В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Алексея Остальцева о том, почему в деле Надежды Савченко бесполезно апеллировать к уголовному праву.
Савченко прекрасно изображает нынешнюю Украину.
Она искренне не понимает, что делает в суде. И не только потому, что этот суд российский. Ей в целом непонятен суд как явление. Право – это слишком сложно для дочери карательного полка.
Сознание Савченко, как и коллективное сознание Украины, живет в доправовом поле – в ту эпоху, когда ход жизни зависел от силы, хитрости, удачи, изворотливости. Поэтому она вскакивает, как орангутанг, на кресло и показывает судье средний палец, потому что только так в доправовом обществе решались вопросы.
Поиск истины в суде – это слишком долго, скучно и непонятно. По-древнеримски. Судебную систему можно послать на три буквы, если ты уверен в своей полной правоте.
Доказательства, факты, свидетели – это бред собачий, если я не чувствую себя виноватым. Хоть кол мне на голове теши. В этом Савченко – типичный представитель своего народа.
Украинцы в целом никогда не отличались рефлексией. Чувство собственной вины и ответственности за судьбу страны, за народ – где вы видели это на Украине? Моя хата – с краю.
Коррупция потому и расцвела здесь, что законный, правовой путь жизни непонятен рядовому украинцу. Так дела не делают. В доправовом обществе все решают семьи и кланы. Или «кумовья», как это всегда происходило и происходит на Украине. Чей клан победил – того и правда.
Поэтому вся истерика украинских патриотов вокруг Савченко – это всплеск кланово-семейного чувства: «наших бьют!». И не важно, за что. «Наш» всегда прав, потому что он «наш».
Именно поэтому, кстати, русский всегда будет не прав, потому что он из другой семьи, другого рода. Отсюда тотальная бесполезность ведения диалога с сетевыми украинцами на правовом, юридическом поле.Не только по вопросу Савченко, но и по любому другому, где преступления нового украинского режима очевидны. Они очевидны юристу и любому носителю правового сознания, но не тем, кто эти преступления совершил или поддержал.
Разговор с единоплеменниками Савченко затруднителен, потому что средний палец для них аргумент, а для вас – нет. Порванный флаг, облитые краской двери, мусорный бак как универсальное решение для провинившихся или просто не понравившихся толпе чиновников, швыряние яйцами в неугодного политика, смертельный выстрел для непатриотично мыслящего журналиста – это все тоже «аргументы» для украинцев.
Это их язык и их реальность, которые, к сожалению или к счастью, не слишком понятны россиянам.
Мы, русские, в деле Савченко все пытаемся апеллировать к уголовному праву, перед которым все равны. Но все это меркнет перед энергичным «Слава Украине!» и ответным «Героям слава!». В них и содержится, собственно, вся суть украинского беспредела.