В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Сергея Савчука о том, кто восстанавливал шахты Донбасса после Великой Отечественной войны.
В первой волне женщин-добровольцев прибыло около 10 тысяч человек, большинство из них были с детьми
Живя на Украине и наблюдая все, что уже второй год без перерывов на сон и обед происходит вокруг меня, я перестал удивляться. Меня не удивляет ветеран Красной армии, целующийся с палачом из УПА* и рассказывающий, что, оказывается, они вместе воевали за свободу незалежной Украины.
Не удивляет другой ветеран, получивший медаль за своего внука-неонациста, поехавшего в составе очередного батальона убивать стариков Донбасса и грабить дома местного населения и которого это же неблагодарное население по простоте душевной грохнуло.
Не удивляют врачи в поликлинике, которые параллельно с приемом больных ведут между собой разговоры про то, что надо больше убивать «донецкой ваты и колорадов». Врачи, Карл!
Единственное, что до сих пор поражает меня, так это то, насколько продуктивно сработала машина оболванивания и отупения населения целой страны. Откуда взялись эти бесконечные легионы прямоходящих инфузорий, с ослиным упорством не желающие ничего знать и, что главное, помнить.
Я еще могу понять, когда подобное говорится о молодежи. Этих-то с рождения воспитывали в информационном вакууме искривленной реальности, в которой не было ничего, кроме величия боевого гопака. Но как могут нести весь этот бред люди, которые застали времена, о которых дальше пойдет речь, я просто ума не приложу.
На днях в общественном транспорте я был вынужден минут 40 слушать разговор двух весьма пожилых панночек, которые с видом оксфордской профессуры вещали, что хозяйство Донбасса после войны восстанавливали исключительно зеки, только зеки и вообще там все зеки до сих пор.
К концу диалога у меня было полное физическое ощущение, что из моих ушей вот-вот брызнет кровь вперемешку с мозгом. Так кто же все-таки совершил этот без всякого преувеличения трудовой подвиг?
Ситуация на момент освобождения
В январе – феврале 1943 года 1-й гвардейской армией генерала Кузнецова были освобождены первые населенные пункты Донецкого угольного бассейна. Согласно отдельной директиве немецкого командования, при отступлении вермахт уничтожал все объекты рабочей инфраструктуры.
На момент начала войны на Донбассе работало 1300 промышленных предприятий, а на момент освобождения их осталось всего 60, а общий ущерб народному хозяйству составил 30 миллиардов 700 миллионов рублей.
Край был полностью разорен и практически обезлюдел, ведь только по официальным данным в Донецкой области было убито более 300 тысяч мирных жителей. Только в стволе шахты «Калиновка» из 365 метров глубины 310 были завалены трупами, а количество казненных в ней людей превышало 75 тысяч человек!
В угольной промышленности были разрушены 314 шахт союзного подчинения и 213 республиканского, сожжены 2550 производственных сооружений и более 4000 жилых домов. Да что там, не было даже питьевой воды! Приглашенные американские специалисты писали впоследствии в газетах: Донбасс как промышленный регион потерян для русских навсегда!
Однако воюющей стране уголь был нужен как воздух. В феврале 1943 года комитет обороны СССР принял постановление «О восстановлении угольных шахт Донбасса», предписывавшее в кратчайшие сроки восстановить работу шахт и предприятий на освобожденных территориях. И вот тут начались неразрешимые трудности.
Кто же все-таки восстанавливал?
Советское правительство на тот момент испытывало колоссальный дефицит мужского населения, пригодного к строевой службе, ведь война шла полным ходом, ее маховик еженедельно перемалывал целые дивизии.
Достаточно сказать, что из призывников 1922–1925 годов рождения с фронта вернулись менее 13%, то есть каждый десятый. Поэтому было принято решение проводить восстановление силами добровольцев, военнопленных и заключенных. Добровольцев, как это часто было в СССР, просто назначили.
Из планировавшихся 87 тысяч человек удалось принудительно согнать в Донбасс всего 69, из которых 17 дезертировали в первые же месяцы, а еще четыре тысячи выбыли по состоянию здоровья. Главной проблемой были поистине чудовищные жилищно-бытовые условия. Люди не мылись неделями, питались практически подножным кормом, ощущался дефицит питьевой воды.
Согласно докладным запискам сотрудников НКВД, курировавших вновь созданные шахтоуправления, начальников некоторых из них даже сажали за «неудовлетворительное выполнение задач улучшения бытовых условий трудящихся».
Стоит ли говорить, что к заключенным и военнопленным отношение было сродни отношению к животным. Смотрим те же рассекреченные отчеты НКВД: «Условия содержания заключенных и военнопленных крайне тяжелые, отмечаются случаи массовых кожных, глазных и инфекционных заболеваний, крайне высока ежемесячная смертность, доходящая до 25% от списочного состава».
При этом все отмечают крайне низкую продуктивность труда этой категории, негативную настолько, что в последующие годы количество работавших на восстановлении заключенных и пленных будет неуклонно сокращаться. Это объясняется также и тем, что нормы выработки для заключенных повышали на 25–30% ежемесячно.
В тот момент, когда казалось, что задача абсолютно неразрешима, отрасль и регион спасли простые русские женщины! Именно на их нежных руках и плечах восстали из пепла шахты и ГОКи Донбасса. Но все это будет потом, а пока на дворе 1943 год. На работы мобилизуют оставшихся местных женщин (около пяти тысяч человек), а им в помощь присылают женские отряды с Кубани, средней полосы, Урала. В первой волне женщин-добровольцев прибыло около 10 тысяч человек, большинство из них были с детьми.
Эти несгибаемые девушки жили в землянках в условиях, близких к фронтовым, централизованное питание полагалось только маленьким детям. Кроме того, совсем рядом – в паре десятков километров – огненным смерчем громыхал фронт, ведь Донбасс советские войска освободили только к осени 1943 года, подкинув тем, кто восстанавливал его, новой работы.
Большинство шахт, подлежащих восстановлению, были сильно загазованы, многие заминированы, а в некоторых работы можно было проводить только в скафандре. Были взорваны копры, и спуск в шахты осуществлялся при помощи конной тяги, а тяжелую технику подвешивали инновационным бескопровым методом.
Не было стальных канатов больших диаметров, но советские ученые совершили рывок в будущее, научившись использовать счалку из канатов разных диаметров. Кроме того, очень многие шахты были затоплены. Даже сегодня, при современном уровне горных технологий дешевле прекратить разработку затопленной шахты, чем проводить ее осушение.
Однако у СССР выбора не было, и благодаря гению украинца Виктора Гейера, ставшего впоследствии лауреатом Сталинской премии, задача была решена. Следует отдельно упомянуть, что за время восстановления шахт рабочими, подавляющее число из которых составляли женщины и подростки до 15 лет, было откачано более 600 миллионов кубометров воды, что в шесть раз превосходило объемы проведенных когда-либо аналогичных работ на Западе!
Всего начиная с 1943 года и по 1950 год на шахтах Донбасса работало свыше 200 тысяч женщин. Весь Союз знал в лицо передовых горнячек: Марию Новойдарскую с шахты «Грузская», горловчанку Нину Кузьменко с шахты им. Калинина, Зину Латугину с шахты 19–20 и многих других. На шахте им. Кона (сейчас – Засядько) была сформирована первая полностью женская смена.
В годы войны количество женщин, работавших в забое, достигало 50%, а на поверхности их было более 80%. Одной из легенд Донбасса до сих по праву считается Евдокия Федоровна Королева, или баба Королиха, как ее ласково называли горняки. Впервые под землю Евдокия спустилась в возрасте 11 лет еще до революции, а на пенсию неугомонную старушку торжественно проводили в 87!
В преклонном возрасте Евдокию Федоровну стали называть Шахтерская мать, ведь она дожила до 102 лет, и, говорят, до последнего дня в ее доме звучали прокуренные шахтерские голоса тех, кто приходил к ней за советом и помощью. А еще говорят, что когда Евдокию Федоровну хоронили, то на похороны пришло столько людей, что к дому не смогла подъехать машина и гроб до самого кладбища шахтеры несли на руках вдоль непрерывной человеческой цепи.Еще обязательно нужно вспомнить и про первую в СССР медаль, которой награждали за восстановление народного хозяйства, – медаль «За восстановление угольных шахт Донбасса». Всего до 1995 года было произведено более 47 тысяч награждений, из которых более половины – у женщин.
Результаты труда
Благодаря женщинам и подросткам уже к 1945 году были восстановлены 69 основных шахт и добыто свыше 20 миллионов тонн угля. В 1946 году шахтеры «выдали на-гора» уже 106 миллионов тонн, что на четыре больше, чем в довоенные годы.
До 1948 года было заново построено или восстановлено 300 шахтных копров, 700 шахтных подъемников, 600 вентиляционных систем, 300 компрессорных установок и 1300 километров горных выработок.
Могучий индустриальный гигант Донбасса встал на ноги и расправил стальные плечи. Но горячее сердце его доменных печей, равно как и бесконечные вены угольных штреков, было создано руками наших бабушек.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ