Не говоря уже о стильных, сдержанных растяжках по всему городу. Рекламный месседж прочитывается однозначно: Центральный дом художника сдался на откуп главному русскому художнику рубежа веков. Ведь это теперь есть «Винзавод», и ГЦСИ, и много еще что, а раньше, когда Кулик только начинал свой путь в московском неофициальном искусстве, центром современности считалась именно эта мрачная бетонная коробка.
Хитроумный художник выбрал очень правильный момент для расставания со своим прошлым – чтобы показать то, чем славен, в эффектной упаковке от Бернаскони для тех, кто не знает; а тем, кто знает, – напомнить, благо пауза затянулась
Собственно, все новые институции, от музея Маркина до «Арт-Стрелки», возникли оппозицией этому глобальному пустырю. ЦДХ пик своей арт-карьеры пережил в лохматом прошлом, именно поэтому они и сошлись сегодня – амбициозный Олег Кулик и статусно обветшавшая площадка.
ЦДХ (а не не обкатанный еще «Винзавод», оттягивающий внимание на себя) нужен Кулику для официальной коронации, ну а Кулик нужен ЦДХ для того, чтобы поправить пошатнувшуюся репутацию, иначе какой смысл отводить ретроспективе одного художника все четыре гигантских этажа?
Что ж, коронация состоялась. Удалась. Говорят, следующими подобной экспозицией будут увенчаны арт-пересмешники В. Дубосарский с А. Виноградовым. Посмотрим.
Всё, как это у Кулика обычно бывает, оказалось несколько преувеличенным. Действительно, под экспозицию отдали все четыре неуклюжих этажа, однако в фойе первого стоит одна, хотя и огромная, работа «Оранжерейная пара» (совместно с Людмилой Бредихиной), на втором – загончик «Семья будущего» и большая (в комнату) птичья клетка с голубями и большим количеством перьев вокруг. Вернисаж случился поздним вечером, поэтому птицы (единственные представители живой флоры и фауны, участвующие в «Хрониках») спали.
Основное действо происходит на третьем и четвертом этажах, из больших и проходных пространств которых построили затемненный лабиринт. Освещены только некоторые помещения – залы с циклами «Новый Рай» или видеотрансляциями ранних перформансов: все они транслируются на огромные экраны.
Вообще, нужно сказать, что для «Хроник» практически все объекты Кулика зримо подросли и увеличились в размерах – пространства-то много, и оно требует адекватных форматов.
Главной интригой вернисажа был интерес к экспозиционному решению: сложно представить, как, какими средствами можно победить бесчеловечное пространство ЦДХ, приспособив его к моновыставке одного человека.
Художник Олег Кулик |
Все полы и стены, практически все, что можно (за исключением разве что потолка), оказалось заклеено серым целлофаном, из которого делают мешки для мусора.
Химия хрустит под ногами, шелестит шторами, отгораживая залы от служебных и вспомогательных помещений. Каждое помещение оказывается автономным и словно бы съеживается, теряясь в трещинах и складках. Целлофан пузырится или, наоборот, вжимается в стену, порой очень сложно найти проходы из зала в зал, приходится тыкаться и перебирать лапками.
Несмотря на то что залы большие и простуженные, а работ мало (по одной-две на пространство), создается ощущение того, что ты находишься внутри гигантского лабиринта.
Бернаскони отталкивается от «прозрачности», одной из фундаментальных идей творчества Кулика, и выворачивает ее наизнанку, затенив и затемнив всё, насколько это было возможно.
В свое время, когда Кулик занимался экспозиционными проектами, он поступал точно так же, выворачивая идеи подопытных художников. Теперь точно так же поступили и с ним.
Всем на пользу.
Из того, что я не видел раньше, мне больше всего понравился зал с работами, навеянными впечатлениями от фриза из Пергамского музея в Берлине (фрагменты белых тел на черном фоне), и «Собачья гостиница» – узкий проход между двумя рядами зарешеченных мониторов, на каждом из которых художник воет или лает.
Все остальное знакомо для тех, кто следит за современным искусством, вошло в анналы и антологии. Кулик очень плодотворный мастер, однако и пространство ЦДХ – не комар чихнул, поэтому и кажется, что самое главное Кулик утаил и не выставил.
Начинаешь перебирать в памяти то, чем Кулик славен, и понимаешь, что вроде бы все на месте, вплоть до фигур коров из папье-маше, в причинные места которых нужно толкать головы для того, чтобы увидеть «суть России». Некогда работу эту показывали на Венецианской биеннале.
Олег Кулик рядом со скульптурой из стекла "Оранжерейная пара" на своей персональной выставке в Центральном доме художника |
Касается ли это подсвеченных изнутри лайтбоксов, кружащихся в темноте, или же восковых фигур, инсталляций или компьютерных наложений. Кулик – идеолог, каждая его работа – законченный концепт и самодостаточное высказывание.
Глобальность экспозиции, ее демонстративная театральность, в которой неожиданно теряется главная тема Кулика (ребятам о зверятах), оказывается про амбиции и битву с выставочными стереотипами, а не о том, про что Кулик на самом деле думал. Хотя кто же знает, о чем Кулик думает на самом деле.
Вернисаж устроили во внутреннем дворике ЦДХ, обилие водки и бодрый растаманский оркестрик сделали свое дело – тусовка размякла и стала напоминать вернисажную публику 90-х и даже 80-х. Тем более что лица-то примерно одни и те же.
Узок круг этих людей, но это не вина, а беда современного актуального. Впрочем, кое-что начинает меняться – именно в последнее время, именно в этом сезоне, когда contemporary art пошел в молодой народ.
Хитроумный художник выбрал очень правильный момент для расставания со своим прошлым – чтобы показать то, чем славен, в эффектной упаковке от Бернаскони для тех, кто не знает; а тем, кто знает, – напомнить, благо пауза затянулась.
А так в этом ударном сезоне, не сделав ни одной работы, Олег дважды оказывается именинником – собрав все внимание почтеннейшей публики выставкой «Верю» на «Винзаводе» , а также нынешней экспозицией.
Уважуха и почет человеку, умеющему даже откровенные минусы превращать в плюсы.