Противостоял им лишь Платонов из Мосгордумы, но силы были неравны. А как могут быть равны силы, если обсуждается вопрос: «Доверяете ли вы российскому суду?»
Никто даже не попытался уточнить: что, собственно, имеется в виду? Какой именно суд (общей юрисдикции, арбитражный, Конституционный?), суд как ветвь власти или это вообще опрос на тему, если ли в мире справедливость? Все это ровно на тему «простота хуже воровства». Потому что воры соотносятся с объективной реальностью, иначе им ничего не украсть, а простота ни с чем не соотносится. Вор – украдет, а простота скажет, что у тебя и не было ничего. Или вот некто что-то почувствовал, значит – именно так все на свете и есть. Разбираться в деталях – совершенно излишне. По крайней мере, там принято на ТВЦ.
Воры соотносятся с объективной реальностью, иначе им ничего не украсть, а простота ни с чем не соотносится
Хотя вводили в историю почти конкретно, сообщив о процессах по делам Щербинского, Иванниковой и «убийству таджикской девочки», убийц которой суд присяжных «оправдал за недостаточностью доказательств - несмотря на протесты общественности». Только подробности этих дел сообщены не были - на них просто сослались, как на что-то всем известное. А дальше - сразу дискуссия, они в НХЗ начинаются с быстрых ответов участников на вопросы. Главное - подобрать вопросы, обдумать их все равно никто не успеет, будь он хоть адвокатом, хоть бывшим следователем Платоновым.
Вопросы: «Существует ли реальное равенство перед судом?», «Может ли суд вынести решение в пользу власти?», «Что больше влияет на решение суда – взятка, желание угодить властям или закон?», «Оцениваете ли вы масштабы коррупции в судах как катастрофические?». Мило, с душой и теплыми чувствами. Ответов, конечно, не запомнить, потому что тут же идет следующий вопрос.
Имелся и эксперт, адвокат Макаров. Его больше всего интересовал суд присяжных, имелось в виду, что «мы к нему не готовы». Потому что «у нас страна голосует черт знает за кого - мы не можем им предоставить решать судьбу человека», потому что в суде придется доверять людям, которые слишком разнятся между собой. Пояснил: если набрать в присяжные бюджетников и дать им дело какого-нибудь олигарха - упекут, не вдаваясь в детали. Конечно, данный пример относился и к самой передаче: собрали в зале людей, которые явно отличаются от адвокатов, и задали им вопрос о доверии судебной системе. Однако ж адвокаты на то и адвокаты, чтобы чувствовать настроения зала. Дошло даже до такой сценки.
Макаров – Кучерене: «Так правосудие в стране есть или нет?» (Это он уже не по поводу суда присяжных, а вообще.)
Кучерна: «Только тогда, когда прогрессивные юристы будут работать так, чтобы это было полезно народу».
Платонов (не выдерживает): «А как вы тогда работаете?! Как вы можете вести дела, если правосудия нет?!»
Обратим внимание, адвокаты Макаров и Кучерена пришли на программу известного формата, ко вполне предсказуемой аудитории. Они знали, какой вопрос будет обсуждаться, но они не только индивидуально практикующие юристы, Макаров - из Госдумы, Кучерена - из Общественной палаты, так что им положено соизмерять свои слова с общественными ожиданиями. И вот как профессиональные политизированные юристы могли обсуждать тему «Есть ли правосудие в РФ?», вне уточнений и конкретных случаев? Причем своим присутствием они уже завизировали корректность такого подхода: в частности не вдаваться - правосудие, и все. Откуда тут вообще может взяться правосудие? Адвокаты, умеют...
Адвокат Макаров |
Но и это не все. Бывший судья Ольга Кудешкина произносит вполне разумную мысль: «Мы можем полностью уничтожить судебную власть - такой огульной критикой!» Но тут же, отвечая на вопрос Прошутинской о пропорциях порядочных и непорядочных судей, сообщает, что «90 процентов наших судей - взяточники или управляемые... думаю, даже 99 процентов» - осуществляя явное укрепление судебной системы под горячие аплодисменты зрителей. Конечно, после этих 99 процентов для аудитории все вопросы сняты, как иначе? Бывший судья публично сообщает, что все судьи продажны, о какой судебной ветви власти в государстве можно говорить? Чуть позже дама из зала скажет, что она в шоке от услышанного: как же тут можно чему-то доверять, если сами специалисты не доверяют?!
А Кучерена обобщит: «Та система, которая есть в правоохранительных органах, - она ложная. И человек, который приходит туда, оказывается заложником. Ее надо ломать». Платонов попытается пояснить, что законы-то нормальные, а это проблема общества, потому что надо меняться самим, чтобы законодательство работало. Такая мысль не могла стать источником оптимизма для сидящих в зале членов общества, они для себя уже все про российский суд решили. И телезрители, судя по цифрам внизу экрана, тоже. Гражданское общество лузеров.
Милейшее занятие - собраться вечерком, посидеть перед камерами и между делом похерить целую ветвь власти. Понятно, что с судебной системой есть проблемы - только они тут были совершенно не при чем. Скажем, у всех собравшихся явно было свое мнение по поводу суда над убийцами «таджикской девочки», но никто не знал, какой именно вопрос был поставлен перед присяжными и какая доказательная база была предоставлена следствием. Но делать выводы там, где мало что понимаешь, – легко и приятно. Какой-то суд всеобщей юрисдикции – как решат, так и будут думать, и никто уже не переубедит.
Адвокат Кучерена |
Видимо, надо перенимать древнекитайский опыт. Чтобы по любому поводу - экзамены. В Китае без экзаменов человек не мог работать чиновником, а у нас не получит права слова на ток-шоу. Ну к Малахову-то – пожалуйста, а на общественно-политические - только после сдачи «телеполитминимума». Ведущих это тоже касается, ну и гостей.
Еще можно выдавать сертификаты: такой-то категории граждан можно рассуждать про тещу и семейную жизнь, а вот проблемы образования обсуждать не по чину. Следующая категория уже может про образование и моральные ценности, зато про экономику – ни-ни. Конечно, чиновники категории «А» и народные избранники федерального уровня могут говорить о чем угодно. А те, кто вообще без лицензий, будут иметь право рассуждать о российском футболе, для чего еще он существует?