасность объекта предпринимателям приходится платить по 600 тысяч рублей.
«Достали уже этими деньгами просто! – возмутился Дмитрий Медведев. – Спросите у предпринимателей за границей: могут они для открытия какого-нибудь небольшого предприятия 20 тысяч евро выложить из собственного кармана, когда еще ни шиша не заработали?! Да никто не даст и 600 евро!»
Мои друзья спросили и выяснили, что эти 600 евро у них никто брать не собирается. Лицензии уже получены, и они будут платить только владельцу помещения и бизнеса.
Ресторатор из города Гагарина рассказал президенту о том, как его принуждали провести анализ почвы на сибирскую язву, который стоит 100 тыс. рублей. А предпринимательница из Серпухова обрадовала конфискацией в одном из магазинов французского сыра с плесенью.
«Нужно ли проходить специальную сертификацию повару при открытии ресторана в Испании?» – с ужасом спросили мои друзья у будущего конкурента, который рассказал им все что знал сам.
«Конечно», – сказал Рони, молодой шеф-повар лучшего ресторана в районе. Он пять лет проработал помощником у международной кулинарной звезды и, накопив 10–15 тыс. евро, с двумя другими партнерами решил открыть свой ресторан.
«Необходимо прослушать однодневный курс, на котором рассказывают, что нельзя подавать сырую рыбу с кефиром, держать на жаре сырое мясо и что нужно мыть кухню», – строго сказал Рони.
Стоит отметить, что недалеко от ресторана будущей кулинарной звезды находится суши-бар одного «безумного» японца, в который ходит ужинать король Испании, приезжая отдыхать на Майорку. Бар похож на маленький гараж. Онищенко такой бы запретил не глядя.
Говорить о нелюбви российских чиновников к малому бизнесу уже надоело. Но на самом деле их политика означает прежде всего неуважение к нам, к российским гражданам. Нас считают такими идиотами, что мы не можем отличить качественный продукт от плохого, хороший ресторан от привокзальной забегаловки.
Качество еды и одежды должен определять не чиновник, берущий за безумную экспертизу 600 тыс. рублей, а его величество рынок. То есть мы с вами. Если в ресторане невкусно кормят, то в него никто не придет. Если же в небольшом заведении на Майорке повар Рони предлагает стейк из тунца, который я не забуду до конца своей жизни, то он получает чистого дохода около тысячи евро в день. И к нему нужно записываться как на прием к врачу. Даже королю Испании. А платит Рони всех арендных и лицензионных платежей не больше двух тысяч евро в месяц.
По всей логике наши чиновники должны нас уважать. Ведь люди, которые могут за обозримое время накопить эти несчастные 10–15 тыс. евро (сумма подозрительно близка к возмутившим президента 600 тыс. рублей), и составляют основу российской экономики. Это именно те, кто работает в офисах, занимает средние менеджерские должности, руководит производственными подразделениями, пишет заметки в газетах. Именно от них в реальности зависит существование страны. Если все они, а не работники АвтоВАЗа или знаменитого Пикалево, завтра не выйдут на работу, страна остановится. Но нас не уважают. Именно нам, жителям городов, поднимают цены, девальвируют рубль, увеличивают коммунальные платежи.
А последнее время нас со вкусом начали давить на пешеходных переходах.
Последний такой случай произошел на этой неделе – высокопоставленный сотрудник Генпрокуратуры сбил на пешеходном переходе женщину с коляской. От удара полуторагодовалый ребенок выпал из коляски, получив сотрясение мозга.
Конечно, оказаться под колесами чиновничьего автомобиля может каждый, кто не в нем. Однако вероятность у среднего класса быть сбитым на пешеходном переходе выше – одна поездка в Европу или даже в стремящуюся в Евросоюз Турцию порождает опасное желание спокойно переходить улицу по пешеходному (о, ужас!) переходу.
В подобных сообщениях о наездах государственных людей на граждан, переходящих в установленном месте дорогу, с регулярностью упоминается примечательный факт – едут они всегда на иномарках. Они свободны в нашей стране – и экономически, и социально. Показательно, что в первой строчке первого сообщения о происшествии агентства «Интерфакс» было употреблено именно это наглое слово – «иномарка». Значит, корреспондент – представитель несчастного среднего класса, – стараясь сделать быструю новость и экономя секунды, именно иномарочность прокурорского авто выделил как главное. А это и есть главное. Как говорили в детстве, первое слово дороже второго.
Вот и у них первое слово такое – хамское. Все контролировать, душить ценами и давить иномарками. Кстати, в ГАИ Центрального округа Москвы сразу после наезда корреспонденту ВЗГЛЯДа заявили, что они отказываются предоставлять какую-либо информацию о случившемся и не сотрудничают с прессой. Это тоже их первое слово.
А какое будет наше первое слово? А какое последнее?