«В республиках Прибалтики…» Да, может быть, в этот самый день в Вильнюсе два градуса мороза, в Риге – ноль, а в Таллине – плюс три. Зачем обобщать, зачем смешивать в одну кучу три такие разные, совсем друг на друга не похожие республики? Недаром первым, еще до обретения фактической независимости, достижением постсоветских Литвы, Латвии и Эстонии было единодушное исключение из актуального лексикона слова «Прибалтика» как символа малоприятного для гордых прибалтов советского периода. Впрочем, жить совсем без объединяющего понятия не получилось, стали говорить «страны Балтии».
Вроде бы то же самое, что и «Прибалтика», но звучит совсем по-другому, по-европейски. По большому счету, нежелание быть «Прибалтикой» не имело никакого смысла, кроме естественного для прибалтов неподчинения всему советскому. На самом же деле между этими тремя странами очень, очень много общего – и география, и история. Все три страны находятся на берегах Балтийского моря и граничат, во-первых, друг с другом, во-вторых, с Россией. Все три страны в новейшее время не имели собственной государственности, входя в состав Российской империи. Все три страны получили независимость в результате Первой мировой войны и потеряли ее во время Второй мировой. Все три страны, наконец, первыми отделились от Советского Союза, положив начало полному его раздроблению.
Вообще слово «тихо» никак не сочетается с образом грузинского президента Михаила Саакашвили
Неудивительно, что и национальная мифология у каждой из трех прибалтийских стран практически одна и та же. Во-первых, славная древняя история, гордые и сильные князья и бароны, наводившие ужас на соседей-неприятелей. Во-вторых, мощная национальная культура, выдержавшая века имперского порабощения, не растворившаяся ни в период немецкого владычества, ни в годы русского колониализма. В-третьих, два славных десятилетия независимости в первой половине ХХ века, закончившиеся пактом Молотова – Риббентропа и десятилетиями советской оккупации. Эти десятилетия в свою очередь включают в себя героическую борьбу «лесных братьев» с оккупантами и, после неудачного завершения этой борьбы, годы мирного гражданского сопротивления в разных доступных формах – в литовском учебнике истории, допустим, в качестве примера такого сопротивления приводится единодушие литовских болельщиков во время баскетбольных матчей «Жальгирис» – ЦСКА.
Эти страны до сих пор вместе. Вместе вступают в НАТО и Евросоюз, вместе решают проблемы русскоязычного населения, вместе – и это самое главное – быстро и эффективно избавились от всех явных и скрытых признаков советской системы, за несколько лет превратившись в полноценные европейские государства. Гражданам и политикам остальных двенадцати постсоветских стран, мечтающим о европейском жизненном укладе, остается только тихо завидовать прибалтам.
Или не тихо. Как грузины. Вообще это слово, «тихо», никак не сочетается с образом грузинского президента Михаила Саакашвили, пламенного Мишико – молодого и яркого государственного деятеля, воплотившего в себе все самые яркие черты грузинского национального характера не в меньшей степени, чем даже знаменитый Мимино. Саакашвили горяч и бескомпромиссен. Его невозможно сбить с единожды выбранного пути.
Достижение цели осложняется множеством малоприятных обстоятельств – почти нулевым среднедушевым доходом и отсутствием экономики как таковой (фото ИТАР-ТАСС) |
Впрочем, это только говорить легко – выбранный путь. Пути, строго говоря, никакого нет. Есть только цель: стать Европой. Достижение цели осложняется множеством малоприятных обстоятельств – почти нулевым среднедушевым доходом, отсутствием экономики как таковой и колоссальных размеров зарубежной диаспорой, по разным причинам не желающей жить в родной стране.
В Европу между тем хочется очень. Почему Прибалтика смогла, а Грузия не может? – думает президент. Но как стать Прибалтикой? Да очень просто. Нужно всего лишь скопировать внешние признаки балтийских стран, а там посмотрим – вдруг механически скопированная форма сама по себе наполнится нужным содержанием. Почему бы, в самом деле, не попробовать, тем более что других идей нет.
С богатой древней историей все получилось легко и красиво – вместо лилового флага буржуазной Грузинской Демократической Республики, существовавшей в недолгом промежутке между Российской империей и советской Закавказской федерацией, Саакашвили подарил своей стране клетчатое знамя откуда-то из Средневековья – придумать соответствующую легенду было несложно, на Кавказе много красивых легенд. С новейшей историей тоже все просто: у прибалтов была оккупация, значит, и у грузин должна быть оккупация. Да-да, точно такая же. 26 мая, как пообещал президент Саакашвили, в Тбилиси откроется Музей советской оккупации. Такие учреждения есть в каждой из прибалтийских столиц – и в Вильнюсе, и в Таллине, и в Риге. Теперь и в Тбилиси будет.
Это потрясающе. Жертв оккупации можно перечислять до бесконечности – это и Иосиф Сталин, бежавший из оккупированной Грузии в Кремль, и Лаврентий Берия, спасавшийся от ужасов оккупации в кабинете наркома НКВД на Лубянке, и Мелитон Кантария, которого оккупанты гнали до самого Берлина и загнали в конце концов на купол Рейхстага с красным знаменем. Среди жертв оккупации и Булат Окуджава, и Отар Иоселиани, и Зураб Церетели с Нодаром Канчели – каждый из этих достойных людей в той или иной мере изнывал от ужасов советской оккупации, скрываясь на чужбине. В оккупированной Грузии каждого из них ждали гетто и концлагеря, унижения и нищета, поэтому все эти люди были вынуждены прозябать в изгнании. Осталось только придумать, почему чужбина была к ним столь снисходительна и, самое главное, как Сталину, Берии, Орджоникидзе и прочим грузинам, руководившим Советским Союзом, удавалось быть одновременно оккупантами и жертвами оккупации. А так – все нормально.
Президент Грузии Михаил Саакашвили (фото ИТАР-ТАСС) |
Нормально, да. Даже у прибалтов, которые, казалось бы, пережили все внешние проявления внешнего вторжения, – и пакт Молотова – Риббентропа, и марионеточные выборы под присмотром советских солдат, и советские танки, ползущие по автострадам, – даже у них нет бесспорных оснований считать себя оккупированными. Грузия не может похвастаться и такими страницами истории – не было у Грузии ни пакта, ни танков, ни даже «лесных братьев». Но маниакальное желание походить на Литву или Эстонию превыше здравого смысла. Музею оккупации быть.
Кажется, сокровенная мечта президента Саакашвили исполнилась бы, если бы однажды Грузия, снявшись с якоря, вышла из Черного моря через Босфор, прошла Средиземным морем через Гибралтар, обогнула западную оконечность европейского континента, потом Ла-Маншем в Северное море и далее, через Датские проливы, – в Балтику, пришвартовалась где-нибудь между Латвией и Эстонией (можно было бы и к Флориде пришвартоваться, но испепеляющая любовь к Америке не позволяет Саакашвили даже думать об этом). Забавно вышло бы: просыпаются прибалты, а у них пальмы с мандаринами растут, шашлыки жарятся, усатые мужчины в широкополых кепках бегают. Красота! Нужно, правда, учитывать, что миграция из Закавказья наравне с миграцией из Средней Азии всегда воспринималась прибалтами как наиболее одиозная черта советской оккупации, ну да ничего страшного, президент Саакашвили обаятельный мужчина, он сумеет понравиться эстонцам и латышам.
Одна проблема – неподвижно стоит Грузия на черноморских берегах и на скалах Кавказского хребта. И по Военно-Грузинской дороге, как ни крути руль, не доедешь ни до Брюсселя, ни тем более до Вашингтона. Грузия обречена на соседство с Россией, и если это соседство не устраивает президента Саакашвили, ему же хуже. История не терпит, когда над нею шутят, и не нужно быть пророком, чтобы утверждать: не за горами позорный крах авантюристов и лжецов, в руках которых сегодня находится власть в Грузии.